Магнат - Ричардс Элейн - Страница 32

Чтобы подольше сохранить тепло, Сэнди обхватила кружку ладонями. На какое-то мгновение ей захотелось навсегда остаться в этой комнате и послать к черту весь мир.

— С меня словно живьем содрали кожу, мистер Коннери. Возможно, я и не понимаю, во что впутываюсь, но ни колебаний, ни сомнений у меня нет. Я намереваюсь передать записку Люка Эвери Дену Арлену. Я никому ее не показывала, хотя еще не знала, что Гейб погиб. А теперь эта записка, в сущности, единственная подсказка, которая может мне помочь разобраться в причинах смерти Тейба. Это звучит довольно странно, но, кажется, мне повезло, что я сделала себе имя в таких трагических обстоятельствах.

Джефф смотрел на нее и, похоже, ничего не понимал.

— Я не улавливаю связи. Поясните, пожалуйста.

Несколько мгновений Сэнди казалось, что она стоит перед зияющей пропастью, в которую вот-вот свалится. У нее еще был выбор: остаться в привычном, сравнительно безопасном мире или сжечь за собой все мосты. Должна ли она отправляться в эту одиссею вместе с человеком, для которого, как выяснилось, это рискованное предприятие значит не меньше, чем для нее. Она вздрогнула, почувствовав реальную опасность для своей жизни. Раньше ей никогда не приходилось играть на такие высокие ставки — ни ради карьеры, ни ради любви, ни ради чего бы то ни было. Понимание этого ошеломляло и пугало.

— Эта записка что-нибудь говорит вам?

Он откинулся назад, чувствуя себя довольно непринужденно в ее доме.

— Она говорит мне слишком о многом. Две смерти, а за ними последовал целый список жертв, который я намереваюсь закрыть. — Он начал перечислять, отгибая палец за пальцем. — Люк Эвери. Гейб Меррит. Сью Риган. Петти Ройтер. Люк, Сью и Гейб сунули свой нос в дела некоего могущественного человека. Ну а девочка — она просто племянница Джона Бурка.

— И Бурк чуть было не вызвал полицию прямо на программу, когда я только упомянула о его племяннице.

Он отпил кофе.

— Но у нас нет никаких доказательств, что Рубен Хейг имеет какое-то отношение к этой расправе или даже к угрозе насилием. Да и почему бы ему быть в этом замешанным? Каким бы ни было его могущество, убийство и насилие слишком рискованны и могут привести к разрушительным для бизнеса последствиям. Такой ли уж большой приз Юго-Западная? Я не уверен, что Хейги будут набирать очки, сшибая, как кегли, своих соперников или вербуя так нагло и прямолинейно сторонников.

— Вы считаете, такого никогда не случалось?

Джефф улыбнулся и поставил кружку с кофе.

— Да, такое случалось. Но мы не знаем, происходило ли это при подобных обстоятельствах.

— Хорошо, и что вы собираетесь предпринять?

— Я считаю, что мне необходимо собрать побольше фактов. Когда я возглавлял сенатскую комиссию по расследованию убийств, я понял, что с выявлением новых обстоятельств дела значение и смысл улик меняются. Необходимо как можно дольше воздержаться от окончательных выводов. У нас несколько смертей, изнасилование, тяжелая травма — и все это выглядит как несчастные случаи или нападения маньяка. Но, возможно, они слишком уж похожи на несчастные случаи. Скажем, трагическое происшествие с маленькой девочкой, племянницей Джона Бурка…

— На предумышленное убийство это не похоже?

— Вы на верном пути. Бог мой, обдуманно пойти на такое мог только супермен с уникальной реакцией и почти невероятным мастерством вождения автомобиля, ведь ему необходимо было сбить именно ее на переполненном людьми тротуаре и ударить достаточно сильно, чтобы сломать несколько костей, убив при этом для правдоподобия несчастного прохожего. И такой парень позволяет себя арестовывать и оказывается пьяным?! Немыслимо!

— У Хейгов могут быть такие люди.

Он кивнул:

— Допустим. Далее. Джон Бурк после трагического случая с его племянницей идет на соглашение с «Хейг энтерпрайзиз», но они ведь и денег предлагают ему больше, чем другие претенденты. Кроме того, даже такие беспринципные люди, как Хейги, не могли бы решиться искалечить ребенка.

— А если они все же решились?

— Тогда я до смерти напуган, леди.

Он встал, и самой атмосфере комнаты передались его спокойствие и уверенность, несмотря на свойственную ему манеру противоречить собственным же словам. Подойдя к камину, он взглянул на портрет, висящий над каминной полкой:

— Ваша родственница?

— Бабушка Гейба в детстве, — объяснила Сэнди. — Портрет написан другом их семьи. А выше — мой детский портрет работы одного профессионального художника.

На секунду его взгляд задержался на полотне, висящем над креслом Сэнди.

— Мне нравятся фамильные портреты. Ощущение преемственности. — Он взглянул на Сэнди. — Вы знаете, что кроется за этими лагерями боевиков?

Застигнутая врасплох его вопросом, она, помолчав, ответила:

— Нет. Гейб так и не написал об этом.

— Не знаю, что ему удалось установить, но я изучал лагеря ку-клукс-клана и подобных ему организаций. Идеологическая подоплека создания лагерей в том, что в ближайшее время разразится ограниченная ядерная война или произойдет грандиозное стихийное бедствие, в результате чего погибнут миллионы американцев и будут уничтожены многие города. Страна перейдет на военное положение. И эти ребята возьмутся насаждать законы военного времени, захватывая уцелевшие города, преследуя евреев и негров и сметая с лица земли все, что, по их мнению, мешает их выживанию.

Сэнди показалось, что какая-то мягкая лапа сжимает ее горло.

— Несомненно, именно они и убили Гейба, — прошептала она.

Джефф вернулся к дивану и присел на край.

— Но это не был лагерь Клана. Мы предполагаем, что лагерь находился под покровительством Хейгов. Конечно, политические взгляды и мораль Хейгов соответствуют тому, что я только что сказал, но каков их сценарий? Они что, собираются развязать ограниченную ядерную войну? Или устроить вселенскую катастрофу? Зачем им целая армия обученных боевиков?

— Чтобы защищать их нефтяные месторождения.

— Возможно, вы не слишком далеки от истины, миссис Меррит, — буркнул Джефф. — Однако именно в этом мы должны хорошенько разобраться, на что уйдет довольно много времени. Даже если мы будем спрашивать, нам никто не скажет правду. И в отличие от того, что происходило на телевидении, никто не собирается нервничать или болтать лишнее. Чтобы разгрызть этот орешек, потребуется год, а может быть, и два. Придется потерпеть.

— Вы хотите сказать, что это слишком трудная задача?

— Я хочу, чтобы вы поняли, на что идете. Я через это прошел. Я знаю.

Сэнди понимала, что Джефф проверяет ее решимость и мужество. Он не мог начинать расследование, пока не будет совершенно уверен в том, что она не отступит в решающий момент.

— Я пойду до конца, мистер Коннери. Это мой долг.

— Хорошо, — сказал он и встал.

Подойдя к окну и оттянув пальцем планки жалюзи, он увидел неправильной формы каменный забор и силуэты деревьев, едва проступающие в сгустившихся сумерках. Внезапно он поднял руку в приветственном жесте и улыбнулся.

— Кому вы улыбаетесь? — спросила Сэнди.

— Человеку, сделавшему мой снимок.

— Что?!

Сэнди вскочила и с бешено заколотившимся сердцем бросилась к окну, но темнота за окном была почти полной. Джефф, которого ситуация явно развеселила, отступил назад, чтобы дать ей место.

— Мне показалось, что за мной кто-то следит, — объяснил он. — И вот только что я заметил вспышку, вон там. Парень в роще через дорогу, с телеобъективом. Он, наверное, сквозь землю провалился, когда я помахал ему рукой.

Сэнди посмотрела на Джеффа. Разные мысли об этом фотографе закопошились у нее в голове.