Стражи земель. Доспехи демона - Хайц Маркус - Страница 73

В дверь постучали. Не дожидаясь разрешения, в комнату вошел Лойтан. Остановившись на пороге, он замер, увидев принцессу в объятиях Родарио.

— Как вы посмели, жалкий актеришка? — возмутился граф. — Немедленно отпустите королеву! Если вы мужчина, выйдите со мной в коридор, чтобы я мог научить вас должному поведению в высшем обществе!

— Сейчас неподходящее время для того, чтобы напоминать о разнице в статусе, граф Лойтан, — кашлянув, заметила Малления. — Успокойтесь. — Она увидела письмо в его руке. — Это от Светложара?

— Вас это не касается! — Лойтан повернулся к ней.

На лбу девушки пролегли глубокие морщины.

— Если вы возьмете себя в руки и успокоитесь, вы вспомните, что я наследница рода Идо, граф, — выпалила она. — Я имею право на трон Идомора. Раз уж вы так настаиваете на соблюдении этикета, то всякий раз, встречая меня, вы должны кланяться и обращаться ко мне не иначе как «ваше высочество». — Малления с удовлетворением увидела, что Лойтансберг залился краской. — Вам это нужно, граф?

— Я не открывал письмо, — играя желваками, ответил Лойтан. — И оно действительно от Светложара. — Подойдя к столу, он положил конверт.

Отпустив Родарио, Койра отерла слезы.

— Спасибо.

Она вскрыла конверт и пробежала взглядом строки. На столешницу упала чешуйка, доказательство того, что это письмо действительно от дракона.

— И что там? — Седьмой попытался заглянуть ей через плечо, хотя это тоже было нарушением этикета.

Лойтан сжал кулаки. Если бы он мог, то убил бы Родарио на месте.

— Светложар приказывает мне найти альва и взять его в плен. Для моей защиты он намерен прислать сюда сотню орков, — сообщила девушка. — И он требует от меня клятвы верности.

— Это означает, что вам на шею наденут такой же ошейник, как был у вашей матушки, — ужаснулся Седьмой. — И за вами постоянно будут следить четыре стражника. Вам придется отказаться от магии…

— Мне все равно. Так у меня не возникнет искушения спуститься на дно озера и воспользоваться волшебным источником, — устало ответила Койра.

— Королева, нельзя так поступать! — горячо воскликнула Малления. — Вы ведь последняя волшебница…

— И что? — Лицо девушки окаменело.

Родарио тихо ругнулся. Малления сказала то, чего он намеренно избегал в разговоре, понимая, что так молодую королеву не переубедить.

— Сегодня был непростой день, мы все взволнованы. Сейчас нам стоит отправиться в свои комнаты и хорошенько выспаться, а завтра спокойно обсудим, что теперь делать.

— Как вы разговариваете с королевой? — вскинулся Лойтан. — Ничего вы с ней обсуждать не будете! — Он покосился на Маллению, опасаясь ее реакции на эти слова.

— Родарио прав. — Койра вновь отерла слезы. — Я устала и хочу спать. Завтра встретимся и поговорим о том, что уготовило нам будущее. И я имею в виду всех вас, — подчеркнула она.

Проходя мимо Седьмого, девушка тихо шепнула:

— Спасибо.

Она покинула комнату, Лойтан последовал за ней.

Родарио еще некоторое время полюбовался видом из окна, а потом вышел из комнаты и отправился на ход по крепостной стене. Перед сном ему хотелось подышать свежим воздухом.

Седьмой никогда не думал, что ему удастся напугать альва своими приспособлениями, создававшими видимость магии. Впрочем, может быть, Сизарот и не испугался. Ему пришлось уйти, потому что нужно было спешить на помощь сестре. Перед тем как скрыться из замка, альв успел убить восемнадцать человек. «Пускай эта Фируска сгниет на дне озера», — подумалось лицедею.

Родарио настолько погрузился в свои мысли, что не заметил человека, укрывшегося в тени башенки, и, только когда тот кашлянул, актер повернулся.

— Лойтан? Не ожидал увидеть вас здесь, — рассмеялся он. — Силушкой решили помериться?

— Когда я сбрасывал тебя со стены, нужно было привязать тебе гири к ногам, жалкий комедиантишка! — Подойдя, граф махнул рукой в сторону парапета. — Но сегодня этого не понадобится. Падения с высоты в восемьдесят метров будет достаточно, чтобы сломать тебе шею! Тогда твои злосчастные попытки стать актером наконец-то прекратятся. И никто не заплачет по тебе.

— Тогда вы застали меня врасплох, граф. Неужели вы полагаете, что этот прием сработает вновь?

— Без своих якобы волшебных приспособлений ты беззащитен. И беспомощен, — рассмеялся Лойтан, надевая на руки тяжелые шлифованные кастеты.

— Но вы, похоже, не полагаетесь только на свою силу и прочность костей, — ухмыльнулся Родарио. — Вы думаете, у меня настолько прочный подбородок?

— Не хочу мараться о такую мразь, как ты, вот и все! — выпалил граф.

— Чем же я заслужил вашу ревность? Я лишь утешил Койру. Интересно, ваша супруга знает о вашей тайной страсти и пылкой любви к новой королеве? — Седьмой сознательно подливал масло в огонь. Разозленного противника легче победить. — Я с удовольствием поведаю ей об этом.

— Ты уже никому ничего не поведаешь! — Лойтан двинулся в его сторону, но Родарио отступил. — А ну стой!

— Ну что ж, если вы настаиваете… — Седьмой вздохнул. — Но я вас предупреждаю. Если вы вступите в бой со мной, вас мать родная не узнает. Не говоря уже о вашей прекрасной супруге.

— И не мечтай, придурок! К тому же моя женушка все равно меня ненавидит! — Граф нанес удар и… промахнулся!

— На сцене очень важно умение ловко и быстро двигаться. — Родарио перекатился вперед между ногами противника и, вскочив, пнул Лойтана в зад, так что тот покачнулся. — Ну что? Это все, на что вы способны?

Граф ударил вновь.

— Ах, право же, это было очевидно. — Актер недрогнувшей рукой парировал атаку и ударил Лойтана локтем в лицо.

Схватив графа за волосы, Родарио дернул его голову вниз и сломал ему нос о колено. Затем Седьмой отпустил противника и пнул его в живот. Застонав, тот упал на колени.

— За это ты умрешь, — выдохнул он.

— Но вы ведь и так собирались меня убить, верно? — Актер состроил гримасу изумления. — Кроме того, в следующий раз это я попытаюсь прикончить вас, а не наоборот. В отместку за тот случай у шахты. — Он увидел, что Лойтан отбросил кастеты и обнажил кинжал.

От двух выпадов Родарио увернулся, парировал третий и обрушил на противника серию ударов. Из множества мелких ран на лице графа потекла кровь, и Лойтан упал.

— Вы знаете, что актеру нужно много талантов? К примеру, когда ты изображаешь воина, недостаточно просто надеть доспех. Нужно сражаться, как воин, понимаете? Не буду отрицать, сейчас эти умения мне пригодились.

Кашляя, Лойтан схватился за парапет.

— Такому за пару часов не научишься, — пробормотал он, сплевывая три выбитых зуба.

— Благодарю за похвалу. — Седьмой поклонился. — Жаль, что вы не видели, как я фехтую. В искусстве обращения с мечом я достиг особого мастерства. — Актер рассмеялся. — Но, может быть, как-нибудь в другой раз? Когда ваши раны заживут и вам вновь вздумается вызвать меня на дуэль. — Он осекся. — А о чем вы, собственно, хотели поговорить?

Сунув руку под накидку, граф достал комок ваты.

— Это я нашел в твоей комнате.

— А, мои реквизиты. Что ж, в них нет ничего удивительного.

— Ты все время изменяешь внешность, верно? И твои борода и усы фальшивые. — Лойтан отер кровь с разбитой губы. — Кто ты на самом деле? По какой причине ты с утра до ночи в гриме? Что это за маскарад?

Во взгляде Родарио что-то изменилось, не осталось и следа веселья, только решимость.

— Любопытство многих людей привело к смерти. — Резко дернувшись вперед, он схватил графа за пояс и воротник. — Так что вы не одиноки в этом. — Подняв противника, Седьмой с неожиданной силой столкнул его со стены.

Но Лойтан не закричал.

«Я что, не сбросил его?» Перегнувшись через парапет, Родарио увидел, что граф уцепился рукой за водосток в четырех метрах ниже парапета.

— К сожалению, ваша сообразительность вас далеко не заведет. Глубоко — быть может. — Завертев головой, Седьмой увидел подставку для светильника, в котором уже угас огонь.