Эринкаль (СИ) - Березенкова Евгения Георгиевна - Страница 58

Естественно, подобный расклад сказался на моем внешнем виде. Спутники все с большей тревогой косились, видимо решив, что это мандраж перед встречей. Сам же я, старался надолго не заострять внимание ни на какой мысли, больше смотреть вокруг, подобное любование почему-то успокаивало. Но ровно до тех пор, пока на горизонте не возникла крепость.

Nir'costa — одна из самых старых крепостей. Да что это я, она вообще теперь единственная. Сохранилась еще с тех пор, когда дроу жили не в горах, а занимали обширную равнину перед ними, короче говоря, часть тех земель, где стоит современная Империя. Кроме Nir'costa существовало еще три крепости, как раз по числу перевалов, ведущих в Кэльвию, но, к сожалению, последнюю войну они не пережили. Первые два перевала были обрушены нами, в надежде перекрыть путь домой и похоронить под завалом как можно большее число захватчиков (что с успехом удалось). Третий перевал взорвали сами люди, стремясь уничтожить врага еще и с экономической точки зрения, ведь через него шла основная торговля. И последний, четвертый перевал, сохранился частично, пострадав от отголосков последовавшего за взрывами землетрясения. Впоследствии он был расчищен и в данный момент служил единственным входом и выходом, рубежом так сказать.

Крепость производила впечатление издалека. Во-первых, она стояла на скале, подход к которой серпантином вился по узкой кромке созданного природой наслоения. Во-вторых, строилась она не как торговый городок, а именно как полноценная военная защита. То есть имела непреодолимые стены, шириной больше колесной базы телеги, для подвоза боеприпасов, шесть смотровых башен, две из которых по углам, центральный донжон и самая высокая и тощая пожарная вышка, и полное отсутствие подходов, кроме как непосредственно с фасада. По отвесным стенам ущелья вокруг не смог бы пролезть даже самый прожженный скалолаз.

Взглянув вперед, я помрачнел еще больше и, уговаривая себя сделать шаг, поплелся вслед за товарищами. Конечно, переживать пока, вроде как, рано, до крепости еще минимум полдня пути, это только кажется что близко, а на самом деле тут не так все просто. Да и вообще в горах никогда просто не бывает.

Ничто не изменилось. Ворота показались перед нашей процессией неожиданно. Вернее, неожиданно только для нас, проводники же, и ожидающий перед ними в полной боевой готовности отряд, были в курсе. Отряд, как выяснилось, выставили для устрашения, ну, мы и устрашились. Почти.

Лионэль всегда имел равнодушно высокомерное выражение лица, и только те, кто часто имеет с ним дело, могут угадать эмоции, хотя, на мой взгляд, я читаю его эмоции. Калиэль излучал такое высокомерие, что даже самые тихие члены отряда сопровождения вампиры пылали к нему искренней ненавистью. Пираэль, напротив, в основном улыбался и постоянно чем-нибудь интересовался, не замолкая ни на минуту. Поэтому все старались держаться подальше и морщились при приближении великана эльфа. Рон вел себя тихо, но не от трусости, а скорее из предосторожности. Разведчики косились на него не то уважительно, не то опасливо, но и не задирали. Свысока относились, пожалуй, только ко мне, постоянно пытаясь задеть, на что я не обращал ни капли внимания, чем и удостоился презрения.

С некоторой опаской я ожидал встречи с комендантом крепости, поскольку вполне определенно мог сказать, что им окажется некто пожилой, умудренный опытом и знающий. Конечно, ведь с высоты прожитых лет виднее, как именно можно обеспечить защиту всего народа через один единственный перевал. Но встреча не состоялась. Нас просто передали сначала из рук в руки, при этом пожелав счастливого пути на виселицу, а затем с удобствами разместили в двухместных камерах темницы. Мне в тот момент было все равно, поскольку как я и ожидал, ментальное давление увеличилось в несколько раз.

Едва дверь за нами закрылась, я повалился на деревянные нары, и устало прикрыл глаза. Поспать последнюю ночь не довелось и пары часов, благодаря сдвоенному дежурству часовых, а отдых нужен всему живому. Помявшись в нерешительности, Рон уселся рядом со мной, осторожно коснувшись плеча.

— Аль, посмотри на меня, — я нехотя обернулся, разлепив покрасневшие от постоянного напряжения глаза. — Что с тобой такое?

— Я… — в конце концов, зачем скрывать? — Понимаешь, я не знаю, что это такое, но последние дни моя голова просто разрывается от ваших мыслей.

— Телепатия? — Удивленно переспросил Рон и перевел взгляд на ошейник. — Но печать же еще на тебе.

— Да, но она меня не спасает!

— Ммммм… да, тебе действительно плохо. А щит поставить ты пробовал?

— Пробовал, — понуро кивнул я, вновь закрывая глаза, — не получается.

— И что, ты постоянно читаешь мысли всех вокруг? — Полюбопытствовал друг, правда, я это знаю достоверно, без задней мысли.

— Если сосредоточиться, то да. Но я стараюсь от них отдалиться, поэтому слышу лишь монотонный гул. А здесь, в крепости, он стал еще сильнее.

— И что нам с тобой делать?

— Не знаю, — отмахнулся я, — меня не учили с подобным справляться, я ведь не телепат.

— Был.

— Что?

— Не был телепатом, зато теперь стал. Нужно что-то придумать.

— Например?

— Слушай, а если я попробую тебе помочь? Печать ведь на меня настроена, может быть, если я попробую ее усилить, она послужит щитом?

— Не знаю, — я задумчиво пожевал губу, забыв про невтягивающиеся клыки, и чуть не прокусил ее насквозь. — Ах, ты! Давай попробуем.

— Ладно, — парень пересел поудобнее, положив мою голову на колени. — Закрой глаза и не мешай.

— Идет, — я постарался расслабиться и через несколько минут уже сладко спал, ощущая легкие касания к вискам.

Сон мой был недолгим, но продуктивным. Честно говоря, просыпаться не хотелось, но громкие голоса не дали оставаться в полузабытьи. Раскрыв глаза, я сначала прислушался к разгоревшемуся спору, все больше походящему на свару. И только успел обрадоваться, полному отсутствию голосов под черепушкой, как зацепился за до странного знакомый баритон, слышанный когда-то раньше. Судя по всему, обращались к коменданту, а спорили Рон и капитан разведчиков.

— Пусть спит, успеете еще ему надоесть! — Горячился Рон.

— Ничего, на том свете отоспится! — Взорвался капитан, имени которого я так и не узнал.

— Если вы оба сейчас не замолчите, я прикажу посадить вас в одну камеру на пару дней! — Отрезал комендант, по такому случаю чуть повысив голос.

— Но militarus, как вы можете слушать человека? — последнее слово капитан выплюнул через силу.

— Так же, как и вас Каваль! Я не страдаю глухотой, или вы в этом сомневаетесь?

— Нет, не сомневаюсь.

— Что ж, тогда прошу вас отойти к дверям, и там меня подождать. Здесь я разберусь сам. — Отдав приказ, militarus дождался его исполнения и лишь тогда обернулся к одному из задержанных. Этот парень его не на шутку заинтересовал. Это надо же, печься о здоровье вампира! — А вы, будьте добры все же разбудить своего… друга.

— Вы абсолютно уверены в необходимости это делать? — Предпринял последнюю попытку парень, а я зашевелился, переворачиваясь.

— Да, — кивнул дроу.

Не глядя на посетителя, я сделал несколько шагов в сторону решетки и лишь тогда поднял взгляд для того, чтобы встретиться с темно карими глазами… Рэми. Рэми? Не может быть! Это просто не возможно! Я ведь видел… я держал его тело на руках… я сам, своими руками, закрывал ему глаза. Нет… это просто не возможно…

Отшатнувшись назад, я немного забыл про свою больную голову и почувствовал, как начинаю заваливаться назад. Рон успел вовремя, молниеносно развернувшись, он схватил меня за плечи, зовя по имени, но я не реагировал. Еще один брошенный на бывшего друга взгляд и темнота все-таки сомкнулась над незащищенным сознанием.

— Что с ним? — Чуть хрипловато спросил комендант, обращаясь к человеку, так заботливо переживающему за его некогда друга. — Он ранен?

— Нет, это от перенапряжения и стресса. Вы были знакомы?