Дорога в бесконечность - Суренова Юлиана - Страница 51

-Ты... - он резко шагнул к устроителю, схватил за грудки. Тонкая драгоценная ткань захрустела. - Из-за тебя я только что убил...

-Подумаешь! - взмахнул руками горожанин. - Как будто в первый раз!

-Лин был моим другом!

-Другом? Значит, другом... А ты знаешь, что он сам вызвался на бой с тобой? Хотел доказать, что сильнее!

-В обычном бою! Это не одно и то же!

-Ах, не одно и то же?! Почему же тогда он согласился на смертный бой? Ведь за него я согласия не давал. Нет, Ваир, нет! Твой драгоценный друг решил все сам! Наверное, он хотел не просто доказать, что может победить тебя в бою, но победить раз и навсегда. Убив. ...И отпусти меня наконец! - взвизгнул он. - Совсем задушил! И еще одежду порвал! А она, между прочим, стоит дороже твоей шкуры!

-Ты... Кровопийца! - однако он выпустил его, а затем резко оттолкнул: - Держись от меня подальше! - в его голосе звучала нескрываемая угроза.

-Я уйду, - закивал тот головой, лихорадочно поправляя одежду, - уйду... Понимаю, тебе нужно успокоиться, прийти в себя... Ты расстроен. Я все понимаю. И не сержусь. Когда будешь готов к следующему бою...

-Никогда!

-Когда будешь готов к следующему бою, - терпеливо повторил устроитель, - найди меня, - и, повернувшись к воину спиной, он откинув голову назад, наложил на губы улыбку и поспешил обратно, туда, где его уже ждали другие бойцы, готовые продемонстрировать разгоряченных видом крови зрителям.

Его помощники между тем убирали тело поверженного, торопливо разбрасывали свежий песок поверх того, что успел впитать в себя пролившуюся на него кровь.

Мати следила за всем происходившим вокруг с совершенным безразличием, так, словно это было не на самом деле, а где-то на грани снов и грез наяву. В душе не было ни капельки жалости.

"Сам виноват. Согласился на смертный бой - значит, готов умереть. А этот Ваир... Не воин, а нытик! Убил, а теперь плачет, словно ребенок! Кто его заставлял убивать! Мог бы... Ну я не знаю там, оглушить, ранить... Да что угодно! Кто бы стал разбираться, жив проигравший или нет!"

В следующем бою дрались рабы. И Мати должна была признать, что их поединок понравился ей куда больше. Вот где были эмоции, страсть, жажда победы.

"Они... - девушка прищурила глаз, оценивающе глядя на сражавшихся. - Они дерутся так, словно на камень поставлено нечто большее, чем слава..." - и, все же, чтобы понимать происходившее, ей нужно было знать точно. Поэтому она спросила, не обращаясь ни к кому конкретно, и вообще, делая все, чтобы в вопросе звучало как можно меньше заинтересованности:

-А что получает победивший?

-Деньги, конечно. И не малые.... - ответил один, не повернув к ней головы.

-Нет, - возразил ему другой, - это же рабы.

-Да, да, - закивал первый, продолжая следить за боем. - Точно - рабы. Тогда - славу.

-Ни за что, значит, - прошептала Мати.

-Это их работа.

-Да. Ради нее их и покупают, чаще всего - маленькими детьми, обучают, кормят, дают крышу над головой...

-Эй вы, хватит чесать языком! - прикрикнули на них сразу несколько горожан. - Или делайте ставки, или заткните рты!

Мати недовольно повела плечами, однако потом ее рука нашарила за поясом маленькую медную монетку - должно быть, одну из тех, которые ей дали на сдачу, когда она вчера торговала. Не то чтобы она сознательно попридержала ее, планируя потом что-то себе купить. Скорее уж просто забыла о ней. Однако, так или иначе...

"Ну вот, - она обрадовано улыбнулась, - совсем другое дело. Теперь будет причина следить за боем с большим вниманием!"

-Я могу поставить? - повернулась она к как раз проходившему рядом с ней устроителю игр, протягивая монетку.

-На этот бой ставки уже не принимаются, - качнул головой горожанин, однако вместо того, чтобы пройти мимо медяшки, задержался возле Мати. - Но если ты хочешь, можешь поставить на следующий. Победитель против претендента.

-Ставь на претендента, - тотчас поспешил с советом один из горожан.

-На претендента! - возмущенно вскинул руки вверх второй. - Да лучше просто взять деньги, да выкинуть - результат тот же!

-Да, - согласился с ним устроитель игр, - шансов немного. Но зато и выигрыш в случае удачи будет куда больше. Поставишь медяшку, получишь серебряник. Так что?

-Решайся, - хихикая себе под нос, стали подначивать ее горожане. - Ничто так не щекочет нервы, как ставка на тень.

Мати, пожав плечами, протянула устроителю монетку. Ей было наплевать на размер выигрыша. Все, что ей хотелось - подольше поиграть. А раз так - лучше не рисковать...

-На победителя, - проговорила она.

-Что ж, - устроитель кивнул, забирая монету. - Не уходи никуда. Не хочу потом искать тебя, чтобы отдать две медяшки.

-И не ищи.

Бровь горожанина чуть приподнялась.

-В случае выигрыша переносить ставку на следующий бой?

-Угу, - Мати кивнула.

-Даже если победителю этого боя удастся продержаться следующие три, потом рабов сменят свободные.

-Ну... - Мати задумалась.

-Решай быстрее. Мне надо принимать ставки и у других.

-Ставь на белого.

-Что? - горожанин даже растерялся.

-Ну... Того, кто будет стоять у белой колонны. Вон, - она махнула рукой вперед, - там все колонны темные, почти черные, и только одна - белая. Кто будет ближе к ней...

-Да это я понял. Просто... - он фыркнул. - Занятный способ выбирать своего игрока.

-Чисто женский, - согласно закивали горожане, - лишь бы на кого.

-Ничем не хуже ваших скрупулезных расчетов, - пожал плечами устроитель, - много вы выиграли с их помощью?

Так или иначе, игры, в которых у девушки был свой интерес, смотрелись куда лучше. Она даже начала выкрикивать что-то, улюлюкать, поддерживая своих воинов. И не заметила, как закончился последний поединок.

Горожане стали расходиться, кто - недовольно ворча проклятья в адрес бойца-неумехи, из-за которого он проигрался в чистую, кто - довольно побрякивая монетами в кошельке и оглядываясь вокруг, ища, на что бы потратить часть свалившегося прямо на голову богатства.

-Вот ты где, - к ней подошел устроитель игр, - держи, - он высыпал ей в ладони пригоршню монет - по большей части медных. Но блеснуло и два или три серебряника. - Не плохо, очень даже неплохо, если помнить, с чего ты начинала.

-Что, больше боев не будет?

-Хватит на сегодня. А ты, я вижу, заядлый игрок, - он качнул головой, не одобряя этой страсти. - Никогда не позволю своей дочери приходить сюда. Пусть у меня нет сыновей и некому передать дело... Но уж лучше ей быть женой какого-нибудь крестьянина или ремесленника, чем травиться этим азартом. Когда люди не спят ночь напролет, продают последние ценности, лишь бы сделать ставку. Это... Такое же безумие, как снежное поветрие!

-Ошибаешься, - мило улыбнулась ему девушка. - Я вот сильнее азарта. Могу играть, а могу и нет.

-Дело не в игре, в выигрыше.

-Он важен для меня лишь постольку, поскольку позволяет продолжать игру.

-Все равно это не место для молодой девушки. Я уже говорил - у меня дочь, и.... Тебе крупно повезло, что ты не нарвалась ни на каких подонков, готовых...

-Не беспокойся, - мягко остановила его Мати, - я могу за себя постоять.

-Ты?! - воскликнул горожанин, не зная, как ему реагировать на эти слова - смеяться или плакать. - Да что ты можешь...!

-Поверь мне, могу, - она заглянула ему в глаза. И было в ее взгляде что-то такое, что заставило чужака пожать плечами, не продолжая расспросов. - Скажи, здесь есть еще что-то стоящее? На что можно взглянуть и сделать ставку?

-Уже поздно. Приходи завтра.

-Я караванщица. И утром мы уходим из города.

-Говорят, что нет.

-Как это? - Мати нахмурилась.

-Говорят... Я повторяю - говорят. Пока еще ничего точно не известно. Так вот, Дамир выбрала себе в супруги Хранителя каравана. Если все так - вы останетесь в городе.

-Вот еще! - презрительно поджав губы, фыркнула Мати. - Ничего подобного!