Камень и пламя - Земляной Андрей Борисович - Страница 47

Ник замер, и в нарастающем шуме застигнутых врасплох людей уловил щелчки какого-то электромеханического устройства. Потом, видимо, включился аварийный генератор, и окна дома снова осветились, но через несколько секунд свет снова погас и в воздухе поплыл ни с чем не сравнимый запах сгоревшей изоляции.

Его новые глаза в быстро наступающей южной ночи видели не хуже, чем днем, и Ник, внимательно осмотревшись, понял, что все бандиты сейчас находятся внутри дома, где они, похоже, решили отсидеться, чтобы не попасть под разборку армейских соединений. Он улыбнулся и скользящей бесшумной походкой двинулся к дому.

Первый же встреченный им постовой стоял, чуть прислонясь к стене и даже прикрыв глаза. Но Ника не обманула его расслабленная поза. Человек, несмотря на то что имел на шлеме визор ночного видения, предпочел сдвинуть его вверх, доверяя своим органам чувств. И все равно он прозевал движение лейтенанта. Короткий, словно бросок нархи, удар — и тело мягко сползает по стене.

Ник замер, но кроме бухающих по коридорам сапог бандитов ничего не было слышно. Он быстро начал освобождать труп от оружия и снаряжения, которое тому уж точно не понадобится.

Теперь, увешанный трофеями, лейтенант чувствовал себя намного лучше.

Левое крыло, практически полностью разрушенное ракетным обстрелом, было бандитами не заселено, кроме первого и второго этажей, которые Ник вычистил довольно легко. Пятеро бандитов вовсе не таились, а разгуливали по коридорам с фонарями в руках, громко переговариваясь при этом. Через каких-то пять минут в крыле вновь воцарилась тишина, а лейтенант передвинулся в центральное здание.

Наира Лагон сидела в удобном кресле хозяина дома и, положив подбородок на сомкнутые в замок пальцы, бездумно смотрела на огонек свечи, которая нашлась на камине в столовой. От свечи ароматно пахло чем-то родным и теплым, что осталось где-то там, в прошлой жизни. И в который раз она спрашивала себя, все ли она правильно сделала тогда, больше шестидесяти лет назад, отправившись в логово Ржавого, но ответа не было. Настроение, испорченное исчезновением де Анора, срочным, на грани бегства, отъездом кардинала и этим странным мальчишкой, испортилось окончательно.

Она оглянулась. Посланные еще полчаса назад люди так и не восстановили энергопитание, а хотелось нормальной горячей еды, а не приготовленных в самогрейках армейских консервов.

— Крест! — За дверью было подозрительно тихо. — Крест! — Она повысила голос, но ответа своего верного телохранителя так и не услышала. Она встала и, подойдя к высоким двустворчатым дверям из белого дуба, дернула створку на себя, и прямо из темноты коридора на нее упало тело бывшего космодесантника с уже остекленевшими глазами.

— Как мило, что вы решили меня дождаться.

Тот, кто должен был сейчас лежать связанный по рукам и ногам, вошел в столовую, переступив через мертвое тело.

Рука Наиры метнулась к пистолету на поясе, но плечо вдруг ожгло такой страшной болью, что рука безвольно повисла, будто чужая. Она отшатнулась, пытаясь выхватить левой трубочку игломета, но еще одно размазанное движение — и вторая рука парализованно повисает вдоль тела.

— Рада видеть вас живым и здоровым. — Хозяйка растянула непослушные губы в подобии улыбки.

— А уж я как рад. — Ник хмыкнул и, ничуть не стесняясь, прошелся чуткими пальцами по телу женщины, вытаскивая спрятанное оружие. — Присаживайтесь. — Он отодвинул один из гостевых стульев и подтолкнул его ногой.

— Что вы собираетесь делать? — громко произнесла женщина. — Сдадите меня контрразведке? — Наира внутренне усмехнулась.

— Ну что вы! — Ник улыбнулся. — Отпускать вас совершенно не входит в мои планы. И кстати, если вы хотите громким голосом привлечь внимание своих людей, хочу сообщить, что это бессмысленно. Они уже ничего не услышат. В доме лишь двое живых. Я и вы.

— Так чего же ты тянешь? — с вызовом бросила Наира, вздернув подбородок вверх.

— Да понять пытаюсь. — Ник нахмурился. — Я, когда листал справку, посвященную вам, все представлял себе некое бесполое существо, страшное и ужасное, мстящее за свои детские комплексы всему роду человеческому. А увидел нестарую еще женщину, по моим меркам красивую и явно не глупую. Не складывается, понимаете? — Он присел на соседний стул и внимательно посмотрел ей в глаза. — За вашей бандой и торговля детьми, и всякой прочей мерзости столько, что не перечислить. А уж трупами так можно всю центральную площадь выстелить.

— Слабые всегда были кормом для сильных, — уверенно бросила женщина. — Само существование слабых определяется желанием сильных иметь кормовую базу. Ты же точно такой же, как и я. — Наира торжествующе улыбнулась. — Сколько на твоей совести? Сто, двести? Ты же точно такой же тигр-людоед. И что ты получишь от своего Патруля? Пенсию, на которую до конца дней будешь питаться по грязным забегаловкам вместе со всяким сбродом. Пойдем со мной, и у тебя будет все, что пожелаешь, и даже то, о чем сейчас не догадываешься. У меня работают десятки твоих бывших сослуживцев, и все довольны. Я предлагаю тебе самое ценное в этом мире — власть. И не над быдлом, которое и так склонит свои колени перед нами, а над такими же, как и ты, хищниками. Что может быть слаще власти?

— Ну где-то я так и думал. — Росс кивнул. — Психопатия в терминальной стадии. — Он встал. — Спасибо, вы очень мне помогли, ответив на мои вопросы. — Ник поклонился. — Вам пора. Полагаю, ТАМ вас уже заждались.

В руке его словно из воздуха материализовался длинный тонкий клинок.

Наира напряглась, но ни сделать, ни почувствовать ничего не успела. Мгновенное, словно мысль, движение — и мир для нее погас окончательно.

До утра Ник просидел в темном здании, набитом трупами, и, лишь когда первые лучи местного солнца осветили город, заставил себя встать и, еще раз пройдясь по особняку, набитому трупами, нашел-таки свой коммуникатор, заботливо припрятанный в кармане одним из бандитов. Что он собирался с ним делать, было совершенно непонятно, так как устройство позволяло связываться лишь со своим подразделением или другими Патрульными и на чужой руке не работало. Но лишенный помощи спасательного модуля браслет никак не хотел связываться с кораблем, поэтому Нику пришлось перейти в соседнюю комнату, где бандиты организовали почти нормальный тактический центр с устройством дальней связи.

«Освободитель» ответил мгновенно, как только Ник передал кодовый запрос на резервной частоте.

— Докладывайте. — Судя по голосу, у капитана крейсера была не самая лучшая ночь.

— Нахожусь в районе Награм. Враждебных сил не наблюдаю.

— Конечно. Сейчас все танцы у парламента, — подтвердил флаг-коммандер Хорн. — Ладно. Мы пока не можем тебя выдернуть, так что сиди там тихо и не вздумай ни во что ввязываться.

— Попробую. — Ник, несмотря на то что абонент не мог его видеть, пожал плечами. — Но пока выходит плохо.

— Ты что там натворил? — В голосе Хорна явно послышалось напряжение.

— Да ничего особенного. — Ник сдвинул ногой труп связиста и сел поудобнее. — Бандиты ломились в дом, ну и я их немного того.

— Чего «того»? — рявкнул капитан.

— Ну поубивал, конечно. Что мне с ними целоваться, что ли, сен флаг-коммандер?

— Вот же послало командование офицера. — Командир вздохнул. — Ладно. Не нарывайся там особо. А то нас тут пощипали. Так что ты теперь старший помощник капитана, сен старший лейтенант.

— Служу Федерации! — бодро гаркнул в микрофон Ник, разглядывая лепнину на потолке.

— А куда ты, на хрен, денешься. — Капитан хмыкнул и отключился.

Ник со вздохом встал и потянулся. Ночной бой вымотал его до самого донышка, а ночь вовсе не придала новых сил. Хорошо бы, конечно, убрать трупы, но было их столько, что таскать ему эти тела до вечера, не меньше. А в доме, кстати, становится жарко, и все это хозяйство через несколько часов станет пахнуть довольно отчетливо. Ник вышел в коридор и спустился вниз и вышел на площадку перед домом, где стояли броневики бандитов. Возможно, ему стоит попробовать пробиться к своим. Там во всяком случае кормят.