Королева вампиров - Робинсон Андреа - Страница 4

— Так вот, — начинает он и тут же опять прерывается, бросив свирепый взгляд на девушку, которая дергает его за рукав. Он возвращается к микрофону, и я вижу, как напряглись его скулы. — Мы хотим представиться. Меня зовут Влад, а это моя... — он медлит, склонив набок голову, — ...это моя сводная сестра, Марисабель. Я надеюсь, что вы рады видеть нас в вашем очаровательном штате Мичиган, и я уверен, что с некоторыми из вас мы станем верными друзьями.

Влад и Марисабель, двое новеньких, у которых мне надо взять интервью. Я сверяюсь со своим списком, чтобы убедиться в этом, а Влад тем временем подмигивает переднему ряду и, отвесив церемонный поклон, спрыгивает со сцены. Марисабель — она выглядит неожиданно мрачной — немного погодя следует за ним. Поначалу никто не понимает, как на все это реагировать. Проносится волна шепота, раздаются жидкие аплодисменты и, наконец, несколько восторженных возгласов. Когда Влад возвращается на свое место, два парня в спортивных майках хлопают его по спине, как будто он только что выкинул отличнейшую шутку. Сначала это его, кажется, обижает, но заметив, что они ему улыбаются, он отвечает им озорной усмешкой.

— Ну, что ж, да. Хорошо. Спасибо, — дрожащим голосом произносит директор Морган, возвращаясь к трибуне. Она несколько раз откашливается, пытаясь трясущимися руками схватить микрофон. — Собрание окончено, — объявляет она наконец. — Не бегайте в коридорах!

— Это было очень странно, — замечает Нил, держа руку в кармане и пытаясь угомонить сидящее там существо, которое ерзает из стороны в сторону, видимо, взволнованное грохотом пятисот пар ног, идущих к столовой.

— Он как будто сломал ее, — отвечаю я, не сводя глаз с директора Морган. Учителя обеспокоенно окружают ее. Отрицательно покачав головой, она делает им знак удалиться, и хотя я не слышу, что она говорит, выглядит она довольно растерянной.

— Это не так уж и плохо, — задумчиво произносит Нил. — Возможно, нас ждет более щадящий и мягкий режим в Томасе Джеффе. Да здравствуют туфли с острыми носами!

— Возможно, — откликаюсь я, но не успеваю подробнее расспросить Нила о том, что он думает про выходку Влада, потому что из-под клапана его кармана высовывается розовый носик. — Твой... э-э-э... друг пытается сбежать.

— А, вот черт, он голодный. Увидимся позже! — бросает он, срываясь с места, и, спотыкаясь, выбегает через заднюю дверь зала.

Поиск места в столовой во время обеда требует хитрости и сноровки. Иногда я сажусь с Линдси — правда, она большую часть времени разглагольствует о спасении мира, лесов или о зимних пальто из новой коллекции. Кэролайн всегда готова потесниться и дать мне место, но только с тем условием, что я не буду ни с кем заговаривать. Ей не очень-то нравится, когда я задаю ее подружкам вопросы вроде «Тебе не кажется, что надпись на футболке "Торможу перед мальчиками" чересчур прямолинейна?» и добавляю «Вообще-то, незаконно не делать этого». Заканчивается все обычно тем, что я сажусь где-нибудь в уголке и тихо читаю там или работаю над своими статьями.

Но после странного происшествия на собрании было бы глупо не воспользоваться инсайдерской информацией. Я пробираюсь к пестрящему всеми цветами радуги столику Кэролайн, и она отодвигается, освобождая для меня место. Она не сводит глаз с центрального прохода, где вокруг одного из столиков толпятся Влад, Марисабель и несколько других незнакомых мне учеников. «Интересно, это солидарность новеньких или они все знакомы?» — думаю я, но, прежде чем я успеваю высказать это вслух, мое внимание отвлекает Кэролайн.

— О. Боже. Мой. Софи, он мне подмигнул! То есть мне кажется, что мне. — Она обводит наш столик оценивающим взглядом. — Да, это точно было мне. Это было, ну, так волнующе! Я никогда в своей жизни не чувствовала ничего подобного — даже тогда, когда Томми отдал мне свою футболку после матча выпускников.

— Думаю, это было... э-э-э... потно!

— Ты же понимаешь, о чем я. Аманда, объясни ей!

Я перевожу взгляд на трех ее лучших подружек, сидящих рядышком напротив меня. Они выглядят как один человек с тремя разными стрижками.

— О да, это так волнующе! — говорит средняя, кивая головой и потряхивая длинными сережками в знак согласия.

«Ты не сказала ничего нового, Аманда», — думаю я. Но не успеваю я потребовать пояснений или хотя бы решить, нужны ли мне пояснения, как Кэролайн хватает меня за руку и страшным шепотом произносит мое имя.

Влад направляется к нам через столовую. Он двигается бесшумно и с непринужденной грацией — неплохое достижение, учитывая тот факт, что из-за дешевой плитки на полу любой человек в кедах издает при ходьбе звуки пукающей мыши. Когда он приближается к краю нашего столика, его красота становится еще более очевидной, хотя со своего места я вижу только его тонко очерченные ноздри. Перегнувшись через меня, он берет Кэролайн за руку.

— Могу я узнать ваше имя? — спрашивает он, нагибаясь и целуя ее в запястье.

Кэролайн близка к тому, чтобы упасть в обморок от гипервентиляции легких, но каким-то образом она умудряется прохрипеть в ответ свое имя.

— Прелестное имя для прелестной девушки, — замечает он, нимало не смущаясь тем, что «прелестная девушка» ведет себя так, словно только что перенесла лоботомию. — Не будете ли вы так любезны ознакомить меня со школой?

Он говорит старомодными и банальными фразами, словно сошел со страниц книги «Гордость и предубеждение: школьные годы», однако это, похоже, совсем не смущает Кэролайн.

— Да! — выпаливает она. — Я буду счастлива эскортировать вас.

От волнения моя сестра часто утрачивает свои речевые способности. Она, видимо, хотела сказать «сопровождать», но и без этого остальная часть фразы звучит неестественно формально.

— Чудесно! — отвечает Влад и вслед за этим наверняка произносит какую-нибудь еще нелепую фразу вроде «Твои волосы подобны солнцу, сияющему во тьме» или «Давай встретим рассвет поцелуем», но этого я уже не слышу: мое внимание отвлекает громкое возмущенное фырканье и следующий за ним грохот захлопнувшейся двери. Я украдкой бросаю взгляд на столик Влада. Марисабель зла. Вряд ли ей настолько не понравилась мясная нарезка. Приходится признать: она явно не одобряет того, что Влад клеится к Кэролайн.

Я открываю рот, чтобы спросить у Влада про его сводную сестру, но тут, к сожалению, звенит звонок, прервав нашу захватывающую мелодраму. Отвесив еще один нелепый короткий поклон, Влад широкими шагами уходит к своему столику, и я понимаю, что наступил самый подходящий момент договориться с ним об интервью, которое, надо признать, обещает быть весьма интересным. Собрав вещи, я убираю поднос и направляюсь к. Владу, с досадой отметив, что он уже успел вступить в разговор с двумя здоровенными парнями спортивного вида и мальчиком с медно-рыжими волосами, который никак не может решить, куда девать руки. Я пробираюсь за ближайший столик и, делая вид, что ищу в сумке тетрадь, ожидаю удобного случая ввязаться в беседу.

— Я уже им нравлюсь, Невилл! — говорит Влад. — Видел, сколько человек меня поздравили после этого? Вот, погляди, этот жест называется «здороваться кулачками». Сейчас это более актуально, чем рукопожатия.

Невилл — или, как я его про себя называю, Объект для интервью номер три — игнорирует протянутый кулак Влада.

— Мне все-таки кажется, что это совершенно излишнее привлечение внимания, — замечает он, доставая из кармана штанов скомканное расписание. — Как ты думаешь, что изучают на уроке под названием «Базовые навыки»? Не думаю, что буду туда ходить.

— Ты должен ходить на все уроки, — раздраженно бросает Влад. — Все ходят на все уроки.

Невилл сначала вроде собирается протестовать, но потом передумывает.

— Ну ладно, — говорит он, оглядывая столовую. — А где...

— Не знаю. Я позже с ним разберусь. Иди на урок.

Невилл поджимает губы, но подчиняется. Я немного разочарована тем, что мне не удастся убить двух зайцев одновременно, взяв интервью у них обоих. После того как Невилл исчезает за дверью, Влад поворачивается к двум парням, которые выглядят как футбольные нападающие. Всем своим видом он ясно показывает, что находит поведение Невилла вопиющим. Парни ничего не говорят, только улыбаются одинаковыми улыбками. За исключением ямочки на подбородке и цвета волос — один брюнет, а другой блондин — они практически идентичны.