ЖУРНАЛ «ЕСЛИ» №6 2007 г. - Журнал ЕСЛИ - Страница 57

— Чего только в жизни не случается. Может быть, давно агент куплен был. Случается ведь?

— Среди граждан — крайне редко.

— И все же… Как полагаете, не найдем взрыватели?

— Поискать можно, будет ли толк? Только время зря тратить.

— Пушку надо на открытую позицию вывести, — предложил полковник. — Пусть враг боится. И первые выстрелы по ней произведет. Так я полагаю.

— Хорошая мысль, — согласился я. — Выиграем пару минут, когда атака начнется.

К шести вечера никаких взрывателей мы не нашли, хотя я обшарил заброшенные дома поблизости от склада и вырытые траншеи, да и остальные пытались что-то найти. А кто-то, наверное, только делал вид, что ищет, потому что точно знал, где взрыватели. Поочередно ко мне подходили Чекунов и Пальцев, Старостин и Джальчинов, делились своими соображениями относительно случившегося. Только Иванов с остервенением рыл землю и предположений о затаившемся среди нас враге не выдвигал.

Некоторые бойцы прямо утверждали, что взрыватели мог спрятать сам Федор Иванович. Но не проще ли было нашему единственному артиллеристу испортить пушку или повредить снаряды не столь явно? Может быть, и не проще. Со всем этим нужно возиться, а взрыватели ссыпал в мешок, кинул в яму, прикопал — и никто никогда их не найдет. Вся деревня перерыта…

Когда траншеи были готовы, пулеметные окопы оборудованы, позиции для гранатометчиков сооружены, мы выкатили пушку на пригорок. Для вида присыпали колеса землей, навалили несколько земляных холмиков — будто они прикрывают окопы, — поставили рядом с пушкой два ящика со снарядами. Попадание, если снаряды сдетонируют, будет заметно и дезориентирует противника.

В шесть вечера каждый занял свою позицию. В траншее по правую руку от меня засел помещик Старостин, по левую — калмык Джальчинов. Батыру доверили пулемет Дегтярева, Старостину вручили РПГ-7.

Казаки расположились на краю деревни. Они планировали совершить вылазку с фланга, если танк пойдет прямиком на деревню, и подбить его из гранатомета выстрелом в боковую броню. В случае вылазки Иванов должен был занять позицию в пулеметном гнезде, сменив Чекунова.

Солнце клонилось к горизонту, но до заката оставалось еще много времени… Вполне достаточно, чтобы многие из нас заката не дождались.

Взгляды наши были устремлены на золотистые воды Волги. Вот-вот там появится баржа, причалит к берегу, и из нее повалят персы.

Только после того как судно отойдет от берега, мы сможем открыть огонь. Хватит ли выдержки у всех?

Минута тянулась за минутой, но персидский десант не появлялся. Люди начинали нервничать.

В кармане у меня зазвонил мобильный. Полковник Сысоев…

— Слушаю!

— Как настроение, ротмистр?

— Спасибо, господин полковник, настроение удовлетворительное. Ждем.

— Им ведь спешить некуда, Никита.

— Понимаю. Думаете, нападут ночью?

— Вряд ли. Приборов ночного видения у них мало, как и у нас, а местность мы знаем не в пример лучше. На рассвете — возможно.

— Предлагаете установить дежурство?

— Если в ближайшие полчаса враг не появится — да. Мы все устали.

— А они отсыпаются у себя на барже.

— Скорее всего, так, — согласился полковник.

— Послать наблюдателя на реку? С крыш река видна неплохо, но, возможно, что-то скрывается из поля зрения.

— Нет, полагаю, специальный наблюдатель нам не нужен. По регламенту персы могут беспрепятственно высадиться. Подойдут к берегу и будут стоять — мы не имеем права расстреливать баржу. А высадку начнут, когда захотят.

— Генеральный штаб заявит протест.

— Только на это и надежда. Ладно, ротмистр, ждем.

Сысоев прервал соединение. Я поднялся на чердак одной из избушек — облюбовал позицию там еще днем. Нечто похожее на баржу держалось примерно в километре ниже по течению реки. Но была ли это баржа противника или какое-то судно наблюдателей — сказать сложно. Прижимаясь к противоположному берегу Волги, шли теплоходы. Навигацию никто не отменял.

— Разрешаю покинуть окопы, — скомандовал я с чердака. — Далеко не разбредаемся, неприятель может появиться в любую минуту. Джальчинов, назначаетесь дежурным.

— И что мне делать? — совсем не по уставу подал голос Батыр.

— Следить за рекой. Можете подняться наверх — отсюда открывается прекрасный вид. В случае опасности дадите сигнал тревоги.

Отделение полковника тоже получило приказ отдыхать, но на виду бойцы не маячили. Вполне возможно, что с баржи за нами наблюдают в бинокль — незачем выдавать расположение позиций.

Прошел час, два. Десант не появлялся. С командованием мы связаться не могли — по регламенту боя у нас не было никакого командования. Мы получили приказ держать местность и должны остановить врага. Точка.

Я лежал на кровати в избушке, временно оборудованной под штабную, когда туда поспешно вошел Старостин.

— Нашли! — радостно заявил он.

— Взрыватели?

— Нет. Флаг. Бродили с Пальцевым по деревне, в одной из избушек открыли сундук — а там флаг. Ветхий, но от старости не рассыплется.

Поручик развернул передо мной бело-сине-красное полотнище.

— Вы предлагаете поднять флаг над нашей позицией?

— Да. Древко я сейчас смастерю — и вывесим над самой высокой крышей.

— Действуйте.

Солнце еще не зашло, когда в его последних лучах заплескался флаг Империи. Пусть отделению не выдали боевого знамени — оно нам и не было положено, — мы нашли его сами!

— Ура! — закричали казаки.

— Ура! — хриплым голосом крикнул из своего окопа Иванов.

— Ура-а! — протяжно затянул Джальчинов.

На позициях полковника наш флаг тоже заметили — раздались выстрелы в воздух и крики «ура». Сысоев позвонил еще раз.

— Выражаю благодарность за поднятие настроения личного состава.

— От вашего имени выражу благодарность поручику Старостину. Наступала ночь. Персов не было.

Берег Волги неплохо просматривался в прибор ночного видения. Но на всякий случай примерно раз в полчаса мы пускали в воздух осветительную ракету. Она разрывала лунные сумерки, отражалась в водах реки и гасла, оставляя после себя черноту, которая постепенно рассеивалась светом луны и звезд.

— Измором берут, — тихо сказал Иванов, с которым мы дежурили в паре. Ночью на одного наблюдателя надежда слабая — вдруг дрема одолеет?

— Сами у себя время отнимают — нам меньше продержаться придется. Или поломка на барже — полагаю, генеральный штаб торговался, требовал, чтобы баржа от Астрахани шла, если не с персидского берега. Мы окопы сами роем, так пусть и персов укачает.

— Хоть бы они вообще не приплыли.

— На это я бы надеяться не стал…

Иванов достал из нагрудного кармана пачку сигарет, распечатал, закурил.

— А я полагал, вы противник табачного дыма.

— Противник, — кивнул Федор, закашлявшись. — Но, говорят, успокаивает. Ребята из порта сигареты сунули, когда собирали сюда. Сам-то я почти никогда…

В воздухе раздался стрекот вертолетных винтов. Потом в небе вспыхнула осветительная ракета — похоже, ее пустили с вертолета, горизонтально к земле. Наблюдатели. Смотрят, не занимаемся ли мы чем-то неположенным? Так ведь за оцеплением стоим. Но оцепление-то наше, можно найти солдата, который глаза закроет. Только зачем? Еще окопы прокопать? Еды и боеприпасов у нас вдоволь — если не считать взрывателей для снарядов. Но запросить боеприпасы дополнительно нельзя. Дисквалифицируют.

— С танком что делать будем? — спросил я Иванова.

— Из гранатометов, что тут думать. А близко подберется — казаки ручную гранату бросят. Пальцев похвалялся, что он два танка так подбил.

— Где же это он ухитрился? На учениях?

— Не иначе. Не слышал, чтобы наша армия где-то с танками в рукопашную билась.

Да, Россия в военном и техническом отношении превосходит все страны, лежащие по соседству. Кто может соперничать с нами? Британия? На море — несомненно, но сухопутная армия Британской империи гораздо слабее. Германия? У немцев слишком мало ресурсов, и колонии в Африке дела не спасают. Америка? Страна растет и развивается, техника там развита не хуже, чем у нас, а кое-где и лучше — но общих сухопутных границ нет. Танки с Аляски не пройдут через всю Канаду. Да и есть ли у нас на Аляске танки? Зачем они там нужны?