Стражи земель. Доспехи демона - Хайц Маркус - Страница 62

— Последняя из рода принца Маллена. — Он уселся рядом с ней на кровать. — Ты долго веселила нас этой погоней. Было забавно, но всему приходит конец. — Посмотрев в коридор, он подал кому-то знак. — Ты умрешь в своей стране, у всех на глазах, Малления из рода Идо. Умрешь на плахе. Твои прекрасные белокурые волосы пропитаются кровью. Обезглавливание — таково наказание за подстрекание к бунту, заговор и убийство.

— Мне известны ваши планы, — ответила девушка на языке альвов. — Меня тебе не обмануть.

Сизарот с отвращением поморщился.

— Ах, какой ужасный выговор! Кто учил тебя альвийскому? Назови мне его имя, чтобы я мог убить этого несчастного неудачника!

— О, я, кажется, обнаружила, как вас можно пытать, верно? — Малления рассмеялась.

Альв дернулся — это даже сложно было назвать движением — и ударил ее в челюсть. У Идо подогнулись колени, она обмякла. Меч глубже врезался в руку, у ног что-то звякнуло. Девушка не заметила, что выронила оружие.

— Никогда больше не говори на моем наречии, а не то я тебе язык вырву! — Сизарот распахнул дверцу шкафа, на которой висела Малления, чтобы девушка видела происходящее в коридоре.

Альвийка склонилась над королевой Вей и приставила клинок ей к горлу.

— Ее смерть зовут Фируска, — восторженно прошептал альв.

— Вы не можете убить ее! — в отчаянии выдохнула Идо. — Убейте меня, но оставьте королеву в живых. Вам ни к чему ее смерть.

— О, ты ошибаешься. Дракон будет нам благодарен. Сам он не решался это сделать, значит, мы выполним работу за него. — Сизарот поднял руку.

Его сестра кивнула.

— Но Вей Одиннадцатая уже отправила гонца к Светложару, — поспешно сказала Малления. — Дракон подумает, что вы убили не только королеву, но и посла, и сопровождавших его орков. Светложар начнет войну с Идомором, и она перекинется на земли альвов. На все земли альвов! Так вам не удастся воплотить ваш план! — Она смотрела на несчастную королеву. — Только Вей может предотвратить это.

На лице Сизарота отразилось сомнение.

— Если она говорит правду, нам стоит оставить эту человечку в живых. — Альвийка посмотрела на брата.

— Зачем? Чтобы она вновь оклеветала нас перед Светложаром? Или чтобы восстановила силы в магическом источнике, а потом принялась мстить нам за это нападение? — Сизарот принял решение. — Самузину и Тиону было угодно, чтобы мы прибыли в Озергорд. Пришло время позаботиться о сильнейших в Потаенной Стране. Так почему бы не начать с Вейурна и не спустить первую стрелу?

— Не знаю, правильно ли это, — задумчиво протянула Фируска.

— Правильно. — Сжав в руке кинжал, альв вышел в коридор. — Как жаль, что мы не можем забрать с собой кости. Такое расточительство!

Подойдя к королеве, Сизарот отрубил ей голову и отбросил подальше в сторону, чтобы ни одно заклинание не смогло соединить ее с телом. Затем он посмотрел на Койру.

— Пришло время дочери последовать за матерью. Подари ей смерть, сестренка.

Сжав зубы, Малления дернулась. Лезвие двуручного меча взрезало мышцы и задело кость, из раны хлынула кровь… но Идо высвободилась. Ее пальцы сомкнулись на лезвии меча, и она подбежала к волшебнице, чтобы защитить ее от альва. Таков будет последний подвиг главы движения Сопротивления.

Но Фируска преградила ей путь и парировала атаку. От удара клинок Идо разлетелся.

— Людское оружие такое хрупкое. — Рассмеявшись, альвийка схватила Маллению за больную руку и швырнула на кровать. — Красивая кровь, — сказала она брату. — Нужно будет набрать ее побольше после казни. Кто знает, что нам удастся из нее создать… — Фируска повернулась к Койре. — Милая маленькая чародейка. И такая сладкая кровь… Она придаст очарование любому произведению искусства. — Девушка разочарованно вздохнула. — А у нас с собой нет сосудов, чтобы ее собрать.

В коридоре послышались тихие голоса: это стражники совершали вечерний обход.

— Сюда! — завопила Малления. — На нас напали!

Брат и сестра залились смехом. Их не пугали солдаты. Вскоре во дворце будет еще больше убитых.

Альв приблизился к принцессе, сжимая в руке окровавленный кинжал. Он не сводил глаз с окаменевшего от горя лица девушки, надеясь не упустить ни толики ее страданий. Сизарот замахнулся… но в этот момент его ударили шлемом в затылок, и альв промахнулся. Шлем с грохотом покатился по полу.

Развернувшись, Сизарот обнажил второй кинжал, но тут его объяло облако пламени!

— Подлые убийцы! — крикнул кто-то. — Ничего, потомка Невероятного Родарио так просто не возьмешь!

В альва полетел второй шар огня, но черноглазый уклонился.

Малления узнала голос Седьмого.

— Позовите на помощь! — крикнула она, понимая, что юноше не выстоять против двух альвов.

Фируска ударила Идо мечом плашмя по голове. Почти лишившись чувств, девушка осела на кровать. Сестра хотела прийти Сизароту на помощь…

И тут ярко-желтый луч ударил ей в грудь, пробив в теле альвийки дыру толщиной в руку. Черноглазая пролетела по комнате и, выбив окно, рухнула. Осколки разлетелись во все стороны и, расплавившись, превратились в капли. Фируска не успела даже крикнуть.

Повернувшись, Малления увидела принцессу. Волшебница вытянула вперед руки, бросив заклинание. Ее взгляд прояснился.

— Ох, слава богам! — простонала Идо.

— Слава? За что? За то, что моя мать погибла? — горько выдохнула Койра и выбежала в коридор.

У Маллении не было сил встать. Судя по шуму, крикам и звону оружия, бой с последним из тройни продолжался. Мерцали факелы, что-то шипело и потрескивало, словно дрова в камине.

Девушка чувствовала, как угасает искра ее жизни. Она потеряла слишком много крови.

Ее веки затрепетали, став тяжелыми, будто наковальня. Малления уже не чувствовала боли. Она противилась обмороку, но так хотелось больше не открывать глаза… Погрузиться в глубокий сон… сон… сон…

Зима отступала, на холмах и полях таял снег. Всюду звенели ручьи, на реках трескался лед.

Тунгдил, жадары и Черный Эскадрон ехали по весенней грязи, моросящий дождь пропитывал одежду, капли оседали на доспехах.

Как бы то ни было, путники неуклонно приближались к цели — Дзону, родному дому северных альвов.

— Что-то кордрион давно не появлялся, — заметил Боиндил. — Может, он утратил интерес к преследованию?

— Пока жив его детеныш, чудовище будет продолжать поиски, — успокоил Тунгдил.

Бешеный вздохнул. При сложившихся обстоятельствах они продвигались довольно быстро. Благодаря Харгорину Смертоносному путники сумели подобраться к столице альвийского королевства. Ни один из патрулей их не остановил — все знали Черный Эскадрон и его командира.

Боиндил заметил вдалеке отряд всадников — альвов на огненных быках. «Рано я обрадовался, — ухмыльнулся он. — Посмотрим, может, представится возможность помахать молотом».

— Говорить буду я, — сказал Тунгдил Харгорину. — Они все равно захотят выяснить, что это за штандарт.

Альвы, подъехав ближе, остановились. Командир отряда поднял руку, подавая солдатам знак опустить копья. Его бык сделал еще пару шагов вперед и фыркнул. Смертоносный успел назвать Златорукому имя этого альва.

— Мы думали, что ты приедешь один, Харгорин Смертоносный. Но нам сообщили, что среди твоих солдат находится какой-то гном со странным знаменем. — Он смотрел на Тунгдила, внимательно вглядываясь в руны на доспехе гнома.

Боиндил присмотрелся к альву. Из-под тиониевого шлема выбивались, ниспадая на плечи, длинные светлые волосы. Лицо было таким же, как у всех представителей его народа, — красивым и жестоким, с черными пустыми глазницами. «Хотел бы я как-нибудь повстречать толстого альва. Толстого неуклюжего альва с кривыми зубами, уродливого, словно орчиха. Да, и пусть он еще шепелявит!» — Бешеный хихикнул. Его лицо было скрыто забралом. Ни он, ни Слин, ни Балиндар, ни жадары ничем не отличались от всадников Черного Эскадрона. От успешности маскировки зависело будущее.