Огенная Лисица и Чёрный дракон - Лирмант Елена - Страница 55

— Поддержи его, — попросила Снежку.

— Он голый, — испуганно проговорила она, не отводя глаз от его тела.

— Так не смотри на то, что тебя смущает, — рассердилась я, — он умирает, помоги!

Она подбежала ко мне, и подставила парню плечо. Я перерезала верёвки с другой стороны, но он упал на пол.

— Я не хотела, — чуть не плакала Снежка, — он не держится.

— Принеси воды, — приказала я, укладывая его на спину. Снежка исчезла, а я начала вливать в него силу. Девушка скоро вернулась, с плошкой воды. Намочив носовой платок, стала обтирать его. Жизнь к нему возвращалась. Он открыл глаза:

— Кто вы?

— Встать сможешь? — спросила я, — пол холодный. Там, — я махнула рукой в сторону библиотеки, — кушетка. Но ты тяжелый, мы вряд ли тебя донесем.

Парень посмотрел на себя:

— Мне бы что-нибудь накинуть.

Я сняла плащ, и он намотал его как юбку. Поддерживаемый с двух сторон, еле переставляя ноги, он шёл с нами и тяжело дышал. Что-то это мне напоминало. Вот так же я тащила Дара, правда, одна! И как же мне везет на распятых! Интересно, у шершей, это любимое занятие, вот так издеваться над людьми. Теперь уже не узнаю. Драконы всех уничтожили. Хотя почему шерши? А Ракый? Он же маг, учитель. Что им было нужно в этой жизни? Какую цель они преследовали? Наверное, я никогда не смогу их понять. Для меня счастье, это возможность жить, ничего не боятся, делать свое дело — помогать людям, и отвечать на приветствие: — Добрый день, Мэриэлла!

А для них? Вот взять бы Форитту. У нее было все, княгиня! Так нет же, она мучила драконов, как пиявка высасывала у них кровь, торговала смертоносными мазями и совращала мальчиков. Зачем? Чего ей не хватало? Почему ее желания были такими уродливыми? Но на все эти вопросы, ответа у меня не было.

Даже папа не мог дать мне вразумительный ответ. На все мои приставания к нему: — Почему шерши такие ядовитые? Он только вздыхал: — Это не их вина, это их беда, детка, они потерли связь с Верховными духами, и стали рабами своего вожделения. У нас единый для всех закон: мысль, воля, творчество. И каждое составляющее — это свобода, это бескрайнее поле, где можно гулять вечно, и никогда не увидишь конца. А у них вместо мысли — жажда, вместо воли — алчность, вместо творчества — похоть. Но все это ежеминутно и ограничено. Потому и приедается. Постоянно хочется чего-то нового, и чем страшнее, тем лучше! Это щекочет нервы, дает хоть временную, но передышку от всевозрастающей жажды. Понимаешь?

Нет! Не понимаю. Наверное, я еще не доросла до понимания этого…

— Мэриетта, он умирает? — от моих мыслей меня оторвала Снежка.

— Нет! Он заснул, — ответила я.

Спала я плохо. Часто просыпалась. Подходила к парню и потихоньку вливала в него энергию. Его молодое тело принимало силу охотно, раны быстро затягивались, и его собственная сила восстанавливалась, окружала его прохладой воздуха. Он был ветром.

— Ну, вот, и способ вырваться отсюда, — с облегчением подумала я. — Он нам и поможет.

Утром, когда я подошла к нему в очередной раз, от моего прикосновения, он проснулся:

— Ты кто?

— Мэриетта, а она Снежка.

— Вы спасли меня! Но как? Где шерши?

— Их больше нет. Драконы вернулись и всех уничтожили.

— А что вы делаете здесь?

— Прячемся.

— От кого?

— На радостях все мужчины в городе проголодались, и стали искать себе пару.

Я не стала уточнять, кто в этом виноват. Потому что не понимала, причем тут я. Как можно из-за какого-то танца так возбудиться. Хотя Хитрый Лис, помниться, предупреждал меня. Но у меня же не было никого желания. На всякий случай, надо быть холодной как лёд, и с этим парнем тоже.

— А уйти из города не пробовали?

— Драконы защиту поставили.

— Найдите мне одежду, и я вас отсюда вытащу, — твердо сказал он.

Я растолкала Снежку. При свете дня, я увидела ее впервые. У меня даже дух захватило. Какая же она красивая. Волосы черные, вьющиеся большими локонами, глаза голубые, лицо точенное, а уж о фигуре и говорить не приходиться, одна грудь чего стоит! Да, с моей не сравнить! Одно слово — дриада! Жительница Светлого леса. Она сладко потянулась, бросила взгляд на парня, и оба покраснели.

— Снежка, надо найти какие-нибудь штаны и рубаху для… Кстати, а тебя как звать?

— Эол, — ответил парень, не сводя восхищенного взгляда от Снежки.

— А где их взять? — спросила девушка, кокетливо потупив глазки.

— Пойди, и купи…

— У меня десять медных монет, этого хватит?

— Нет!

Я залезла к себе в мешок и вытащила пять серебряных кругляшек, протянула ей и зашептала: — Вот этого хватит. Смотри, будь осторожна! И, пожалуйста, не говори ему, — я кивнула на Эола, — ничего обо мне. Тебя вряд ли тронут. А меня сейчас, наверняка, ищут. И скорей возвращайся.

Она вернулась довольно скоро. Принесла штаны и рубаху, отдала Эолу и кинулась ко мне:

— Мэриетта. В городе такое твориться! Князь вместе с Чёрным Драконом ходит, и тебя ищет. В дома заходят. Просят, если кто тебя увидит, к ним привести. Владыка огня сердитый! Говорит, что ты не могла сквозь землю провалиться.

— А ты мне не все рассказала, Мэритетта, — к нам подошёл Эол. Штаны у него были короткие, а рубашка длинная, но он все равно смотрелся привлекательно: — Значит, ты не от похотливых мужиков здесь прячешься? А от самого Владыки неба? Может, расскажешь мне? — он смотрел на меня с усмешкой. — Ты в чем-то провинилась перед ними? Хочешь использовать меня втёмную?

— Как ты мог такое подумать, — вскричала Снежка, и не успела я ей закрыть рот, как она всё выложила парню о моем танце с Даром.

— А ты опасный человек, — Эол засмеялся, бросив на меня любопытный взгляд, а я раздраженно посмотрела на девушку, вот ведь связалась с болтушкой. Но она вдруг побледнела, пошатнулась и попятилась от меня, будто увидела мертвую землю.

— Ты что? — испугалась я, — с тобой все в порядке?

— Ты???? — только и смогла сказать она.

— Я! — согласилась с ней. — Снежка, тебе ничего не угрожает, можешь остаться здесь, а мне надо исчезнуть. Эол, поможешь?

— Конечно! Идем, — и он протянул мне руку.

— Нет, — девушка схватила меня за локоть, — я с тобой. Тебе без меня нельзя.

— Не говори глупости, — я начала сердиться. — Это тебе со мной нельзя.

— Прошу тебя, — в ее глазах показались слезы, — очень прошу.

— Чего ты просишь? Я не понимаю тебя.

— Пойдем со мной, я тебе все объясню. Только пойдем. Здесь недалеко. Я в Светлом лесу живу.

— Снежка, мне некогда, у меня дела есть. Прости, как-нибудь в другой раз!

— Мэриетта, ты не понимаешь. Я умоляю…

Тут послышались голоса. Эол приложил палец к губам. Мы тихо вылезли в окно и побежали за дом, где росли густые кусты сирени.

— Я вас двоих не подниму, — сказал Эол, обаятельно улыбаясь.

— Давай по очереди, — согласилась я, — только, чур, я первая.

— Мэриетта, — Снежка опять вцепилась мне в руку, — только не уходи, подожди меня. Дай слово.

Я боялась, что сейчас нас найдут, и была готова на все:

— Хорошо!

Эол обнял меня за талию, и мы поднялись в воздух. Да, лететь с ветром, это не то, что на пеласе. Там чувствуешь под ногами опору. А тут, словно, подхваченная воздушным потоком, несешься по небу. Дух захватывает. Страшно и приятно одновременно. Неудивительно, что вот так раз взлетев, можно потерять голову, особенно, когда тебя держат такие крепкие, мужские руки.

— Эй, Мэриэлла, осторожно! Тебе что, Дара с Энлилем мало? — Остановила я сама себя.

Мы поднялись высоко над городом: — Высокая защита князя, — засмеялся Эол. — Только для ветров нет никакой преграды! Разве я не прав?

— Поставишь меня на землю с другой стороны озера, тогда отвечу, — хмыкнула я.

— Нравится? — спросил снова парень.

— Не очень, — ответила я, — слишком в ушах шумит.

— Холодная ты, — снова засмеялся он, — и как могла, если слова Снежки верны, целый город своей страстью обжечь?