Стражи земель. Доспехи демона - Хайц Маркус - Страница 72

Все складывалось как нельзя лучше. О таком даже мечтать не приходилось, когда они начинали свое путешествие.

— А что будет с тобой? — поинтересовался Балиндар. — Когда все альвы погибнут, что ты будешь делать?

— Я уйду прочь. — Эфатон вздохнул. — Отправлюсь на восток. Посмотрим, что я там найду. Клянусь, что больше никогда не вернусь в Потаенную Страну, разве что ее жители сами меня позовут, — он улыбнулся Тунгдилу, — каковы бы ни были причины для этого. А если мне и вам помогут неведомо какие боги, то я погибну вместе с последним из северных альвов.

— Я впечатлен твоей отвагой, Эфатон. Я вижу, что не ошибся в тебе. — Встав, Тунгдил поклонился. — С твоего позволения, мы удалимся. Завтра утром мы намерены отправиться в Красные горы, чтобы раззадорить дракона. Мы оставим Светложару и его оркам улики, мимо которых они не смогут пройти.

— К тому моменту, как дракон атакует, я со своим войском уже буду в Синих горах. Лот Ионану и его ученикам нелегко придется в бою с моими солдатами, но нам не победить. Если дракон и его орки нападут на мага, это сыграет нам на руку. — Эфатон тоже поднялся. — Только постарайтесь, чтобы змей не превратил Лот Ионана в живой факел. Светложар могуществен. Ему удалось победить королеву Вей Одиннадцатую, а ведь говорят, что она очень сильная волшебница. Если Лот Ионан погибнет, вам придется справляться с войском Черного Ущелья своими силами.

— Вей еще жива? — Златорукий прищурился.

— Королева? Да, насколько мне известно. И у нее есть дочь, которая, по слухам, тоже обладает талантом чародейства. — Альв понял, к чему клонит Тунгдил. — Эти две волшебницы смогут стать вам хорошими союзниками, если дракон будет повержен. Если погибнет Лот Ионан, я советовал бы вам обратиться к ним за помощью в войне с чудовищами Потусторонних Земель. — Он протянул гномам руку. — Да поможет вам Враккас. Если боги захотят, мы еще увидимся. — Эфатон покинул тронный зал.

«Ну вот, началось! Враккас, мы уже совершаем подвиги!» Налив воды, Боиндил отхлебнул немного, рыгнул и похлопал себя ладонью по животу.

— Ну что, пора спать, а, книгочей? Завтра утром отправимся к дракону и украдем его сокровища. А по дороге заглянем к волшебнице, я прав?

— Пора спать, — рассмеялся Тунгдил.

Койра сидела в комнате матери перед огромным круглым окном и смотрела на море. Белая траурная вуаль и черное закрытое платье немного старили ее, по крайней мере так казалось Родарио.

Актер сидел рядом, поигрывая пером. Малления, заложив руки за спину, бегала туда-сюда по комнате. Ковер приглушал стук ее сапог, но непрерывное поскрипывание пола все равно действовало на нервы. Скрип-скрип. Скрип-скрип.

Отложив перо, Седьмой попытался заглянуть волшебнице в глаза. Девушка снова плакала.

На шее Родарио виднелась тонкая повязка — напоминание о ране, нанесенной Сизаротом. Лезвие альва скользнуло по медальону Невероятного, сохранив Седьмому жизнь.

— Принцесса, это не ваша вина. Альвы заманили вас в ловушку, — осторожно сказал актер. — Если бы вы были мечницей, что-то подобное произошло бы с вашим клинком. Альвы знают, как подстраивать такое. Вы не могли ничего предотвратить.

— Это уже пятая ваша попытка убедить меня в том, что не я повинна в смерти матери, — сдавленно прошептала Койра. — И вновь вам не удается изменить мое мнение. — Подняв руки, она присмотрелась к кончикам пальцев. — Этим я убила ее. Этим и проклятой магией, которой она сама меня научила.

— Но вы хотели уничтожить альва… — начал Родарио.

— И кто теперь лежит в семейном склепе рядом с телом отца? — в отчаянии воскликнула принцесса. — Может быть, альв? Я больше никогда не буду пользоваться магией.

— Магией вы спасли Маллении жизнь. — Седьмой решил сменить тактику. — И кто защитит ваших подданных от дракона, если Светложар прилетит сюда? Не отказывайтесь от волшебства, принцесса!

— Я должна это сделать, — выдохнула она. Ее ярость развеялась, девушка вновь печально уставилась в окно. — Я должна уничтожить волшебный источник, иначе им смогут воспользоваться альвы или Лот Ионан.

— Затопить шахту? — Малления остановилась, ее глаза сверкали. — Я знаю, что вы опечалены. Я тоже потеряла многих близких, но я никогда не пользовалась этим как отговоркой для того, чтобы спрятаться и сетовать на злую судьбу.

— Уезжайте в Идомор, Малления. — Койра на нее даже не посмотрела. — С вашего прибытия сюда все и началось. Вы принесли горе на Озергорд. Если бы я не послушалась совета второсортного актеришки, альвы догнали бы вас и убили. И всего этого не случилось бы.

— Не стоит сейчас раздумывать над этим. — Родарио выразительно посмотрел на Идо, уже открывшую рот для очередного возражения. — Вы новая королева Вейурна, и…

— Тут правит Светложар. Напоминаю вам, если вы позабыли, — холодно перебила его принцесса. — Я просто слабая волшебница на жалком острове в высыхающем море. Волшебница, убившая собственную мать.

— Ее обезглавил альв, — вздохнул Седьмой.

— Но я настолько сильно ранила ее, что она ничего не могла с этим поделать, поймите же наконец.

— А что там альвы? Есть какие-то зацепки? — Малления повернулась к Родарио. — Как вы знаете, прошел всего день с тех пор, как я сумела встать на ноги. Мое выздоровление потребовало времени.

— Сизарот покинул остров. По крайней мере никто его больше не видел. А где его сестра, ведомо лишь волнам, — недовольно ответил актер.

Он хотел утешить Койру, прекратить ее самобичевание, а вместо этого приходилось рассказывать Идо о событиях последних дней. Принцесса была последней волшебницей Потаенной Страны и не должна отказываться от своего долга. Сейчас, пока Койра не пришла в себя от горя, Родарио еще не мог ей этого сказать, она не стала бы с ним больше разговаривать. После смерти матери чародейка не спускалась в источник, а бой с альвами и исцеление Маллении истощили ее запасы магии.

Седьмой решился придвинуться к девушке поближе.

— Принцесса, как вы думаете, что сейчас чувствую я?

— Но ведь это не вы убили собственную мать!

— Нет…

— Тогда вы понятия не имеете, что сейчас происходит со мной. — Голос Койры дрогнул. — Я слышу ее крики в тишине. Глядя в зеркало, я вижу ее объятое огнем лицо. Как только кто-то зажигает факел, я чувствую запах дыма и выбегаю из комнаты, потому что меня тошнит. — Закрыв глаза, она поднесла руку ко рту. — Ну почему этот альв не убил меня вместо нее?

Родарио наплевал на разницу в статусе и титулы. Обняв принцессу, он прижал ее голову к своей груди. Судорожно вцепившись в его плечи, девушка разрыдалась.

Малления молча уселась в кресло у двери. Она знала, как утешают объятия. И сейчас Идо, к собственному изумлению, почувствовала укол ревности.

Почему-то незадачливый актер обрел место в ее сердце. Возможно, это было связано с тем, что он был столь прелестно нерешительным, в отличие от всех мужчин, которых Маллении доводилось встречать раньше. И поцелуй украдкой лишь доказывал то, что Идо в глубине души и так знала.

Она смотрела, как Родарио обнимает принцессу. Он медленно покачивался, словно убаюкивая младенца.

«Я никогда не смогу ему это сказать, — подумала Идо. — Он засмеет меня. Все засмеют меня. Вот, поглядите, идет воительница и ее ручная собачка-рифмоплет. Кого она не заколет мечом, он заговорит до смерти». Несмотря ни на что, девушка улыбнулась при мысли об этом.

Малления попыталась отвлечься, заставив себя думать о близнецах. Она собственными глазами видела труп альвийки. Тело обнаружили в море, но, прежде чем кто-то успел вытащить его, оно утонуло. Живот и грудь Фируски были пробиты ударом, это было видно. Если она и пережила магическую атаку, то в любом случае получила очень серьезные ранения и погибла от падения с высоты.

Скорее всего, Сизарот отправился искать ее тело. Наверное, это предписывал ему какой-то альвийский обычай. А значит, у них есть какое-то время до очередного нападения черноглазых. Пока что оставалось непонятным, какие меры примет дракон в ответ на случившееся. Он до сих пор так и не связался с Койрой.