Выбор сердца - Черезова Татьяна Львовна - Страница 35

Ройал снова рассмеялся.

— Думаю, нашего друга Лумиса ждут неприятности, — сказал он.

— У моей Молли настоящий талант, — гордо заявил Джек.

— Да, вижу. Но разве Лумис не сможет узнать, что этой Кроули на самом деле не существует?

— У него нет оснований сомневаться в словах дочери маркиза. Йоркшир довольно далеко, и хотя драгоценности на ней будут поддельными, выглядеть они будут достаточно убедительно.

Совещание продолжалось, пока они не обговорили все детали. Как только Лумис познакомится с Молли, миссис Кроули (той немолодой женщиной, которая может увеличить его состояние в соответствии с предсказанием Цайи), он будет убежден в том, что эта цыганка — настоящая предсказательница. Синклер был уверен, что Лумис обратится к Цайе за новыми советами, которые цыганка охотно будет ему давать.

Совещание закончилось, и Лили встала из-за стола. Судя по виду Ройала, ему хотелось что-то сказать ей, но Джек и Молли поспешили к ней подойти, и он молча отступил.

Лили заставила себя не оборачиваться и вышла из «Красного петуха», не посмотрев на Ройала.

Глава 20

Погода стояла хмурая и облачная. Джек и Молли проводили Лили до стоянки извозчиков. Когда она села в наемный экипаж, они помахали вслед отъезжающей карете.

Она ехала обратно в шляпную мастерскую, где работала почти каждый день, хотя открытие лавки было назначено на следующий понедельник. Там же она держала несколько своих цыганских костюмов, так что ей нужно было переодеться в мастерской, прежде чем ехать в небольшой дом в районе Пиккадилли, который снимала цыганка Цайя.

Лили уже поднималась по лестнице в свою квартирку на втором этаже, когда в дверь лавки громко постучали. Надеясь, что это окажется покупательница, она поспешно вернулась обратно — и замерла на месте, увидев сквозь стеклянную дверь высокого светловолосого мужчину.

Ее сердце встрепенулось и забилось быстрее. Лили судорожно вздохнула и распахнула дверь.

— Что случилось? — спросила она. Хотя она не приглашала Ройала зайти, он сразу прошел мимо нее в лавку. — Это Лумис? Что-то пошло не так?

— Я не хочу, чтобы ты ехала домой к Цайе, когда там может появиться Макгру.

— Я должна ехать. Надо, чтобы все казалось настоящим!

Ройал шумно выдохнул.

— Я не хотел, чтобы ты в этом участвовала, Лили. Если б я представлял себе, как ты будешь рисковать, я бы это не затеял.

— Но вы затеяли, Ройал. И мы зашли слишком далеко, чтобы останавливаться. — Лили посмотрела ему в лицо и прочла в его глазах тревогу. — Я буду там не одна. Со мной будет Дотти Хоббс. Она останется там до конца.

— Я не хочу, чтобы с тобой случилось что-то плохое, Лили, но я боюсь, что это произойдет.

— Со мной все будет в порядке. Пока все идет так, как мы планировали. И если мы продолжим делать все, что нужно, так будет и дальше. Ничего не изменится.

Золотисто-карие глаза Ройала скользнули по ее лицу.

— В моей жизни все изменилось, — тихо сказал он. — Изменилось в тот день, когда я тебя увидел. — С этими словами он обнял ее, привлек к себе и, наклонив голову, очень нежно поцеловал. — Я устал бороться со своими чувствами, Лили. Ты мне нужна!

Лили невольно закрыла глаза и подалась навстречу Ройалу. Она понимала, что они поступают нехорошо, но в то же время ей было так уютно в его объятиях, так приятно было ощущать тепло его губ, силу его тела! Все более глубокие и страстные поцелуи заставили ее вцепиться ему в плечи и забыть обо всех тех причинах, из-за которых им следовало бы расстаться.

Когда Ройал подхватил ее на руки и направился к лестнице, Лили обвила его шею руками и позволила ему унести ее к ней в квартирку.

Дверь была полуоткрыта. Ройал прошел через гостиную прямо в спальню. И там, когда он поставил Лили на ноги и снова начал целовать, последние робкие мысли о протесте куда-то улетели.

Ройал целовал ее так, словно не мог насытиться, хотел, чтобы она стала частью его, растворилась в нем. И в Лили проснулась страсть и обжигающее желание быть рядом с любимым.

Лиф ее платья опустился — и только тогда она поняла, что Ройал расстегнул застежку у нее на спине. Его губы оставляли жаркие дорожки на ее плечах и груди. Он избавил ее от платья и нижних юбок с такой ловкостью, что Лили стало немного не по себе, но пока он расшнуровывал ее корсет и опускал панталоны вниз, это чувство уже исчезло.

Она стояла перед ним совершенно нагая, если не считать голубых атласных подвязок и белых шелковых чулок. Его взгляд на секунду задержался на светлых нежных завитках над ее лоном.

— Я грезил об этом, — проговорил он. — Представлял себе, как увижу тебя нагой. Воображал, как буду любить тебя медленно и бережно, как должен был бы сделать в тот, первый раз.

Лили задрожала, а он опустился перед ней на колени, распустил подвязки и начал осторожно стягивать чулки. Она тихо ахнула, когда он положил ладони ей на ягодицы и приник губами к чувствительному бутону между ног.

— Я мечтал, как почувствую твой вкус, как буду давать тебе наслаждение вот так.

И с этими словами он неожиданно для Лили погрузил язык в нее. Она попыталась его отстранить, но в это мгновение ощутила волну блаженства, такого мощного и жаркого, что она оказалась близка к обмороку.

С ее губ сорвался тихий стон:

— Ройал!

Он не дал ей упасть, но и не остановился. Не отрывая рта от набухшего бутона, он продолжил пробовать его на вкус и ласкать, пока наслаждение не стало настолько острым, настолько невообразимо сладостным, что Лили громко застонала. Ей казалось, будто она разлетается осколками под напором мощного экстаза, взорвавшегося внутри ее. Боже! Она никогда в жизни не испытывала ничего подобного!

Она бессильно поникла — и Ройал подхватил ее на руки и перенес на кровать. На секунду он задержался, чтобы поспешно снять с себя одежду, а потом устроился над ней и снова приник к ее губам.

— Лили… — прошептал Ройал в перерыве между жадными, настойчивыми поцелуями, от которых по ее телу растекался жар и кипела кровь.

Она могла думать только о Ройале — и о том, как сильно он хочет ее и как сильно его хочет она.

— На этот раз больно не будет, — пообещал он и, потянувшись к ее груди, взял в рот сосок.

Вся ее кожа буквально запылала.

— Ну пожалуйста! — прошептала Лили, торопя его, чтобы он овладел ею. Ей отчаянно хотелось ощутить, как его мощная плоть движется в ней.

Ройал еще раз поцеловал ее в губы и раздвинул ей ноги, устроившись между ними и остановившись у входа в ее тайны. Она была влажной и открытой, готовой принять его — и, как он и обещал, на этот раз, когда он мощно вошел в нее, боли не было. Было только чудесное ощущение жара и желания — такого яростного, что Лили прикусила губы, с которых готов был сорваться крик.

Бедра Ройала двигались в чувственном ритме, который заставил откликаться все ее тело. Казалось, неспешное и сильное движение его плоти не знает конца, пробуждая наслаждение, которое с каждой секундой становилось все острее. Лили инстинктивно обвила его бедра ногами и начала выгибаться навстречу ему, чтобы принимать его еще глубже.

Он был безжалостен и двигался все мощнее и быстрее, пока Лили не достигла вершины и не сорвалась в экстаз. Ее тело стало сжиматься вокруг его плоти, требуя, чтобы он последовал за ней, — и Ройал напряженно замер. В последнее мгновение перед мощным оргазмом он успел выйти из нее.

Несколько секунд они не двигались, ощущая, как их сердца бьются в такт. Потом Ройал приподнялся и лег рядом, а Лили прижалась к нему. Он поцеловал ее в макушку и нежно прижал к себе.

Наверное, они на какое-то время заснули. Лили проснулась, почувствовав прикосновение его губ к плечу, и ощутила у бедра его плоть, полную желания. На этот раз они любили друг друга неспешно и в их ласках ощущалась отчаянная грусть. Их отношения не могли продолжаться. Это должно было стать концом. Однако эти мысли растаяли в невероятном жаре, и когда Лили достигла вершины, экстаз был таким же мощным, как и раньше.