История первая. Беглец. История вторая. Странник. (СИ) - Хворост Дмитрий Александрович - Страница 48

— Нет, не делайте этого! — испуганно завопила тварь, начав медленно скользить по направлению к нашему подкреплению. — Не трогайте её!

— А ты моих соплеменников послушала!? Или тех, кого сжигала до этого! Пернатая, давай!

Лапа с когтями-кинжалами опустилась, с оглушительным скрежетом прорезая древний металл. Фламма неестественно выгнулась, до хруста в позвоночнике и, закатив глаза, рухнула вниз. Пламя, окутывавшее её, моргнуло и погасло.

Но тут произошло то, чего я не ожидал — Тия, досадливо цыкнув языком, резко оттолкнулась обоими ногами и поймала в воздухе падающую рыжую. Девушки вместе приземлились, прокатившись кувырком по земле, и ночной небосвод огласил очередной пёрл от демоницы. В нём подробно рассказывалось о том, где она видела такую жизнь и в какие места хотела бы поиметь Каэлерис, будь у неё необходимый для этого агрегат и сама владычица судьбы под рукой. Лично я был удивлён, как в неё за такое богохульство сразу же не ударила молния.

— Как она? — я кивнул на Фламму.

— Жива… похоже, вся её магическая сила содержалась в предмете. Потеряв его, она стала обычным человеком.

— Понятно.

Тут я сподобился обратить своё внимание на какой-то странный гомон, доносящийся издалека. Помотав головой, мне удалось найти его источник. На расстоянии около ста шагов от нас, у выхода из Сан-Божё, собралась немалая толпа.

— Я не хотел бы вас огорчать, но, похоже, на этом наши неприятности не закончились.

Все, как по команде, посмотрели в том направлении, куда указывал я.

— Проклятье! Маскировки-то нет! — взвыла Тия. — Вы что, по городу без неё бегали!?

— Угу… — виновато кивнули слизень с гарпией.

— Вот влипли! Смотри! У них вилы! — демоница держа одной рукой бессознательную Фламму, помогла подняться Сании. — Как думаешь, они поверят, что мы — хорошие?

— Я бы на это не рассчитывал…

— Тогда, если не хотим получить несколько лишних отверстий в брюхе — БЕЖИМ!

* * *

Конь подо мной уже давно весь был в мыле, а его бока судорожно вздымались, и недалёк тот момент, когда несчастная животина просто упадёт замертво. Но, даже осознавая это, я не мог позволить себе ни единого промедления. Лесная тропка, проторенная немногочисленными телегами, ходящими здесь, превратилась для меня в залитую лунным светом горную реку с мелькающими деревьями в качестве берегов по бокам. Изредка я выезжал на пшеничные поля, где вдалеке были видны чёрные силуэты домов, но всё же большая часть этой безумной скачки происходила в густых лесах. Благо дорога была лишь одна, и заблудиться мне не светило.

В голове вертелись мысли, одна, страшнее другой и предстающие перед мысленным взором образы были для меня сродни жгучему перцу в заднице. Отдуваться, правда, пока что, приходилось бедному коню, оказавшемуся не в то время, не в том месте.

Закономерный конец этой безумной скачки не заставил себя ждать — загнанное до полусмерти животное споткнулось о какой-то корень и со всего маху рухнуло на землю, переломав себе ноги. Я еле успел спрыгнуть с него, чтобы не оказаться погребённым под пятисоткилограммовой тушей. Успешно отделавшись отбитым плечом и несколькими порезами, я, шипя сквозь зубы, вскочил и бросился туда, где на фоне ярких звёзд виднелись остроконечные башенки здания, смахивающего на небольшую крепость.

Небольшая пробежка и на стволах деревьев появились мерцающие отблески света факелов. Значит, сразу за поворотом будут входные ворота. Аккуратно выглянув, я досадливо выругался. Ничем не уступающая замковой стена окружала тянущееся к небесам здание приората. Впереди передо мной была небольшая утоптанная площадка, а затем добротные ворота и одинокий дремлющий под аркой страж.

Прогнав шальную идею притворится бездомным и напросится на ночлег, я отпрянул назад в темень леса, так как между зубчатой верхушкой стены стал мерцать огонёк. Патрулируют, гады, значит мне точно сюда. Никто бы не стал выставлять даже стража у ворот в этой глуши, если бы у них не было опасения, что кто-нибудь попробует вломиться.

Над головой вновь пронеслась какая-то птица и уселась прямо у надо мной. В темноте она выглядела не слишком крупной, не больше синицы или воробья, так что опасности никакой представлять не могла. Да и какой нечисти вздумается разгуливать рядом с рабочим приоратом, пусть даже ночью. В нём всегда хоть один еретик, да найдётся, а эти парни натасканы чуять любые, даже самые слабые эманации магии. Но я — недаром обученный чародей, уже магистр, а они — жалкие дилетанты, понахватавшиеся верхушек, так что, пока мне того не захочется — меня не обнаружат, хоть посиней церковники от натуги.

Ладно, кичиться собственным превосходством ещё будет время, а пока нужно пробраться в этот крепкий орешек.

Запустив руку за пазуху, я стал рыться в кипе амулетов, выискивая нужный, одновременно с этим аккуратно и беззвучно приближаться к стене. Птичка, так напугавшая меня вначале, перелетала за мной с ветки на ветку. Видать — любопытная. Всеединые с ней, если шума не поднимет, пускай смотрит.

Пальцы нащупывали то один оберег, то другой. Вот коготь василиска — от ядов. Далее тонкий, почти как паутинка шнурок с редкими бусинками-росинками — чтобы меня хуже нежить чуяла. За ним кулон в виде ромба. Рубин на серебряной цепочке с мелкими звеньями. Пластинка, похожая на кору дерева, но с прожилками сосудов. Пучок головоломно скученных собственных волос — вещь, имеющаяся у любого тёмного мага — амулет от самых низкоуровневых проклятий. Без этой штуки даже самый дряхлый бес доставит мне мелкие, но занудные неприятности. Изгнать изгоню в секунду, но потом с неделю буду избавляться от мигрени, зубной боли, чирьев и так далее.

Ага, вот!

Холодный цилиндрик, чем-то схожий со знаком мага, но гораздо меньший в размерах и из бронзы.

Сорвав безделушку с верёвки, я, предварительно воздав молитву богам, коснулся ею каменной кладки, мысленно давая команду на активацию. Несколько секунд ничего не происходило и за это время на ум пришло тысяча и одно проклятие безрукому чарописцу, сделавшему этот бесполезный предмет. Но затем колдовство вступило в силу. Трубочка рассыпалась в мелкую пыль, высвобождая спрятанную в ней энергию для создания заклинания, и стена сначала размылась, а затем стала как будто из плотного тумана. Но за ней отчётливо были видны внутренний двор с парком и площадкой для тренировок.

Признаться честно — для первого шага мне понадобилось приличное количество храбрости. Нога не встретила никакого сопротивления, без всяких проблем пройдя там, где только что был камень. Затем я целиком оказался в стене и мир на мгновение погряз в мутноватой зелени, а уши будто ватой заткнули. Три шага и краски со звуками вернулись на положенные места, а мне удалось пробраться по другую сторону стены. Не удержавшись, я обернулся. Кладка вернулась на место, не претерпев никаких изменений. Чудеса, да и только.

Итак, теперь начинается самое интересное!

* * *

Внутри было темно. Вошёл я, само собой, не через парадные двери, а прокрался в задние, выходящие на небольшой загон для коней и, соответственно, сами стойла. Вернувшееся заклинание возместило меня о том, что на этом этаже нет ни одной живой души. Здесь была небольшая комнатушка, аля склад для инструментов в которой и находился я, а так же просторный двухъярусный зал, из которого шли лестницы наверх, плюс несколько коридоров, столовая и кухня. Но сейчас более высокие этажи, где находились кельи монахов, гостевые покои, библиотеки и учебные помещения, и где имелся шанс напороться на кого-нибудь, меня не интересовали. А спуск в подвалы как раз находился в трёх шагах по правую руку.