Битва титанов. Несущие смерть - Хайц Маркус - Страница 95

Корабль замедлил ход, грохот на палубе и громкие крики свидетельствовали о том, что судно вот-вот причалит к берегу.

— И прежде всего нам нужно поговорить с эльфом, — предложил Лот-Ионан, выходя из каюты.

Друзья сошли на сушу и, пройдя по небольшому городку, направились к древней святыне. В бывшем храме их уже ждал распорядитель архива, плешивый человечек лет шестидесяти с красным от постоянного пьянства носом. Его одежда выглядела так, словно ее потрепали хорошенько, разорвали, а потом завернули в нее его тело.

— Добро пожаловать. — Поклонившись, смотритель архива повел их мимо множества уставленных книгами полок.

Тут были записи подданных Вей о прошлых солнечных циклах, свидетельства о свадьбах, рождениях детей и смерти. Королева Вей очень трепетно относилась к истории страны и полагала, что любая, казалось бы, мелочь должна быть учтена.

— Эльф так и не пришел в сознание, но и не умер. — Смотритель напустил на себя важный вид. — А все благодаря моей заботе и уходу. Но, конечно, и его удивительная выносливость сыграла свою роль. Я не лекарь, но хочу заметить, что любой человек с такими ранениями давным-давно бы отправился к богам. — Его мутные, пропитые глаза уперлись в Лот-Ионана. — А он лекарь?

Гости остановились у створчатой двери в три метра высотой.

— Да, именно так, — заявил маг, чтобы не вдаваться в долгие объяснения.

Он вошел в комнату, залитую светом закатного солнца. Пахло морем и летом, из открытых окон доносился шум прибоя, воздух был свеж. Крошечные капельки прибоя долетали даже сюда. Волны бились о скалы.

Эльф лежал на кровати. Его глаза были закрыты, торс перевязан, а ладони покоились на одеяле.

— Спасибо, — Лот-Ионан закрыл дверь, оставив смотрителя в коридоре.

Дергард, Тунгдил, Бешеный, Зирка, Года и Родарио подошли к раненому. Остальные ждали их в главном зале храма, надеясь на то, что заклинание мага сработает.

— Какие чары ты применял, Дергард? — поинтересовался Лот-Ионан.

— Мои целительные заклинания не очень хороши, — смутился юноша.

Развернув повязку, Лот-Ионан осмотрел раны на теле эльфа, почерневшие по краям. Плоть несчастного гнила.

— Ты применял чары, которыми пользовался Нудин?

— Да.

— Перечисли.

Дергард назвал использованные заклинания, и Лот-Ионан одобрительно покивал.

— Эти чары очень сильны, Дергард, тебе не в чем себя винить. Просто эльфы невосприимчивы к ним, им требуется другой вид магии.

Старик вознес ладони над ранами, его взгляд остекленел, и Лот-Ионан принялся бормотать какие-то слова, поводя в воздухе пальцами. Под ладонями медленно возникло слабое голубоватое свечение. Словно густой мед, магическая сила потекла на тело эльфа, закрывая раны, наполнила их, и на груди образовалась целая лужица голубой густой жидкости.

Закончив заклинание, Лот-Ионан отступил и подал Дергарду знак. Молодой маг завершил исцеление, и жидкость на груди эльфа приобрела желтовато-белый оттенок.

Прогнившая плоть отслоилась, и мелкие чешуйки посыпались на простыню слева и справа от эльфа, отверстия от стрел закрылись, постепенно затягиваясь розовой кожей, и только светлые шрамы теперь напоминали о том, что только что в этом теле зияли страшные раны.

— Свершилось, — выдохнул Дергард, благодарно кивая Лот-Ионану.

— Ни один из нас не смог бы сплести это заклинание в одиночку. — Маг улыбнулся. — Наши чары принесли добрые плоды. Я полагаю, это славный знак. — Старик подошел ближе к постели. — Давайте разбудим его.

Боиндил подхватил ковш с водой и выплеснул ее эльфу на лицо.

— Эй, проснись! Ты и так уже долго проспал! — весело воскликнул он.

Эльф и вправду тут же открыл глаза. Увидев ухмыляющегося гнома, он резко отпрянул и ударился головой о спинку кровати. Правая рука метнулась к бедру, но ни перевязи, ни меча на нем не было.

— Не бойся, друг, — сказал Тунгдил на эльфийском. — Мы нашли тебя в рощах Аландура. В твоем теле торчало три эльфийских стрелы. Мы подобрали тебя и привезли в Вейурн, чтобы вылечить. — Златорукий указал на приемного отца. — Это Лот-Ионан Терпеливый, рядом с ним — Дергард Одинокий. Волшебники спасли твою жизнь. — Гном кивнул исцеленному. — Я Тунгдил Златорукий. Ты можешь рассказать нам, что с тобой случилось?

— Тунгдил Златорукий? — с облегчением переспросил эльф. — Значит, я в надежных руках. Я Эсдалан, хранитель Рощи Мщения.

— Что он сказал? — проворчал Боиндил. — Скажи ему, чтобы он говорил так, чтобы мы все его понимали, книгочей.

— Все ли, кто находится здесь, достойны доверия? — осведомился Эсдалан на языке, который понимал только Тунгдил.

Златорукий оглянулся.

— Говори на эльфийском, а потом решим, что из твоих слов следует передать им.

Проведя ладонью по лицу, эльф начал рассказ.

— Я Эсдалан, барон Йилсборнский и добрый друг Лиутасила, — он сглотнул. — Моего князя убили.

— Это нам известно. Он умер в бою с одним из чудовищ, пытаясь защитить свой бриллиант.

Лицо Эсдалана потемнело от гнева.

— Вот, значит, что они говорят вам! Будто бы он пал в бою с чудовищами Бессмертных! — Барон понизил голос. — Лиутасила убили четыре солнечных цикла тому назад.

13

Произнеся эти слова, Эсдалан глубоко вздохнул. Ему тяжело было говорить об этом.

— Они скрывали это ото всех эльфов и постоянно придумывали какие-то отговорки, чтобы утаить исчезновение Лиутасила. Так продолжалось до тех пор, пока их сторонники не распространились по всему Аландуру. Тогда они нанесли нам сокрушительный удар, уничтожив всех моих собратьев, сохранивших здравый рассудок.

У Тунгдила перехватило дыхание от этих кошмарных известий.

— Они? — выдохнул он. — Кто они такие?

— Атары эоил, то есть посвященные эоил. Горстка фанатиков, которые считают эоилов богоравными. Они чуть ли не приравнивают эоилов к Ситалии. Когда аватары Тиона пришли в нашу страну, они требовали у Лиутасила присоединиться к эоил и вместе с ней повести войну на порождения Тиона и Самузина в Потаенной Стране. Но Лиутасил тогда предпочел не вмешиваться в события и приказал им хранить нейтралитет.

— Судя по твоим словам, они ослушались приказа?

— Да. Они тайно послали гонцов к эоил, чтобы поговорить с ней и узнать, как они могут помочь. Никто, кроме атаров эоил, не знает, что она им сказала. С тех пор они пытались захватить власть в Аландуре, чтобы превратить эльфов в чистый народ, какими мы когда-то были, и направить нас на борьбу со злом, как завещала эоил.

И тут на Тунгдила снизошло понимание происходящего. Слова Эсдалана стали последней частью этой мозаики, и в голове гнома, словно зов горна, раздавались слова: святыни, новые храмы… Все то, что они видели с Боиндилом во время своего пребывания в королевстве эльфов, все это делалось по приказу эоил!

Эсдалан опустил глаза.

— Мы недооценили их. Воззрения атаров быстро распространились, и эоил обрела больше сторонников, чем предполагал Лиутасил. Когда он узнал об истинном положении дел, то рассказал мне об этом, готовясь к войне с атарами, но было слишком поздно. Я, подобно многим из моего народа, совсем недавно прозрел и понял, какие интриги они плетут. С тех пор я стал прислушиваться к разговорам в моем баронстве и однажды подслушал, как обсуждалась судьба бриллианта. Атары эоил проверили камень, доставшийся эльфам, и определили, что это подделка.

— Проверили? Как они могли сделать это?

— Не знаю. Возможно, эоил поделилась с атарами тайным знанием, научив их владеть магией или хотя бы распознавать ее. Наш народ может плести простейшие заклинания, которые ваши маги и чарами-то не назовут. Но эоил могла изменить это.

— Хм. Значит, не так уж и плохо, что ваш камень попал в руки Бессмертных.

Эсдалан покачал головой.

— Наш бриллиант не достался чудовищам. Атары выдумали эту историю, чтобы объяснить смерть Лиутасила. Кроме того, они хотели украсть остальные бриллианты из крепости, как только все привезут свои камни в Паланд. Атары заметили, что я подслушиваю их разговор, и погнались за мной. Мне удалось сбежать, хотя они и успели всадить в меня три стрелы. — Эльф пожал Тунгдилу руку. — Я обязан вам жизнью. Вам, гному.