Хранитель Тайного Алтаря - Митюгина Ольга - Страница 14

Перед дверью вампира Ринн остановилась. Всё тело колотила нервная дрожь. Позвонить казалось немыслимым…

Какими глазами она посмотрит на Вирлисса?

Девушка не замечала, что в кровь искусала губы…

Резко развернувшись, она сделала несколько шагов обратно — и замерла. Перед её внутренним взором ярко встала цепь архонтов на крыльце университета, связанный разбойник в храме Мортис, холодный взгляд слуги Иккона…

Зажмурившись и не давая себе ни секунды на колебания, Ларинна метнулась к двери Вира и надавила кнопку звонка.

Вскоре с той стороны послышались приближающиеся голоса.

— Ты кого-то ждёшь? — донеслось до Ларинны.

— Нет, — последовал ответ. Ринн узнала голос подруги.

— Кто там?

— Это Ларинна. Вир, открой, пожалуйста; нам… мне очень надо с тобой поговорить, — сжав кулаки так, что ногти впились в ладони, на одном дыхании выпалила Ринн.

Несколько секунд молчания. Потом до посетительницы донёсся приглушённый дверью недоумённый возглас Фрей: «Ты её пустишь?! После вчерашнего?…»

Ларинна закусила губы.

Какая-то возня. Голос Вира: «Фрери, дорогая, во-первых, неучтиво держать даму за дверями. А во-вторых, выслушать — не значит простить. — Его фирменный смешок. — Ты что, хочешь, чтобы она вообразила, будто я от неё прячусь?»

«Прекрати свой вампирский выпендрёж!»

«Это не выпендрёж, это вежливость».

«Мне не интересно, что она собирается сказать!»

«Мне тоже».

Замок щёлкнул — и двери распахнулись.

Она смотрела на них, на своих друзей — так не хотелось применять к ним эпитет «бывших». Вир, с водопадом серебристых волос вдоль спины, в белой рубашке с открытым воротом и тёмно-синих брюках под цвет глаз, даже сейчас, утром, был самим совершенством. А гибкая Фрери, в светлой футболке с каким-то рисунком на груди и в коротких шортах, открывающих ноги, была прелестна безыскусственной простотой. Тонкие кольца пышных волос рассыпались по плечам.

И — о да! — они великолепно смотрелись вместе.

Вирлисс посторонился и нежно привлёк к себе Фрей, таким очаровательным способом убрав ту с дороги.

— Входи, — сухо кивнул он.

— Спасибо… — не поднимая глаз, прошептала Ларинна, переступая порог.

— Не создавай толкотню в коридоре, иди в гостиную, — с досадой поморщился Вир, запирая двери.

Ринн последовала его приглашению и прошла в огромную гостиную, убранную в белых тонах: пушистый ковер на полу, белоснежный книжный шкаф с позолотой — во всю стену, кресла и диваны под накидками из шкуры белого тигра и кидающая во все стороны зайчики солнца роскошная люстра под потолком.

«Белый тигр», — улыбнувшись, невольно подумала Ринн о Вире.

«Тигр» вошёл следом за ней и остановился у окна, прислонившись к подоконнику.

Фрей, ступая бесшумно, будто тень, села в кресло подальше от Ринн и демонстративно уткнулась в книгу.

Вирлисс, скрестив руки на груди, устремил на незваную гостью вопросительный взгляд.

— Я… мне можно сесть? — в замешательстве пробормотала Ларинна.

Фрей только фыркнула из-за книги, а Вир безразлично пожал плечами.

Ларинна осторожно присела на краешек дивана.

— Я слышала, вас можно поздравить? — улыбнувшись с фальшивой беспечностью, выдавила Ринн. — С началом совместной жизни?…

— Спасибо, — сдержанно кивнул Вирлисс. — Мы принимаем твои поздравления. Это всё?

Ларинна глубоко вздохнула.

— Вир, я… Я хотела… хочу… перед тобой извиниться. Не знаю, что на меня вчера нашло, я… Я не думаю ничего из того, что наговорила тебе. И я хотела бы, чтобы ты это знал.

Вирлисс кивнул.

— Прекрасно, теперь я знаю. Это всё?

— Мне… мне очень нужна твоя помощь. Хотя бы совет.

— Причина самоуничижения становится ясной, — хмыкнула Фрей, не отрывая взгляда от своего чтения. — Ларинне, как всегда, что-нибудь нужно.

— Фрей, пожалуйста… — на глаза Ринн навернулись слёзы. — Я в самом деле попала в беду! И мне больше не к кому обратиться, кроме вас.

— Как драматично, — без тени сочувствия прокомментировала Фрей.

— Что там у тебя? — холодно осведомился Вир.

— Ты меня прощаешь? — живо вскинула глаза на однокурсника Ринн.

— Я пока спрашиваю, что у тебя стряслось, — ничуть не добавив тепла ни в голос, ни во взгляд, ответил Вирлисс. — И я не думаю, что тебе на самом деле нужно моё прощение. Ты пришла за помощью, ни за чем более.

— Вир…

— Давай обойдёмся без драмы, Фрери права. Итак, во что ты влипла?

— Я… Вир, у того парня, вчера… — голос Ларинны сорвался. — У него был иммунитет! Я не знаю, как и за какие заслуги, но… у него был досрочный иммунитет!

Вирлисс присвистнул.

Ларинна, не в силах больше сдерживаться, уткнулась в ладони и разрыдалась.

Фрей отложила книгу и встревоженно глянула на Вира. Тот покачал головой.

— Я… я не знаю, что мне делать! Сегодня в университете архонты… они его ищут. На экзамен не явились ещё трое, но… это убийство… они первым делом проверят убитого… и я не знаю! — остальное утонуло в рыданиях.

— Ну, дорогая моя! — хмыкнул Вирлисс. — Надо было думать. А от меня ты чего хочешь?

— Посоветуй, Вир, посоветуй мне хоть что-нибудь! Я не хочу умирать!..

— А Эет хотел, надо полагать? — осведомился вампир.

Ринн зарыдала ещё пуще.

— Зачем… Зачем он носил свидетельство в кармане? Я же не знала… я думала… я в своём праве…

— О да. В своём праве Живой Бессмертной. А сейчас дочь хозяев Атариды рыдает, умоляя Нежить по рождению её спасти.

— Вир! Пожалуйста…

— А что тут сделаешь? — приподнял бровь Вирлисс. — Это мат в три хода, дорогуша!

— Почему? — от накатившей волны ледяного ужаса Ларинна даже перестала плакать.

— Объясняю на пальцах, — терпеливо вздохнул Вирлисс. — Ты права, первым начнут проверять именно убитого. Придут в деканат. И что там скажут офицеру Мортис? Что вчера у деканата просил о материале не кто иной, как сам Иккон, и получил отказ… Ведь ему же отказали, я правильно понимаю, раз тебя потянуло на подвиги? Так вот, стража, разумеется, поинтересуется, зафига почтенному жрецу потребовались учебные зомби. И получит ответ: для одной отстающей девочки, с которой он по доброте душевной хотел позаниматься… «Ага! — соображает офицер Мортис. — Мы добрались до девушки! Свидетели убийства тоже упоминали девушку…» Это, дорогая, ход первый. Назовем его «Университет». Ход второй называется «Храм». Архонты являются к Иккону. Единственный твой шанс — что Иккон решится тебя прикрывать, неважно по каким соображениям. В противном случае события развиваются по следующему сценарию:

«— Господин мой, вы вчера практиковали одну юную особу. Правда ли это?

— Да.

— Что вы с ней проходили?

— Заклятие Подчинения на примере поднятия зомби.

— Прекрасно… Дал ли университет вашей воспитаннице материал для работы?

— Не дал.

— Как же вы провели занятие?

— Она вышла на крыльцо и убила с помощью магии одного из соискателей. Девять ещё не било, потому я ничего не сказал…

— Разумеется, господин мой, вас никто ни в чём не смеет обвинять… Можете ли вы назвать имя вашей ученицы и пройти с нами на опознание?

— Конечно, я рад служить закону».

А дальше, собственно, ход третий, Ринн. Мат.

Они берут с собой Иккона и того, кто поднял весь переполох. Полагаю, кто-то в университете очень был заинтересован в этом мальчике, раз для него выхлопотали иммунитет и забили тревогу, когда парень пропал… И этот кто-то знает Эета в лицо. Итак, Ларинна, ход третий. Стража является к тебе.

«Госпожа, мы можем взглянуть на вашего зомби?»

И что ты можешь ответить?

«Конечно!»

Ты предъявляешь им Эета.

«Господин Иккон, вы подтверждаете, что это — тот самый зомби, которого подняла ваша ученица вчера?»

Конечно, ты могла бы смухлевать, подсунув архонтам какого-нибудь другого зомби, из ваших слуг. Но, если Иккон тебя не прикрывает, он лишает тебя этой возможности. Он говорит, того ли парня ты им предъявила. Тогда офицер Мортис поворачивается к покровителю Эета и спрашивает, узнаёт ли он в твоём зомби своего ученика. Дальше продолжать?