История первая. Беглец. История вторая. Странник. (СИ) - Хворост Дмитрий Александрович - Страница 47

— Нет! Это вы во всём виноваты! Вы и эта грязная нелюдь! Я и aïeul просто хотели жить счастливо, чтобы нам никто не мешал! А вы, люди, монстры, демоны! Все вы заплатите за это! Сожгу дотла!

Не знаю, что сделала единорог, но это оказалось действенно. Фламму опутала сверкающее жемчужным светом лассо и та выгнулась дугой, зашедшись в немом крике.

— Придумайте что-нибудь быстрее! Я долго её не удержу! — рявкнула она, обливаясь потом и сосредоточенно глядя на огненную тварь.

Суккуба бросила на меня вопросительный взгляд, но я лишь развёл руками. Понятия не имею, как с такой штукой сражаться. Это ведь даже не монстр. Внезапно пришла в себя Калиша. Быстро оглянувшись, она бросилась к городу, да так, что пятки сверкали. Отлично, ещё одной проблемой меньше.

— Вот же ***! — сквозь зубы выругалась демоница, глядя вслед мелкой. — И даже некому вернуть её!

Я с совершенно обескураженным видом посмотрел на неё.

— Зачем?

— Чтоб над моим трупом надругалась армия демонов! Включи то, что у тебя вместо мозгов в черепушке! Эта тварь не остановится, пока не убьёт эту егозу! А теперь получается, что и весь город отправится вместе с ней в бездну! — творя какие-то махинации руками, объяснила Тия, и я чертыхнулся под нос, кляня себя за несообразительность. — Нам нужно её срочно вернуть! АТРАМА, РИППИ, ЕСЛИ ВЫ ТУТ И СЛЫШИТЕ МЕНЯ, СДЕЛАЙТЕ ЭТО, ВО ЧТО БЫ ТО НИ СТАЛО!!!

Ух ты, а у суккубы прямо-таки лужёная глотка, мне даже уши заложило от её крика.

Нас от данной крайне содержательной беседы оторвал напряжённый и умоляющий стон Сании, уже опустившейся на колени (это весьма занимательно выглядит, когда она в своём четвероногом облике).

В следующее мгновение произошло сразу несколько вещей прямо друг за другом. Сначала свет, сдерживающий Фламму, мигнул и потух. Одушевлённая победно рассмеялась и начала собираться силы для финальной атаки. Над её руками вспыхнул круглый шар, размером с целый дом, а жар от него исходил просто неимоверный. Я успел испугаться, что нас изжарит даже прежде, чем тварь пустит его в ход. Но затем Тия закончила свои махинации, напомнившие мне детскую игру «колыбелька для кошки». Между её ладонями засветился призрачно-белый комок. Когда же она его запустила меня, будто колодезной водой окатили. Что бы это ни было — оно являлось мощнейшим тёмным колдовством. Заклинание сорвалось с пальцев, шустро юркнуло к Фламме, собиравшейся уже положить этому конец, и врезалось ей в грудь. Девушка громко закричала, так как её руки и ноги развело в стороны и вытянуло. Тварь как будто распяли на невидимой дыбе. Через мгновения стали видны багровые цепи, а вокруг запястий демоницы загорелись две пентаграммы.

— Давай, парень, действуй! — прорычала она, изо всех сил пытаясь потянуть на себя что-то, видимое только ей. — Надолго меня не хватит.

— Но я…

— Если ты ничего не сделаешь, мы все умрём!

Вот так всегда. Чуть что, сразу Эрику отдуваться! Как я скучаю по обыденным ночам на неспокойных кладбищах, вы бы знали!.. Ладно, сейчас не время предаваться воспоминаниям о безвозвратно ушедшем прошлом. И всё же, что я могу сделать с такой тварью? Она — не человек, значит, проклятья на неё не сработают. Об огненных заклинаниях даже думать не стоит, это всё равно, что сказать: «Эй ты, помоги мне убить меня!». Остаётся только лёд… но…

Ладно, лучше умереть пытаясь, чем просто так дать себя изжарить до хрустящей корочки.

Я сложил руки ладонями вместе, будто молился, одними губами шепча магические слова. Кожу обожгло сильным морозом, но сейчас некогда думать о таких мелочах — одна ошибка и Фламме даже не придётся нас сжигать, мы станем отличной композицией из трёх ледяных скульптур.

— Эрик, не хочу тебя отвлекать, но, пожалуйста, делай быстрее своё *** колдовство… — прошипела Тия, по лицу которой градом катился пот, а руки тряслись как у припадочной. — Или ты просто отходную молитву читаешь!? Если так, то будь уж добр, замолви и за нас словечко, чтобы мы вместе попали в райские сады, где я спокойно смогу свернуть тебе шею!

Мне до жути хотелось высказать несносному порождению демонов всё, что я думаю сейчас о ней, но прерывать волшебную вязь ни в коем случае нельзя. Это не пальцовки, где вжик и готово. Нужно тщательно проговорить и вплести каждую буковку, каждый звук.

— Быс… тре… еее, — похоже, наше время в этом мире на исходе. Ну что ж, тут либо пан, либо пропал!

Цепи, жалобно звякнув, лопнули и не на шутку разозлённая Фламма вновь принялась собирать свой шар. Должен заметить, что рос он значительно быстрее и зажарка грозила нам, буквально, в ближайшие пару секунд.

Но я оказался первым.

Вокруг неё, на уровне талии, появилось кольцо изо льда. Затем ещё одно у шеи, и последнее, чуть выше стоп. Сверкнуло, и одушевлённая оказалась упакована в ровный цилиндр, в несколько моих охватов толщиной, а так же около шести локтей в высоту. Нас обдало волной нестерпимого мороза — лишняя энергия, потраченная в связи с неточностью в плетении. Суккуба, зябко поёжившись, плюхнулась на землю, чуть не придавив свой собственный хвост.

— Фух, я уж думала, ты и вправду молиться вздумал… — выдохнула она, глядя на висящую в воздухе глыбу льда. — А чего это оно не падает?

Я как-то странно посмотрел на женщину, со смесью непонимания и в то же время озарения.

Если эта штука всё ещё там, то…

На самом деле это вряд ли было громко, но для нас первая трещина появилась с оглушительным грохотом, как предсмертная барабанная дробь.

— Вы думаете, этого достаточно, чтобы меня не остановить!? — раздался голос Фламмы и цилиндр разлетелся на куски. — Итак, кто будет первым!?

— Я, — понятия не имею, что на меня нашло. Видать, моча ударила в голову, а может просто переизбыток героизма в организме. Или глупости. Хотя, это, в общем-то, одно и то же. — Можешь убить меня, но отпусти их. Они ни в чём не виноваты.

— Вы все виноваты! — по-змеиному прошипела тварь. — И я никого отпускать не собираюсь, но твоё жёлание выполню. Удачного пути в бездну!

Не буду врать, когда она замахнулась с небольшим (ну, после шара-солнца всё кажется небольшим) огненным комком в ладони, я зажмурился, ожидая смерти. Но вот прошла секунда, за ней вторая, а она всё не приходила.

Я открыл один глаз.

Фламма висела всё там же, с рукой, застывшей у неё над головой. Её взгляд был устремлён куда-то поверх меня, в сторону села. Ну, делать нечего — я оглянулся. Там стояли трое. Атрама, с ужасом взирающая на наше состояние и приложившая свою ржаво-медовую ладошку ко рту. Риппи с занесённой когтистой ногой и Калиша, видимо, только что положившая какой-то предмет на землю. Я пригляделся и усмехнулся, дивясь сообразительности этой троицы.

У них была та самая лампа, которая висела над крыльцом ныне покойного Годфрида, да будет его путь в райские сады быстрым и лёгким, и которая, скорее всего, являлась истинной формой одушевлённой.