Полночь мира (=Пепел Сколена) - Буркин Павел Витальевич - Страница 140

  - Прощай и ты, - еле сдерживая ярость, буркнул Велиан. И куда подевался вчерашний бесстрастный ученый? Сейчас Велиан походил на жирного борова, у которого из-под носа утаскивают корыто с помоями. - Надеюсь, из тебя выбьют дурь до того, как ты совершишь непоправимое. Позволь напоследок дать один совет.

  - Какой еще? - подозрительно спросила Эвинна.

  - Не пытайся мстить за родных. Что случилось - того не изменишь. Мертвым от твоей мести ни жарко, ни холодно, а живым станет только хуже. Занимайся тем, чем надлежит заниматься Воину Правды по должности - утешай горюющих, добивайся соблюдения законности, а главное - предотвращай кровопролитие. Законы для того и пишутся, чтобы не допускать кровопролития. И даже если ты допустишь нарушение - это в крайнем случае тоже выход: если ты избежишь крови, ты поступишь по духу закона вопреки его букве. Но, - Велианснова плутовато ухмыльнулся. - В любом случае и себя не забывай. Помни, ты можешь выполнять свой долг, пока жива, здорова и довольна жизнью, это я к тому, что глупо отказывать себе в маленьких радостях жизни.

  Велиан лукаво взглянул на заспанного Морреста - разбуженный их беседой, он показался на пороге.

  - Вы на что намекаете? - теперь пришел черед сдерживать ярость Эвинне. - Я давала вам повод считать меня...

  - Нет, уважаемая, но ведь Воин Правды не является монахом и не дает обет безбрачия. Воину Правды кое-что позволено, и знаешь почему? А потому же. У монаха в келье нет соблазнов, ему можно давать обет безбрачия. А Воин Правды не должен ненавидеть мир, которому призван помочь. Значит, он должен чего-то от мира получить, как рыцарь, который защищает страну, и за это люди его кормят.

  - Защищает как Тьерри? - недобро усмехнулась Эвинна.

  - Так должно быть в идеале. В жизни бывает всякое, но если ты читала "Устав о Воинах, за Правду Богов сражающихся", утвержденный святым императором Эгинаром, ты знаешь, что я прав.

  Возразить было нечего, и Велиан продолжал:

  - Главное - избегай насилия, и не давай проливать кровь другим. Ты не можешь повредить корни зла, разве что срежешь ветку-другую, на месте которых вырастет сотня новых, потолще. Лучше не пытайся, тогда, глядишь, новые ветви расти и перестанут.

  - Я запомнила ваш совет, - произнесла Эвинна холодно и резко, будто ударила хлыстом. Но тут же одернула себя: "Он же просто подал совет, хочет помочь, а ты срываешь на нем злобу". - Извините, я не хотела вас обидеть. И в любом случае, как бы мы не расстались, благодарю вас за гостеприимство и участие.

  Велиан самодовольно приосанился. В двойном подбородке, в заплывших свинячьих глазках, сальной лысине, барственно-ленивых движениях сквозила уверенность в своей правоте и праве поучать других. "Что же его Эльфер так хвалил? - изумленно думала Эвинна. - По мне - так пакостный человечишко..."

  - Я бы и сам расстроился, если бы мне доказали, что я не прав. Но от правды не спрячешься, Боги устроили мир так, а не иначе. Прощай, а когда вернешься в Валлей, передай привет Эльферу, - самодовольно сказал отшельник.

  - Прощай, - сказала Эвинна. - Нам еще два дня по болотам плестись, и до Эллиля неделя пути.

  Велиан ушел в избу, не на шутку рассерженный. Эвинна знаком подозвала Морреста, который, морщась от холода, только-только закончил умываться. Бриться с ледяным илом он даже не попытался. "Может, с бородой он будет не таким приметным, - одобрила Эвинна. - Только бы не глупил! Еще одного большого ребенка убеждать нет сил.

  - Моррест, Давай быстро есть - и пошли. Нас ждет Эллиль.

  - Зачем так спешить, - буркнул Моррест. - Все равно же зима, наверняка на север никто не плавает. Давай хоть отдохнем!

  - Моррест, - повернулась к спутнику Эвинна. - Тебе этот Велиан внушает доверие? Мне нет. Лучше уйти заблаговременно, но не попадаться в лапы... разным. А для этого нигде нельзя оставаться подолгу. Так понятно?

  Моррест кивнул. Вспомнились прочитанные книги - от детективов до фэнтэзи. И правда. Если на тебя охотятся, самое лучшее - не сидеть подолгу в одном месте. Да и Велиан - права Эвинна! - к себе не располагает. С таким можно иметь дело, если можешь сильно осложнить ему жизнь, если ему выгоднее держать слово, чем предать. Но когда ты - беглец, а выдать тебя властям безопасно и прибыльно... Нет, похоже, придется снова брести по ледяной грязи. Зря только тащились в топи.

  Сборы много времени не заняли, Моррест уже знал первое правило беглеца: долгие сборы - путь к могиле. Если спасаешься от кого-то с большими возможностями, все необходимое должно быть под рукой. Полчаса спустя сапоги путников снова зачавкали по грязи, а мокрый снег падал и падал им на лица.

  Они снова шли в мир, хотя, по мнению Эвинны, дальше-то идти было незачем. К чему жить, если твои скитания, борьба и страдания не только не нужны, но и вредны?

  Глава 20. Путь меча

  - Слушай, тут и землетрясение было слабее, и "люди в шкурах" не дошли, и холода были как в Алкрифе, - произнесла Эвинна. - Тут должно было уцелеть больше населения.

  Хорошо после долгого пути по раскисшим дорогам, по стылой зимней мокрети, вытянуть ноги у теплого камина и прихлебывать наваристые щи. Хорошо стянуть надоевший сырой плащ и промокшие сапоги, пить горячий ягодный отвар и неспешно говорить на отвлеченные темы. Главное, чтобы не было непосредственных опасностей. Но какие опасности могут поджидать в юго-восточном углу Сколена, в городке со странным названием Эллиль, в припортовой харчевне "У Элинды"? Ни одного знакомого лица, ни одного пристального взгляда. Большим вниманием удостаивают крутобедрых служанок, а Эвинна напоминает молодую жену с мужем. Все чинно, мирно, как велят традиции. Скукотища. То ли дело доступные красотки.

  Обсуждали виденное на пути из Дельты. Всю неделю, прошедшую со времени выхода от Велиана, им то и дело попадались то крупные села, то городки, даже довольно большой город Тордэ - Моррест считал, некогда там жило тысяч пятьдесят - в которых не осталось людей. Только уныло нахохлились под мокрым снегом пустые глазницы окон, обломанными клыками дыбились остатки стропил, заросли крапивой дверные проемы. В других местах жизнь лишь чуть теплилась на развалинах. Впрочем, полностью опустевших селений было больше. Судя по всему, Великая Ночь нанесла этому краю еще большие потери, чем Верхнему Сколену.

  - А ты представь простого горожанина... или крестьянина, неважно... О чем они думали, когда все началось?

  - Ну, о том, что надо бы еды запасти. У меня, мол, жена, дети, а сосед богатый, перебьется. А сосед думал... Слушай, выходит, они сами друг друга перебили?

  - Именно. Людская дурость сама по себе способна убить тысячи. А когда все трупы оттаяли, тут, наверное, было, как в Самуре.

  ...Когда брошенные города и деревни остались позади, глазам путников предстала заболоченной, только меньших размеров, дельта реки Эли. Бурые, покрытые пожухшей травой берега, черная вода, грязно-белые проплешины снега - самый юг Сэрхирга в это время был уныл и безрадостен. Отсюда было совсем недалеко до моря, южный ветер отчетливо пах морской солью, по временам доносился шум штормящего моря. На всем протяжении река эта протекает по землям Империи, ведь балгры в те времена еще не до конца отложилась от Империи. "Не до конца, как же! - ехидно подумал Моррест. - Просто пока повода не было".

  Эллиль показался всего через пару миль, когда полупрозрачная кисея оголившихся ветвей уже не смогла его скрывать. Но портового города на берегах Эли, морских ворот старой Империи Эвинна не увидела. Нищий рыбачий поселок в кольце полуразрушенных стен и развалин. Теплилась жизнь только в порту, где у пирсов болтались в стылой воде рыбачьи шаланды и сидели в иле полусгнившие боевые корабли. Моррест вспомнил, что тут стояла одна из эскадр имперского флота - вот только состояние ее не оставляло иллюзий. Это уже не боевые корабли. В лучшем случае - источник дров для моряков. Несколько лодчонок помельче лежали, вытащенные на прибрежный песочек и перевернутые. Здесь же сушились на свежем ветру сети. За стеной находилось одно общинное поле, которое обрабатывали всем селом. Его размеры говорили лучше всяких слов, что основным кормильцем селян было море и, может быть, отхожие промыслы, но где сейчас их найдешь? Так что жило село морем - и еще раз морем.