Повелитель гномов - Хайц Маркус - Страница 67

— Да уж, недобрые новости ты привез нам, Тунгдил, — задумчиво сказал Верховный король. — Мы будем честны с тобой, так что пришло теперь время рассказать тебе о Совете племен.

Эту задачу взял на себя советник короля, кратко описавший конфликт в Совете, касавшийся войны с эльфами и самого Тунгдила.

— Твой рассказ лишь подтверждает точку зрения о том, что только единство одолеет Мертвые Земли и их союзников. Единство людей, эльфов и гномов.

Тунгдил вздохнул.

— Этот союз ничего не даст, если мы не разгадаем тайну книг и артефактов, — напомнил он. — Должно быть, есть какое-то средство, которое поможет в борьбе с Нод'онном, и этого средства он боится. Но без Андокай Вспыльчивой и ее знаний у нас связаны руки. От нее зависит все, но она собирается покинуть Потаенную Страну. Без нее мы проиграем Мертвым Землям точно так же, как и другие королевства.

— Мне горько видеть, как быстро ширится Зло, — подавленно пробормотал Гундрабур, закрывая глаза. — Я поговорю с волшебницей и попытаюсь переубедить ее.

Тунгдил ничего не сказал, но он знал, что слова короля ничего не дадут. Волшебница мыслила иначе, чем гномы. Вспомнив об Андокай, он подумал, что ей удалось проникнуть в крепость, а Джерун при этом не снял свой шлем. Он забыл об этом так же, как близнецы и стражи у ворот. Гномы пропустили рыцаря-великана, ни о чем у него не спросив! «Она могла этого добиться только при помощи магии», — подумал он, решив никому об этом не говорить, в первую очередь Боиндилу, ведь тот был наполовину безумен и наверняка в приступе ярости вызвал бы рыцаря на дуэль.

Пришло время прояснить другой вопрос.

— Не считайте меня неблагодарным, я очень рад воссоединиться с моим народом, но на трон я претендовать не собираюсь, — промолвил Тунгдил. — Есть наследник, который подходит для этой должности намного больше меня: ведь я вырос среди людей, черпая знания о гномах из книг. К тому же, как я вижу, эти книги во многом лгали, — добавил он. — Я хочу объявить о своем отказе от претензий на трон и удалиться из крепости вместе с племенем Четвертых. Гномам нужен Верховный король, которого поддерживали бы все.

— Твои речи делают тебе честь, Тунгдил, но ты никогда бы и не мог претендовать на трон, — открыл ему глаза Гундрабур. — История о твоем происхождении была выдумана нами. Мы уговорили Лот-Ионана подыграть нам. Мы даже не знаем, действительно ли ты принадлежишь племени Четвертых.

Эта новость поразила Тунгдила в самое сердце.

— Зачем же… вы вызвали меня сюда, заставив пройти весь этот долгий путь?

— Хорошая была идея, правда? Так мы получили возможность хоть что-либо противопоставить Мертвым Землям, — возразил Балендилин. — Иначе ты сейчас лежал бы мертвым в Зеленой Роще, где тебя убили бы орки.

— Конечно, но… — Он попытался подобрать правильные слова. — Послы, Совет кланов и племен, все это долгое ожидание, пока я сюда не приеду… И при этом я даже не обладаю правом наследования?

Он чувствовал, как земля уходит у него из-под ног. После всех тягот пути и чудовищных происшествий он наконец-то почувствовал себя дома, и вдруг его вновь толкнули в пределы неизведанного.

— Ты должен понять нас. Если нового Верховного короля будут звать Гандогар, он начнет войну с эльфами, — объяснил Гундрабур. — Именно это мы и хотели предотвратить, оттягивая время до выборов. Мы пытались отговорить Совет от развязывания этой войны. Получив письмо мага, мы выдумали историю о тебе и твоем якобы благородном происхождении, сделав это причиной для ожидания.

— Мы надеялись, что за это время сумеем найти какой-то выход. Какой-нибудь закон или что-то подобное, — продолжил Балендилин. — Эта война никому добра не принесет, но никто не хочет понимать этого. Мы лжем, словно кобольды, по одной единственной причине: мы хотим отвести беду от нашего народа.

Тунгдил ничего не ответил, ведь у него на языке вертелись лишь ядовитые слова ярости. Налив себе пива, он одним глотком осушил кружку.

— Вы хотя бы добились успеха?

— Нет. Вернее, лишь наполовину, — признался Верховный король. — Поэтому мы хотим попросить тебя принять участие в нашем заговоре и выдвинуть свою кандидатуру на выборах.

— Зачем? — пожал плечами Тунгдил. — Меня же все равно не изберут.

— Это правда, — начал объяснять Гундрабур. — Но я могу отклонить кандидатуру преемника, заблокировав решение Совета, если я посчитаю, что преемник никуда не годится.

— И что потом? Начнется братоубийственная война, — заявил Тунгдил. — Неужели это лучше, чем идти войной на эльфов?

— До этого дело не дойдет. Наши предки придумали закон, позволяющий претенденту на трон вступить в состязание с противником. Для этого второму претенденту нужна поддержка части кланов, — уточнил Балендилин. — За последние недели я сумел уговорить около трети послов племени, добившись их поддержки нашего дела. Этого должно хватить.

— И тогда Гандогар меня пополам разрубит? — недовольно буркнул Тунгдил. — Я до сих пор не понимаю, что все это дает.

Оба гнома поспешно переглянулись.

— Ты должен поклясться, что никому не расскажешь об этом, — серьезно сказал Балендилин.

Тунгдил так и сделал.

— Тем временем мы найдем какой-то способ устранить Бислипура и Сверда из круга общения Гандогара, — объяснил Балендилин. — Бислипур одержим идеей уничтожить эльфов и сумел передать эту одержимость своему подопечному. С утра до вечера он нашептывает Гандогару эти идеи, так что король уже не может мыслить самостоятельно, — Балендилин помрачнел. — Я знаю, что он пытался убить меня, но доказать этого не могу. Пока не могу.

— А если тебе это удастся, сумеете ли вы удержать Гандогара от выполнения его намерений? — с сомнением спросил Тунгдил.

— Мы откроем ему глаза, чтобы он увидел всю подлость своего неверного друга и лживость его советов. Гандогар неплохой гном, у него просто не тот советник, — возразил Балендилин. — Но мне нужно время, и ты поможешь нам, устроив тут кобольдов театр. — Он смотрел гному прямо в глаза.

— Ты окажешь своему народу услугу, ценность которой он поймет позже, — заявил Гундрабур. — В книгах по истории будет написано, что Тунгдил, потерянный гном, появившийся будто из камня, собственными руками сумел защитить детей Кузнеца от подлости и поражения.

— Я готов, — сообщил им Тунгдил. — Но мне потребуется вся ваша поддержка.

— И она будет у тебя, мой дорогой Тунгдил. Никто не мог бы действовать с большей честью, чем ты, — похвалил его Балендилин. — Прости, что мы не дали тебе отдохнуть с дороги и сразу же вызвали к нам, но прояснение этого вопроса имело первостепенную важность. Теперь наслаждайся покоем! Мы даем тебе на отдых один день. После этого тебя ждет Совет, который должен проверить твое право на престол. — Однорукий ободряюще улыбнулся.

— Дай нам время, Тунгдил, — попрощался с ним Верховный король, — чтобы мы могли создать лучшее будущее без Бислипура. — Взяв церемониальный молот, он протянул его гному. — Поклянись на этом молоте, которым создал нас Враккас, что ты никому об этом не расскажешь!

Принеся клятву, Тунгдил повернулся и вышел из зала Совета. Андокай и Джерун ждали его под дверью.

— Мне предложили немного задержаться здесь, — равнодушно сказала волшебница. — Это весьма кстати. Последние дни путешествия вместе с тобой были довольно утомительны.

— Они были не менее утомительными и для меня, — ухмыльнувшись, заявил Тунгдил, оставив недосказанным, имеет ли он в виду произошедшее событие или же саму волшебницу.

Гном отвел Андокай и Джеруна в их комнаты, по дороге любуясь делом рук своих собратьев. Каменотесы невероятно тщательно обработали стены, вытесав слова и узоры. Гномьи символы были выполнены из благородных металлов, переливавшихся золотым, серебряным, красным и желтым цветом. Все это привело Тунгдила в восторг.

Он заметил еще кое-что. Все виденные им ранее ступени были прямоугольными и гладкими. Простыми.

Здесь все обстояло иначе. Ни одна ступенька не походила на другую. Горизонтальные части лестницы украшали орнаменты, в то время как на вертикальных частях ступеней были выбиты какие-то слова.