Последствия бури (СИ) - Якивчик Александра Вячеславовна - Страница 54

Но если он не предатель, тогда что здесь делает и кто его послал? Хотя... кажется, я знаю, кто таким образом просит прощения за былые ошибки...

Будем считать, извинения приняты, отец. Но способы воспитания у драконов все равно довольно странные...

Змея, до этого спокойно наблюдавшая за происходящим, напряженно выгнула шею, водя по воздуху раздвоенным языком. Уроженцы Темного края же притихли, вжавшись в стену и с ужасом глядя на тело собрата. Вот так обнажается истинная сущность псов. Пока их больше и они чуют страх и неуверенность соперника, эти оборотни бесстрашны и могучи. И неважно, что противник боится не за себя, а за того, кто стоит за его спиной...

Но стоит ситуации кардинально измениться, предатели нашего клана превращаются в пугливых животных, которые предпочитают спастись бегством и затаиться до следующего удобного для нападения момента.

Кстати, о стоящих за спиной...

' - Макс, ты должен лежать', - прошипел я, недовольно махнув хвостом.

Мое замечание сын пропустил мимо ушей. Хоть что-то в этом мире неизменно.

- Вольф, лучше уходи, - тихо произнес Макс, вставая рядом со мной и запустив руку в шерсть на загривке. Я перестал рычать, только обнажал клыки при любой попытке псов сдвинуться с места.

Этот бой мы выстоим. Это было видно по утратившему былую самоуверенность и решимость Вольфу. Но успеем ли мы восстановиться к следующему?

Рен

Со стороны эта парочка смотрелась странно. Худой, немощный парень с бледным от усталости лицом и темными кругами под глазами и огромный иссиня-черный волк с горящими злостью и яростью зелеными глазами. От него веяло просто всепоглощающей уверенностью в своих силах и смертельной угрозой.

Казалось бы, две абсолютные противоположности - слабость и сила, усталость и мощь. Но сейчас они были одним целым. Они готовы были насмерть драться за жизни друг друга, и я был уверен, что Максу, даже в таком состоянии, найдется, чем ответить Вольфу.

Только видел это не я один. Когда Макс нашел в себе силы и встал рядом с отцом, спина Вольфа окаменела. Он понял, что этот бой проиграл. После победы на границе с Рассветным лесом и дальнейших успехов, такое позорное поражение он переносил тяжело. Но я видел, что сейчас пес отступит. Но только сейчас.

- Ты ещё пожалеешь об этом, - бесцветным голосом произнес Вольф, обращаясь к Риону. Развернувшись, он спокойно направился к выходу из камеры. За ним, поджав хвосты и все время оглядываясь на пристально наблюдавшего за ними волка, потрусили и потерявшие брата псы. И судя по задумчивому и предвкушающему взгляду змеи, их участь уже была решена.

Трусы нам не нужны.

Последним шел я. В дверях я немного замешкался, последний раз посмотрев на странную пару. Рион уже принял человеческую ипостась и устало что-то объяснял напряженному Максу. Похоже, сейчас начнется та самая расплата, о которой говорил Вольф.

Уже закрывая дверь, я краем уха услышал полный боли вой, донесшийся из камеры Д'аркв'ир...

Виссарион

Тело ещё скручивали тугие спирали боли, но это были лишь отголоски того ада, который мне пришлось пережить в первые минуты отката. Это было своеобразное наказание за то, что я посмел посягнуть на власть, права на которую не имел. Убить живое существо силой воли могли только боги, для которых это тоже могло кончиться плачевно, если на то не было веской причины...

Признай я когда-то свою кровь... последствия были бы минимальны, а так...

- Ты не говорил, что мы так можем, - глухо произнес Макс, все это время сидевший на полу возле меня. Рядом суетился Дух мертвых, безуспешно пытавшийся все это время хоть чем-то мне помощь. Сейчас он бережно сжимал в лапах лоскуток ткани, оставшийся от простыней, и осторожно вытирал пот с моего лба. Потрепав зверька по мягкой шерстке, я с трудом сел, прислонившись спиной к кровати.

- Не говорил, - кивнул я, морщась от ноющей боли, отказывавшейся покидать мое тело, - И дальше говорить не буду. Вы с Алексой прекрасно и без этой силы обходитесь...

- Почему? - обычный вопрос. Уточнение, а не претензия, которой я опасался. Значит, детей я все-таки воспитал правильно и ошибок Вольфа они никогда не совершат.

- Потому что я не хотел, чтобы вы стали такими, как Вольф. Сила, которой я сегодня воспользовался, дает такую неограниченную власть над живыми существами..., что опьянеть от неё можно даже вернее, чем если дать человеку возможность призывать сущности из Теневых коридоров, - устало прикрыв глаза, я криво усмехнулся, вспомнив, что похожая власть сделала с обычными оборотнями, - Вот только владеем мы ей не по праву рождения..., а просто передалась через проклятую кровь...

- В каком смысле? - осторожно спросил мой сын, хмурым взглядом изучая пол. Похоже, параллель между моими словами и Сумрачными Волками, которыми управляла Алекса, он уже провел. Но это ещё цветочки, по сравнению с ещё одной силой, искалечившей не одну судьбу.

- Если способности призывать сущности нам, по легендам, дала Исс'ша, то силу подчинять себе других людей мы украли, - жестом пресекая попытку Макса задать второй вопрос, я спокойно продолжил, - Ты ведь знаешь легенду о Проклятых Волках, от которых мы и ведем свой род. Моя мать как раз была одной из этих легендарных оборотней. Я был удивлен, узнав, что чистые носители крови Лунных убийц ещё существуют. Это было уже после того, как она ушла из замка моего отца, поэтому расспросить её об этом я не смог. Зато я нашел книги, оставленные ею в библиотеке, где была одна любопытная легенда, запомнившаяся мне на всю жизнь.

Когда последний вожак Проклятых Волков понял, что его стая начинает медленно распадаться, он решился на довольно опрометчивый шаг. Он придумал заклинание, с помощью которого можно было украсть у любого бога частицу его силы, - заметив вопросительный взгляд сына, я кивнул, - Да, это его впоследствии переделали и стали использовать для того, чтобы обладать тенью силы Исс'ши. План вожака сполна оправдал себя: после нескольких попыток ему удалось украсть у одного мелкого божка способность подчинять себя волю живых существ. Тот бог отвечал за силу духа и что-то ещё, таких мелочей я не запоминал. Только взял Проклятый Волк слишком много. Богиня судьбы узнала об этом и наказала его за это. Теперь в крови потомков этого течет сила этого божка, но после каждого раза, когда мы используем её, наступает 'откат'. Мы переживаем все то, что испытывало существо, которое мы подчинили себе, на собственной шкуре.

- А если с её помощью убить...

- Сила отката увеличивается в несколько раз, - я посмотрел на оставленное в камере тело мертвого пса и тяжело вздохнул, - Поэтому я и не хотел, чтобы вы умели пользоваться этой силой. Что соблазн велик, что цена слишком высока. Вашу силу духа и так прекрасно все чувствуют и признают.

- Ты сказал, что не хотел, чтобы стали такими, как Вольф? - Макс с недоумением посмотрел мне в глаза, - Какое он имеет отношение к нашей силе?

- Никакого, - спокойно ответил я, перебирая шерсть забравшегося мне на руки Духа мертвых. Зверек блаженно щурил глаза, - Просто он решил повторить ошибку вожака Лунных убийц.

- Исс'ша..., - вдруг волк замер, сраженный какой-то мыслью. Резко повернувшись ко мне, он тихо произнес, - Ты хочешь сказать, что он действительно хочет призвать в наш мир богиню-змею?

- Да. Посмотри, - я указал на пентограму, с которой пытался разобраться битую неделю.

Макс поднялся с пола и, пошатываясь, но уже более уверенно подошел к рисунку. Присев, он провел рукой по черным линиям, которые невозможно было размазать или стереть.

- Она настоящая, - подтвердил я худшие опасения сына. Пересадив зверька на кровать, я приблизился к напряженно замершему волку.

- А как же обманки, из-за которых возникали Потерянные города? Зачем нужны были лже-пентограмы и кому?

- А вот в этом придется разобраться Алексе, - я посмотрел на закрытую дверь, за которой скрылись наши враги, - Потому что у нас будет другая задача. Выжить.