Обреченные на свободу (СИ) - Харитонюк Юлия - Страница 32

Все нам вспомнится на страшном суде

Эта ночь прошла как тот перевал

За которым исполненье надежд.

Просто прожитое прожито зря, не зря

Но не в этом понимаешь ли соль

Слышишь, падают дожди октября,

Видишь, старый дом стоит средь лесов.

А мы затопим в доме печь, в доме печь

И гитару позовем со стены

Просто нечего нам больше беречь

Ведь за нами все мосты сожжены

Все мосты все перекрестки дорог

Все прошептанные тайны в ночи

Каждый сделал все что мог, все что мог

А мы об этом помолчим помолчим…

Все время, пока я пела, Жэнни, не отрываясь смотрел на меня, порядком нервируя слишком пристальным взглядом. Неужели его песня так загрузила? Но когда замолкли струны, эстх улыбнулся и подмигнул. М-да… Что-то с ним не ладно.

– Слушай, а ты вообще светлые песни знаешь? – недовольно тряхнув головой, заявила Феэйра, – а то как споешь, так сразу грустно становиться…

– Ну вот такая я птица Сирин, – пожала плечами я, – но если очень уж охота, могу и что-нибудь веселое сбацать…

– Не стоит. Давайте лучше спать. Завтра пораньше встанем, чтобы к полудню в деревню дойти, – несколько хмуро предложил эстх и первым отправился к лежаку из еловых веток.

Переглянувшись, мы с ним согласились.

Первой дежурить вызвалась я. Спать все равно не охота – я полуночник – так пусть хоть ребята пока поспят.

Любуясь пламенем костра и прислушиваясь к мирному сопению лиарри, я незаметно погрузилась в воспоминания. Как же это здорово – потрескивание угольков в костре (среди них, кстати, периодически мелькала Искорка, не пожелавшая оставить хозяйку), тишина леса, лежавший рядом пес, обязанности которого временно исполнял Стэй. Если забыть о грядущей неопределенности, можно сказать, что я была счастлива. Не хватало только друга, с которым можно было бы помолчать ни о чем.

И тут, кажется, нашелся желающий составить скучающей даме компанию. В кустарнике, аккурат напротив меня, послышалась возня и на поляну вышел… волк. Некрупный хищник темно-серого окраса настороженно посмотрел на меня и сделал несколько шагов, обходя костер. Ой-ой-ой… Задержав дыхание, я лихорадочно пыталась сообразить, что же делать. Любое движение может спровоцировать нападение… А нос, как назло, зачесался…

– Апчхи!

Волк, прижавшись к земле, рыкнул, словно… испугался. Харраш, до этого момента мирно дремлющий, лениво приоткрыл один глаз и негромко «ответил» дальнему собрату. Визитер успокоился и продолжил знакомство с нашей компанией, обнюхав Феэйру и Жэнни. Затем заинтересовался остатками ужина. Деловито их скушав, пошел ко мне и заглянул в глаза.

– Ну, и что тебе еще надо? За ушком почесать? – немного осмелев, шепотом спросила я, всматриваясь в красивые темно-янтарные глаза зверя. Знаю, что игра в гляделки расценивается хищниками как вызов, но ничего поделать с собой не могу…

Зверь неуверенно сделал несколько шагов и, покосившись на Стэя, осторожно присел рядом и положил голову мне на колени.

Похоже, это какой-то больной волк! Да чтобы дикий зверь так доверчиво сунулся к человеку?!

Робко протянув руку, захотела погладить зверя по голове, но тот, рыкнув, отстранился. Правильно, нечего руки распускать…

Дальнейшее знакомство сорвала не вовремя проснувшаяся лиарри. Увидев волка, она испуганно вскрикнула и подскочила. Зверь вздрогнул и, развернувшись, скрылся в лесной чаще.

– Вита! Кто это был?

– Волк. Точнее полукровка. – Ответил вместо меня Жэнни.

– Чего это вы не спите?! – в свою очередь возмутилась я.

– Меня Стэй разбудил, сказал, что гости к нам пожаловали, вот и захотел понаблюдать за вашим знакомством.

– Которое так и не состоялось. Все, тревога была ложной, можете спать дальше.

Феэйра, буркнув себе под нос что-то о моей ненормальности, быстро заснула. Вот Жэнни, напротив, присел к костру и молча уставился на пламя.

Некоторое время мы просидели в тишине. Я думала о полуночном госте, а мысли эстха были для меня загадкой до тех пор, пока он не заговорил:

– Скажи, что ты почувствовала, когда встретилась с этим полукровкой?

– Эм… Ну… – я попыталась точнее сформулировать свои ощущения, – сначала испугалась, но совсем немного. Потом любопытство проснулось и восхищение, красивый все-таки зверь… Жаль что ушел.

– Мне кажется, вы не в последний раз виделись.

– Надеюсь… Кстати, почему ты называешь его полукровкой? По мне так это вполне обычный волк-подросток…

– Потому что это твой гость, вернее сказать, гостья, наполовину харраш, – как само собой разумеющееся, ответил эстх.

– Но этого не может быть! Харраши, как ты сам говорил, только у вас выведены!

– А я и не отказываюсь от своих слов. Но они очень любвеобильные создания, я прав, Стэй? – с усмешкой обернулся Жэнни к своему харрашу, который тотчас же изобразил глубокою заинтересованность ближайшим кустом и опустил морду.

– Так вот, скорей всего, пару лет назад в этих местах был проездом кто-нибудь из наших и его зверь несколько улучшил популяцию местных собак и… волков. Одно хорошо – из всего приплода выживают, в лучшем случае, один-два щенка, иначе харраши давно перестали бы быть нашей «особенностью».

– Здорово, то-то я подумала, что зверюга слишком смелая для простого волка… Значит, можно ее не боятся?

– Да, пока не дашь ей поводов напасть, агрессию проявлять не будет. Так что можешь спать спокойно.

– Нет, я пожалуй еще посижу. А ты, если хочешь, можешь пару часиков подремать…

Переубедить друг друга нам, естественно, не удалось, а потому дежурить у костра остались оба, молча глядя на огонь и думая о своем. Не знаю как эстха, а меня такие посиделки очень даже устроили.

Я проснулась рано утром от громкого пения птиц и яркого солнца. Жэннистера, равно как и Стэя, на поляне не было, а Феэйра досматривала сны. Пришлось расталкивать соню, выслушав при этом много нового и интересного о своей персоне. Я и не думала, что лиарри такие слова знает!

– Ну зачем будить мня в такую рань? Даже последний сон досмотреть не дала! – недовольно зевнув, девушка потянулась. Собирая вещи, она поворчала еще немного, а потом решилась и задала вопрос:

– Ночью правда волк приходил, мне не приснилось?

– Волк действительно не появлялся, а вот харраш-полукровка была… О, вот кстати и она!

Жэннистер и Стэй вернулись не одни – вместе с ними, но на приличном расстоянии, бежала полуночная гостья и старательно делала вид, что просто мимо пробегает. Красивая темно-серая, местами черная, шерсть переливалась на солнце, глаза азартом сверкают, да и выражение морды совсем не такое, что было ночью. Красавица!

Задумчиво глянув в мою сторону, она не спеша подошла и уселась напротив.

– Привет, дорогая, чего тебя надо? – присев на корточки, поинтересовалась я. Полукровка наклонила голову, сосредоточенно повела носом и… У меня перед глазами словно возникла картинка – я иду по лесу, а чуть поодаль бежит серая.

– Хочешь пойти с нами? – неуверенно предположила я, – ну… как хочешь, возражать не буду.

– А я буду! – подала голос ошалело молчавшая Феэйра, – ее же кормить надо чем-то! Да и блох подцепить недолго…

Широко зевнув, хищница покосилась в сторону лиарри, а затем послала мне еще один образ. Да настолько яркий, что сдержать смех было сложно.

– Нет, красавица, друзей есть нельзя, даже таких вредных, как эта рыжая, – проговорила я, отхихикав над деловитым предложением зверя, – хотя… Если будет выделываться…

– Намек понят, умолкаю. Хотя от тебя, Вита, я такого не ожидала… Тоже мне природник нашелся…

Шутливо переругиваясь, мы собрали вещи. Надев рюкзак поудобнее, я с грустью подумала о несовершенстве магии этого мира. В других вон вес предметов уменьшать умеют, а тут… Вот и пришлось ограничить список взятых в дорогу вещей, вычеркнув из него почти половину желаемого. Единственное, от чего я не смогла отказаться, несмотря на уговоры, – гитара. И потом, весит она не так уж и много, не то что посох, которым я и драться-то толком не научилась. Хотя сейчас от него была определенная польза – при ходьбе я опиралась на посох, аки старец на клюшку, что порядком веселило моих спутников. И то хлеб…