Журнал «Если», 2005 № 06 - Вейнер Эндрю - Страница 22

Двенадцать километров — и они на месте?! Это означало, что большая часть маршрута действительно пройдет под землей.

Велли покачал головой. Замкнутые пространства не раздражали его: говоря по правде, куда больше беспокоил смрад. Если его верблюда и мыли когда-нибудь, это случилось в раннем детстве, поскольку Велли был уверен, что на клокастой шкуре по сей день сохранился каждый оттенок запаха, приобретенного в его не столь уж короткой жизни. Слава Богу, что кочевники позволили Велли и Бентли оставить дыхательные маски! Собственно говоря, эти маски и составляли большую часть снаряжения. Люди Матрики путешествовали налегке, особенно под землей. Ни надувных камер, ни даже палаток не требовалось: тяжелые домотканые плащи заменяли и тюфяки, и одеяла. А ведь Велли чувствовал себя трагически неподготовленным даже при наличии спальников, кислородных баллонов, аптечки, запасной одежды, фонарика, бинокля и не слишком больших запасов еды и воды. Господи, да все это вмещалось всего в две сумки, притороченных к седлу его же верблюда. Так Водяную гонку не ведут! Если бы не набег, Велли и оправдаться было бы нечем: его могли обвинить в обмане и подлоге и немедленно дисквалифицировать.

Верблюды упорно шли вперед, следуя цепочке фонариков, свисавших со сталактитов, вернее, очень длинных капель застывшей лавы, встречавшихся на неровном потолке каждые двадцать метров или около того.

Однако фонарики скоро закончились, и путешественникам пришлось довольствоваться единственным прожектором, укрепленным на тонком, шатком пруте, зажатом в руке Катары. Тусклый, неверный свет отбрасывал блики и пляшущие тени на стены и пол туннеля.

К счастью, плоский, как на городской мостовой, пол представлял собой затвердевшую глину. Очевидно, в далеком прошлом туннель был затоплен и частично заполнился осадочной породой, в результате чего и превратился в нечто вроде идеального шоссе, куда ровнее, чем поверхность, с ее зыбучими песками и пыльными бурями. Верблюды, как ни странно, передвигались с удивительной быстротой, и путники весело переговаривались и перешучивались, совершенно забыв о внешнем мире и его тревогах.

Хотя женщины племени объяснялись на английском, Велли предоставил все разговоры слуге. Бентли, казалось, вполне освоился с кочевницами. Таким Велли ни разу его не видел и не знал, как все это понимать. С одной стороны, его занимало то обстоятельство, что человек, которого он всегда считал старым и довольно скучным слугой, проявил столь неожиданную грань своего характера, но, с другой стороны, было немного не по себе, что он, Уинтроп Магнус Веллингтон III, на такое не способен. Катара, лавовый туннель, незнакомый верблюд, на которого он взгромоздился: вся эта история его нервировала. Он больше не владел ситуацией.

Если твою судьбу несет ветром, лучше не сопротивляться и покорно лететь в том же направлении, — сказал Бентли. Что же, он последовал совету слуги. И надеялся, что этот совет приведет его туда, где он хотел оказаться.

К концу этого бесконечного утра Велли показалось, что далеко впереди мелькнул дневной свет. Загородив рукой глаза от назойливо пляшущего света прожектора Катары, он всмотрелся вдаль и уже через несколько шагов убедился, что не ошибался.

— Что там, впереди?

— Первый провал. Крыша рухнула в том месте, где в нее врезался водный канал. Придется пробираться через наносы, но туннель продолжается по другую сторону.

И верно, едва они подъехали ближе, оказалось, что придется огибать кучи щебня и валуны, занесенные водой в туннель. Но все когда-нибудь кончается, и они, ошеломленно моргая глазами и чихая, выбрались на яркий солнечный свет. К счастью, кочевницы ухитрились проложить дорогу через рухнувшие базальтовые глыбы, и вскоре всадники снова оказались в туннеле. Но прежде чем продолжить путь, Велли не упустил возможности проверить, нет ли поблизости соперников. Правда, он не ожидал никого увидеть, предполагая, что намного отстал от остальных и находится от них далеко к западу. Но, к своему удивлению, заметил верблюжий караван, медленно спускавшийся по крутой стене промоины, врезавшейся в лавовый туннель. Более внимательный обзор с помощью бинокля выявил четырех всадников. Но только медленно увеличив изображение, Велли почувствовал, как сердце пропустило удар.

— Этот подлец! Негодяй! ЛеБрю, Вики и их слуги! И все смеются!

Он протянул бинокль Бентли, и слуга подтвердил его наблюдения.

— Похоже, они неплохо проводят время. Судя по настроению, можно заключить, что они вышли в лидеры.

Велли даже не сразу осознал, что это означает. Видимо, лавовый туннель завел их дальше, чем они смели надеяться.

— Они воображают, что вышли в лидеры, — поправил он. — Но если мы так легко их догнали, и туннель так же гладко выведет нас к Па-вонису…

Он взглянул на Катару.

— Так и есть.

— Ха! Тогда мы обязательно обставим мерзавцев!

— Совершенно верно. Похоже, после всех невзгод судьба все же улыбнулась нам, — согласился Бентли, адресуя свое замечание кочевницам.

Те безмолвно наклонили головы, признавая его правоту, но Катара тут же сказала:

— Пока еще рано пересчитывать водяные кольца, богатенький мальчик! Как только ваш соперник выберется из каньона, ему останется пересечь еще только два, а потом — прямая дорожка до самого финиша. Он вполне мог бы проделать весь путь галопом, если бы не боялся за верблюдов. Похоже, все гораздо сложнее, чем я воображала.

— Так чего же мы ждем? Вперед! — воскликнул Велли, подгоняя верблюда, и даже сам поехал во главе, когда они снова нырнули в темноту.

Примерно через километр они наткнулись на второй провал, на этот раз куда менее серьезный. Потолок всего лишь растрескался, пропуская тонкие солнечные лучики, а разбросанные по полу валуны казались под желтым свечением чернильными лужицами. Велли осторожно пробирался между ними, опасаясь, что верблюд сломает ногу. Он так увлекся, что остановился, лишь услышав оклик Катары:

— Куда ты направляешься на этот раз, первопроходец?

Велли остановился и оглянулся. Остальные находились в конце провала и с неприкрытым весельем наблюдали за ним.

— Что теперь? — раздраженно проворчал он, устав от ее издевок, поскольку сознавал, что каким-то образом совершил очередной промах.

— Этот канал никуда не ведет. Еще километров десять — и тупик, — пояснила Катара. — Нужно идти боковым проходом.

— Каким еще боковым? — переспросил Велли. Но все же вернулся к поджидавшим его спутникам.

— Сюда.

Катара наклонила прожектор влево, и теперь Велли увидел, что одна из черных теней за валуном превратилась в бесконечный мрак очередного туннеля. Сам бы он никогда в жизни его не заметил.

— Вот как, — тихо пробормотал он. — Спасибо.

Десять километров впустую, при условии, что он не заблудится в очередном боковом проходе где-то по пути. Как быстро может изменить удача человеку всего лишь из-за банальной ошибки!

— Спасибо, — повторил он, на этот раз куда искреннее.

Катара хлопнула его по спине.

— Эй, не стоит расстраиваться! Никому не удавалось заметить этот туннель с первого раза! Кто-то даже нарисовал верблюжий зад в конце тупика, чтобы позлить людей, проделавших такой путь без всякого результата!

— Полагаю, неплохо было бы оставить вехи, — вмешался Бентли.

— Мы и оставили.

Катара показала на хаос черных линий, пересекавших пол пещеры, но как Велли ни пытался, не смог сложить их в буквы.

— Это на языке Матрики, — догадался он наконец.

— Верно. Почему бы нет? Мы единственные, кто пользуется этим туннелем.

— И вправду, почему бы нет? — хмыкнул он.

Катара обогнула валун и повела остальных в боковой туннель, но Велли, осененный поистине блестящей мыслью, немного задержался.

— Я сейчас! — крикнул он, снова останавливаясь, чтобы как следует все обдумать. Да, пожалуй, это может сработать. Если же нет, он даром потеряет драгоценное время, которое может стоить победы на гонках. Но если все получится… о, если все получится, награда будет слаще меда.