Беглец в жизнь - Гельвич Ростислав Реональдович - Страница 11

Ведь как бы Кларахот не относился к своему ученику, но подвергать его опасности он не мог. Потому что маг отдает своему воспитаннику кусочек души… фигурально, конечно, выражаясь. Он слишком сильно к нему привязывается – и как знать, быть может, старик, называя Альфарана своим племянником, говорил правду?

…– Возвращай парня в Орден.

– Так скоро? Зачем? – Кларахот догадывался, что что-то тут не так. Но никак не мог понять, что именно.

– Нам нужны маги, намечается важное задание.

– Артан, так в чем проблема? Я сам могу сделать все, что тебе надо – ведь я более умелый некромаг, чем Альфаран.

Лидер Ордена фыркнул и провел рукой по светлым волосам.

– Кларахот… Я буду говорить с тобой начистоту. Наверняка ты знаешь, что на самом деле пантеон состоит не из шести богов, а из семи.

– Знаю. Я знаю даже причину этого. Какое это имеет отношение к Альфарану?

– Погоди… я недоговорил. Не перебивай! – Артан поморщился и снова провел рукой по волосам.

Старик-некромаг знал, что это означало одну из высших степеней волнения у Лидера. А это уже серьезно… тот не обладал великолепными нервами, но чувства свои скрывал хорошо. А тут…

– Суть в том, – он продолжил, – что в наш Орден попал Аватар этого бога.

Знающего человека (а точнее мага) это бы удивило до крайности!

Аватар – это равносильно слову «посланник бога». Хотя и не слишком верно, ибо Аватар – это человек с частичкой его души в себе. Хотя это определение тоже не верно, ибо частичка богов есть в каждом человеке – это тот стержень, который делает душу неуничтожимой.

Если же быть точным, то Аватар – это в некой степени тоже бог, только не обладающий всеми его качествами. Бессмертием и неуязвимостью, к примеру… Ближайшая аналогия – сын (или дочь).

Однако в старинных летописях существуют упоминания о неких Высших Аватарах, бывших почти богами. Но это только летописи. Полностью на них полагаться не стоит никогда.

Кларахота прошиб холодный пот: Аватар бога Храамтакона – бога эпидемий, мора и нечистой смерти… кто знает, что он может натворить?

– Храамтакон слаб, и его силы всего лишь на уровне демона. Как у него хватило бы сил на создание Аватара?

– Однако хватило. То, что это Аватар, причем довольно мощный, сомнений нет.

– Ладно… – Старик огладил бороду. – Так к чему ты ведешь?

– Его цель – возрождение Храамтакона!

Сердце некромага остановилось… и тут же забилось в два… да что там в два! В четыре раза быстрее, чем оно билось до того.

Он не подал виду.

– И?

– Для этого нужны души сильных магов. По возможности с мощным резервом. Альфаран подходит.

– Я понял. Но зачем тебе это?

– Давай я не буду корчить из себя добрячка, да и подумай сам… кто мы под Йаррой? Справедливость, счастье, любовь… тьфу! Мы небогаты! Живем, как крысы, в этих пещерах! А сказать, что предлагает нам Он?

– И что же?

– Власть. Богатство. Все останется почти таким же, но мы уже будем реальной силой! Той, которую будут бояться все! – В глазах Артана появился жадный блеск, и голос его надтреснул.

Однако цепочка загадок явила себя. Очевидно, темные флюиды знаменовали появление Аватара.

– Жди парня через три дня. Только ответь на один вопрос. Аватара зовут Лич?

– Да. Откуда ты знаешь?

Настоящих своих целей Артан не открыл никому. При всех своих хороших качествах Лидер Ордена отличался одной чертой характера – эгоизмом. Ведь если подумать, Орден-то является культом Йарры, бога справедливости. К чему тут бог Храамтакон, который к Справедливости никак не относится. Понять трудно.

На самом деле Артан радел не за Орден, а за себя… Что в принципе неудивительно.

…Альфаран решил последовать совету Кларахота и не искать приключений на свои многострадальные чресла (кои, как уже упоминалось, старик клялся ему оторвать). Вместо этого он решил хоть раз за неполный месяц своей жизни в деревне уподобиться мужскому ее населению и сходить в кабак. Тем паче, что кабатчик обещал брать с лекаря и его племянника только полцены.

Вообще, представить обычную деревенскую питейню очень легко. Она, в отличие от городских своих «коллег», очень чиста и опрятна – в деревне к этому относятся серьезно. Часто бывает, что двери покрыты резьбой, но это уже только тогда, когда у кабатчика есть или время, или помощники. То есть довольно-таки часто.

Толкнув дверь с вырезанным на ней кабаном (довольно красиво, надо сказать, вырезанным), Альфаран вошел в просторное помещение. Сразу напротив двери, у противоположной стены, примерно в восьми шагах от входа находилась трактирная стойка. На вошедшего дружелюбно глядели четыре бочки с краниками. Пиво, обычная сивуха, яблочное слабое вино и сладкий яблочный сок.

Ассортимент был отнюдь невелик. Но деревне хватало. Чего еще надо пьянчуге, кроме как пару кувшинов «сивой», а после этого крепкой кружки пива? Хочешь просто посидеть с другом и скоротать разговор питием? Пожалуйста – покупай вино. Если же пить уже не можешь или вообще не пьешь – пей сок. А уж если хочешь чего изысканного… хоти дальше. Пока другие пьют, что есть.

Войдя в кабак, Альфаран, лениво прищурив глаза, оглядел залу. Пока был всего лишь полдень – людей было мало. Хотя уже знакомый ему Хаф сидел у столика спиной к стенке и потягивал нечто из большой кружки.

– Не против, если я с тобой сяду?

– Не-а! Падай!

Подозвав сына кабатчика, Альфаран спросил у потягивающего пиво соседа:

– Выпьешь со мной?

– Конечно! Что будем?

– Да давай «сивую»… Кувшин сивухи тащи! – Разносчик молча утопал к стойке.

После того как на столе, помимо глиняной емкости с пивом, появился средних размеров кувшин с едко пахнущей жидкостью, Хаф первым наполнил свой стакан.

– Ну! Пьем за твое удачное избавление от этой… – дальше отставной сержант назвал Арту одним из слов, которых не держит никакая бумага. – И как же захапала-то она тебя?

– А просто! – Альфаран одним махом опрокинул в себя небольшой стакан «сивой». – Два дня мы обустраивались, ну на третий Кларахот пошел к кому-то что-то там делать… Ну я тоже решил прогуляться. Встретил эту… Разговорились. То да се… я гляжу, она уже чуть ли не в штаны мне лезет!

– И что ты? – похабно ухмыльнулся Хаф.

– А что я? У меня мандраж – коленки дрожат! Я чуть… – Альфаран снизил голос до шепота, – чуть в штаны не отстрелялся! Заржешь – прибью!

Сказано было своевременно – сержант уже готовился было расхохотаться. Пришлось заливать смех сивухой….

Спустя примерно полчаса, когда первый кувшин уже был почти выпит, тон разговора задал Альфаран:

– А ты чего в солдаты пошел?

– Ха! А куда мне еще идти? Зато много нового повидал… себя показал… А сам-то как хочешь после обучения?

– Хрен его знает. Может, лекарем просто буду. Может, еще чему-либо учиться стану. Может, тоже послужу.

– Пф-ф! – фыркнул Хаф. – Да ты же из тех, кто от солдатской баланды блюет!

– Нет! – неожиданно твердо ответил Альфаран. – Не из тех.

На ум сами собой стали выплывать воспоминания… Наверное, полтора кувшина крепкой сивухи это многовато даже для двоих.

Альфаран любил родину. Нет, не так как любят жирные купцы и толстосумы – любил тихо и молча, но вместе с тем крепко. По правде говоря, в этом заслуга Ордена и Кларахота, в частности. Ну и Тит сыграл свою роль – суровый «славный» попросту не мог понять, как можно не любить землю, на которой родился?

– …как можно?

– Тит, я что, против? Мне попросту все равно.

– Вот не понимаю….

– Погоди. А почему ты тогда в своем роду не живешь? На своей земле или еще как… – подколол его Альфаран.

«Славный» вздохнул и утер пот, выступивший на лбу:

– Да молодой был, глупый. Вот и ушел приключений на свою задницу искать – доискался. А теперь… Честно говоря, завидую я тебе.

– Чего?! – опешил 15-летний мальчишка.

– Того. У нас знаешь как самых поганых преступников наказывали? Их просто изгоняли с нашей территории. Пока ты этого не поймешь, даже мне объяснить трудно.