Дорога в бесконечность - Суренова Юлиана - Страница 50

-Два свободных! Ваир и Лин! Делайте ваши ставки!

-Серебряник на Ваира! - тотчас оживились горожане. - Нет, два!

-Серебряник на Лина!

-Золотой - и пусть бой будет до первой крови!

-Два золотых! До смерти!

Все на мгновение умолкли, повернув головы в сторону назвавшего цену.

-Жизнь свободных воинов стоит больше! - в тишине, казавшейся после властвовавшего всем вокруг всего мгновение назад шуме, голос устроителя боя звучал угрожающе.

-Хорошо! - не унимался горожанин. - Удваиваю!

"Выбрасывать на ветер такие деньги! - глаза Мати были готовы округлиться от удивления. - Хотя, - она почесала нос, вспомнив, как только что ставила на какие-то маленькие камешки серебряник. В обычной жизни за такую монету можно купить... Да что душе угодно! Хоть отрез прекраснейшей ткани на платье, хоть... А продуктов хватило бы всему каравану не на один день! Здесь же, в пещере, все ценности менялись, все казалось таким простым и легким... Оставался один единственный вопрос: - Откуда у этих нищих и бродяг столько монет? - но, опять-таки, она только что сама видела, какие деньги здесь на кону. И ведь это не воздушные деньги - обещания заплатить, а реальные, полные драгоценного металла.

Мужчины рядом с Мати оживились, закивали головами. Их глаза загорелись в ожидании удивительного зрелища. Желая занять удачные места, откуда будет хорошо все видно, они заторопились к месту будущего боя - огороженному колоннами кругу, над которым, словно солнце на небесах висела большая лампа с огненной водой, излучая яркое, ровное свечение - не чета тому, что были способны дать факелы. Поверх камней был насыпал песок - много светлее того, что покрывал берег городских озер.

Хотя, впрочем, немного поразмыслив, девушка решила, что это тот же самый песок, только сухой - вот и вся разница.

Продолжая разглядывать все вокруг, караванщица, стараясь не выбиваться из толпы, пошла вслед за всеми. Она не рвалась в первый ряд, решив для себя: чтобы туда попасть, придется не только хорошо поработать локтями, но и получить немало тумаков. Ведь вокруг мужчины, которые явно не собираются уступать место. Стоило ей подумать об этом, как губы, дрогнув, скривились, глаза сощурились и в их глубине блеснул кроваво-красный пламень:

"Ненавижу!"

Ее начало раздражать все: запах пота, которым несло от горожан, их нечесаные волосы, торчавшие во все стороны, высокомерные лица, пустые глаза, грубая речь, даже одежда - накидки так полиняли и выцвели на солнце, что обрели какой-то серый, с разводами цвет, заляпанные грязью набедренные повязки, которые словно никогда не стирали... А ведь еще мгновение назад она не обращала на это внимания.

"Потому что не видела, - она свела брови, - было слишком темно... Уличный сброд! И вообще..." - но тут ее мысли оборвались, так и не дойдя до того вывода, от которого ее отделял лишь шаг. Взгляд приник к площадке между колоннами, на которую вышли поединщики.

Несомненно, это были настоящие воины - высокие, широкоплечие, с сильными руками и крепкими ногами. Из одежды на них были лишь набедренные повязки, но от этого они только выигрывали: поджарое тело было достойно того, чтобы его выставлять на всеобщее обозрение. А как сверкала, словно натертая маслом, кожа! Как играли под ней мускулы...

"Вот интересно... - мелькнуло у нее в голове, в то время как глаза с живейшим интересом рассматривали разминавшихся перед боем горожан. - Они ведь свободные... Воины. Значит, особой нужды не испытывают. Зачем же им это? Ради выигрыша? - и тут она случайно заглянула в глаза одному из бойцов. Их выражение было красноречивее всех слов. Они горели сильнее, чем глаза жаждавших зрелища горожан, в них была та ненасытная страсть, яростная жестокость, которые ей доводилось видеть и прежде, но не у человека - зверя, опьяненного одним видом своего соперника, одной мыслью о том, что в целом мире нашелся кто-то, осмелившийся бросить ему вызов. И ей все тотчас стало ясно. - Ради победы. Чтобы доказать себе и остальным, кто самый сильный, самый искусный, самый-самый. ...И чем мужчина отличается от зверя?" - оторвав взгляд от круга, она огляделась вокруг, не останавливаясь на лицах, одеждах, видя в толпе людей свору бездомных собак, готовых поддерживать дружным лаем любую потасовку, кружившую вокруг потасовки, в которую каждому хотелось бы броситься, если бы не было так страшно.

Губы девушки тронула презрительная улыбка. Она несколько угасла, когда взгляд обратился к поединщикам, все-таки эти люди решились на бой, но не исчезла совсем, ведь они были готовы не только убивать, но и умирать на потеху безликой толпе, которой не было дела ни до чего, кроме жажды зрелища.

Воины встали друг против друга - кулаки сжаты, головы чуть наклонены, словно у оленя, выставлявшего вперед рога. Мати уже начала было думать - к некоторому разочарованию - что они будут драться безоружными.

"Фу, как малыши в сугробе!"

Ну конечно, караванщица ведь пришла сюда ради развлечения, а что увидишь в бою без оружия?

"Их сила примерно одинакова. Для обоих этот бой не первый, - выросшая в караване, она привыкла, что чужаки по большей части не спешат делиться своими секретами. И вместо того, чтобы спрашивать, ей приходилось до всего додумываться самой, замечая детали, обращая внимание на казалось бы совершенно неважные вещи. - Слишком уверено оба держатся в круге. И люди вокруг их не раздражают. Скорее даже, они рады зрителями... А когда равные соперники дерутся на кулаках, это всегда не так зрелищно, как когда они же бьются на мечах или кинжалах..."

Потом устроитель боя принес оружие - копье, меч, кинжал, остроконечную плетку, аккуратно разложил за спиной каждого из поединщиков. Сперва, увидев это, Мати обрадовалось:

"То, что нужно! - однако уже через мгновение она поскучнела. - Вот только мечом убить легче и быстрее, чем голыми руками. И, значит, уже очень скоро все закончится. И придется выдумывать новое развлечение..." - эти мысли так расстроили ее, что первые мгновения боя она следила за происходившим с тем скучающим взглядом, которым провожают снег, летевший из-под полозьев повозки.

Однако потом она очнулась от внезапной дремоты, встряхнулась, обратила внимание на поединок и даже заинтересовалась.

"А неплохо дерутся. Красиво. Особенно этот, рыжий..."

-Вперед, Ваир! - резанул ее по слуху крик одного из наиболее жарких болельщиков, а может - и заинтересованных игроков.

Так или иначе, Мати отвлеклась, когда же повернулась - разочарованно поморщилась. Глаза погасли...

"Ну конечно! Так всегда! Самое интересное пропустила!"

Один из воинов, уже не живой, лежал на песке, проткнутый насквозь, а второй, постояв над ним несколько мгновений, резко повернувшись, зашагал прочь. И победителем он совсем не выглядел - мрачный, ссутулившийся, злой.

-Молодец, Ваир! - хлопнул его по плечу один из игроков. Вот уж кто торжествовал победу по полной. - Я поставил на тебя! Вот теперь погуляю! Эх-х! - он был готов пуститься пляс.

Воин же на него даже не взглянул, лишь резко подался в сторону, уворачиваясь от рук тех из болельщиков, которые тянулись к нему:

-Приятель! - эти были пьяны и не только духом победы. - Пойдем выпьем!

-Ваир! - когда воин прошел сквозь толпу, догнал его устроитель боев. - Ты куда?

Тот не ответил, лишь хлестнул горожанина хмурым взглядом потемневших глаз.

-Не поприветствовал зрителей, не подошел к нашим гостям... - продолжал устроитель, словно не замечая настроения воина.

-Тебе нужно, ты и приветствуй, - процедил сквозь с силой стиснутые зубы победитель.

-Да что с тобой! Такой красивый бой! Все довольны! Ты должен радоваться.

-Отстань от меня! - огрызнулся Ваир.

-Злишься, что я за тебя дал согласие на смертный бой?

-Ты знал, что я никогда не соглашусь!

-Вот именно, знал! А еще я знал, что ты победишь! Так что ты ничем не рисковал!