Посланница преисподней - Митюгина Ольга - Страница 94

— Кофе, пожалуй… — несколько рассеянно обронила Эрушалия, изящно опускаясь в кресло напротив окна.

— Секунду, — Ариэлла подошла к двери и, крикнув служанку, отдала распоряжения об угощении.

— Значит, мы опять с тобой долго не увидимся? — грустно вздохнула Руш, наблюдая, как Рири грациозно идёт по комнате к своему креслу. Золотистый свет пламени играл на тонком лице баронессы, на голубовато-белом платье, блестел на крыльях цвета тёмной бронзы…

А на рогах у нашей модницы нет позолоты. И это означает только одно: наследница великого герцога отправляется в путешествие инкогнито…

— Боюсь, что долго, — вздохнула Рири, садясь напротив. И ободряюще улыбнулась: — Но ты не расстраивайся. Мы с батюшкой связаны заклятьем Кровных Уз, и Сегерик всегда сумеет меня отыскать, где бы я ни была. Отыскать и открыть портал. Если будешь очень убедительна, папа возьмёт тебя с собой! — девушка подмигнула. — Ведь он замечательно к тебе относится…

Эрушалия рассмеялась, откинувшись на спинку кресла.

— Можешь поверить, я постараюсь. Только сначала скажи, для чего Эету проявлять такую заботу о Вельзерене? Отправляться искать неизвестно что… ради чего? В чём интерес?

Ариэлла хмыкнула.

— Уверяю тебя, я сама задавалась подобным вопросом. Да и батюшка его озвучил сразу, как только правитель Атариды сделал своё предложение. Папе ответили, что их беспокоит возможность нелегального проникновения на Землю шпионов Эрмеба… а это каким-то там сложным образом может сказаться на равновесии южного региона…

Рассказ Рири прервало появление служанки. На столик между собеседницами опустился золотой поднос с изящным кофейником и маленькими чашечками, полными благоухающей тёмной влагой.

И тарелка с пирожными.

Эрушалия тут же вооружилась маленькой ложечкой и принялась за медовые, покрытые шоколадной глазурью, бисквиты. Ариэлла аккуратно взяла крохотную чашку, пригубила и, дождавшись, когда служанка выйдет, продолжила повествование:

— Словом, Эету нужно заручиться обещанием Владыки, что вести дела с Атаридой демоны смогут только через наш дом. Честно сказать, все эти тонкости я слушала вполуха! — Рири отмахнулась. — Нам с папой только на руку такая избирательность немёртвых. Впрочем, их можно понять. Ты представь: Эрмеб совсем обнаглел! Его шпионов обнаружили прямо в столице нежити!

Эрушалия широко распахнула глаза и на секунду застыла. С ложечки на стол упали крошки пирожного, и девушка, придя в себя, резко смахнула их на пол.

— Да что ты говоришь? Шпионы Эрмеба?! В столице?… — Руш прикусила губку. — Да, это ценная информация… Как же это случилось? И, кстати, что там за история с твоим замужеством и побегом? Ну-ка, ну-ка… Я хочу знать всё!

— Сейчас, расскажу по порядку, — довольно улыбнулась Ариэлла. — Значит, дело было так…

За кофе девушки сами не заметили, как проболтали часа полтора, пока мелодичный звон, прокатившийся по всем комнатам, не известил, что порог дома переступил хозяин, герцог Сегерик.

— Батюшка! — подхватилась Рири. — Идём скорее, Руш, узнаем, что и как…

Эрушалия тут же вспорхнула из кресел следом за подругой.

Они застали Сегерика и его гостя внизу, в главном холле, отделанном огненно-алым порфиром и белым мрамором. Оба обернулись, заслышав шаги.

— О, у нас Руш, — улыбнулся Сегерик. — Всегда рад, дитя моё, — он коснулся губами щеки Эрушалии. — Вижу, ты развеселила мою девочку…

— Ах, на то мы и подруги, — рассмеялась младшая принцесса Седьмого круга. И протянула руку Эету: — Я счастлива снова видеть вас, правитель Атариды.

Молодой лич дотронулся губами до тонких пальцев Эрушалии.

— Несказанно рад нашей встрече, сударыня, — церемонно ответил он.

— Ну! — прервала взаимные расшаркивания Рири. — Что сказал Владыка?

Сегерик чуть принахмурился, глазами указав дочери на Руш, но Эет невозмутимо пожал плечами.

— Исход нашей встречи самый положительный.

Ариэлла захлопала в ладоши как девочка.

— Чудесно! Значит, отправляемся сегодня же!

— Лучше завтра на рассвете, — усмехнулся уголками губ Эет. — Если ты, конечно, не хочешь ночевать в поле.

— Ах, где я только не ночевала! — отмахнулась шутливо Рири, но настаивать не стала.

— Может, меня всё же посветят в суть разговора? — мило улыбнулась Эрушалия.

— Прости, девочка, — развёл руками старый герцог. — Дело слишком важное. Именно поэтому сегодня не приглашаю к нам домой. Прощайся, Рири. Нам пора. Я должен успеть отдать все необходимые распоряжения перед вашим отъездом, а вы, кстати, наметить маршрут.

Эрушалия тяжело вздохнула, покосившись на Рири, словно ожидала от неё поддержки.

Ариэлла промолчала, лишь виновато развела руками.

— Что ж… — натянуто улыбнулась Эрушалия. — Не стану мешать.

— Прости, девочка, — ласково сказал Сегерик. — Ты знаешь, как я к тебе отношусь. Но сейчас дело действительно слишком важно.

— Я понимаю. Можно мне потом как-нибудь посетить вас, великий герцог?

— О чём ты? Мой дом всегда для тебя открыт! — заверил Эрушалию Сегерик, с чем гостья и откланялась.

— Что ж, — дождавшись, пока за Руш закроется дверь, повернулся к Эету и Ариэлле Сегерик. — На Пятый круг, друзья мои?

— Я сгораю от нетерпения! — Рири осветила лицо ослепительной улыбкой.

Эет, Вирлисс, Ариэлла, Таривил

В малой библиотеке герцогского замка уютно пылал камин, блики дрожали на блестящих боках напольного глобуса, отражались в стёклах шкафов, а за окнами царил непроглядный мрак. Гости герцога разместились вокруг столика, сервированного изящным золотым сервизом с маленькими чашечками, в которых благоухал горячий тёмный напиток, неизвестный на Атариде. «Кофе» — так называли его хозяева.

Ариэлла расположилась на диване, поджав под себя ноги и свесив крылья вдоль спины. Издали походившие на жёсткий металл, на самом деле они были гибкими и послушными, и сейчас мягко легли на диванные подушки, напоминая складки плаща.

Напротив девушки, в креслах, устроились Вирлисс и Эет. Сегерик занял место во главе стола.

Таривил, как всегда, устроился отдельно от всех — на подоконнике. Свесив одну ногу вниз, а другую согнув в колене, он подкручивал колки лютни. Эльф наблюдал за своими друзьями из-под густой тёмной чёлки, упавшей на глаза, и внимательно слушал разговор.

— Куда вы направитесь? — спросил герцог, двумя пальцами взяв хрупкую чашку.

— Не знаю. Зависит от того, где мы выйдем на поверхность, — со странной улыбкой пожал плечами Эет.

Сегерик улыбнулся в ответ.

— А где вы хотите выйти? Преисподняя огромна. Она, знаете ли, лежит под всем Невенаром.

— Нам бы для начала просто осмотреться на поверхности, — очаровательно улыбнувшись, заметил Вирлисс. — Посетить какой-нибудь город, лучше всего человеческий…

— Почему? — Ариэлла лениво отбросила за спину пряди чёрных волос. — Мы же решили, что целесообразно начинать поиски с дварфов?

Вирлисс вздохнул и в задумчивости провёл пальцем по краю своей чашечки, старательно избегая смотреть на суккуба.

— Как бы тебе объяснить, Рири… — кашлянув, пробормотал он. — Психология нежити почти не отличается от человеческой, потому что большинство немёртвых родилось именно людьми. А другие расы… — Вир пожал плечами. — Это другие расы. Мы с Этом и без того оказались в чужом мире, с незнакомыми обычаями и традициями… Не хватало ещё и сразу столкнуться с чуждой психологией. Мне кажется, это многократно увеличит возможность ошибок, и, следовательно, подвергнет риску наше предприятие.

— Вирлисс, ты перестраховываешься, — кусая губы чуть не в кровь, с деланной небрежностью отмахнулась Ариэлла, пытаясь поймать взгляд тариллина. — Всё не так страшно. Посмотри, две такие разные расы: нежить и демоны. Мы же нашли общий язык? Нашли, Вир?

Вирлисс только прерывисто вздохнул — и промолчал.

Сегерик негромко рассмеялся:

— Дочка, Вир верно подметил, что психология земных немёртвых — это психология людей. Обрати внимание, например, на их отношение к охоте. Ведь для наших дорогих друзей принципиально важно, станет ли их жертвой негодяй и убийца — или невинная девственница, — герцог добродушно усмехнулся. — Люди они, люди… Но и людей, и демонов творил Вельзерен. Он создал нас похожими. Недаром демоны так хорошо знают человеческие слабости, и недаром мы охотимся лишь за человеческими душами. Не за душами гномов или эльфов, заметь… хотя бывают и исключения, не спорю. Так что Вирлисс в целом прав.