Месть Змеи - Джоблинг Кертис - Страница 10

Разумеется, Винсент был прав. Грустные мысли и пустые мечтания никогда не смогут затянуть пропасть, разделившую Совет Волка и лорда-кабана. Отсюда очень простой вывод: Дрю должен быть мертв. Иного не дано, поскольку Гектор действительно сделал свой выбор в пользу Льва. И живой Дрю будет теперь для него только помехой. Возможно, роковой. Сейчас Гектору необходима поддержка Лукаса, а чтобы заручиться ею, магистр должен доказать принцу, что он не предатель. Преданность Лукасу – залог будущего для Гектора. Имел ли Гектор право сделать свой выбор в пользу Льва? Магистр считал, что да, поскольку все остальные члены Совета Волка предали его – граф Вега, герцог Берган, граф Микель. Все они уже мертвы. В живых остался лишь один, последний предатель – лорд-олень Манфред.

«Недолго ему еще жить, Гектор, недолго».

Вспомнив о Манфреде, Гектор злобно улыбнулся. С этим старым герцогом он еще разберется. Лорд из Стормдейла, вероятно, думает, что будет в безопасности, укрывшись на севере, за стенами своей крепости в Айсгардене, но ничто не помешает магистру совершить свою месть. Манфред предал Гектора во владениях леди-моржа Слоты – неужели старый Олень вправду надеется, что это сойдет ему с рук? Как бы не так! Да, когда-то Гектор считал герцога своим другом, но не теперь. Совет Волка изжил себя, и входящим в него старым дуракам не место при новом порядке. Война перекраивает карту Лиссии, и Гектор хочет принять в этом самое деятельное участие. И он будет вознагражден за свою преданность Льву, принцу Лукасу, будущему королю Вестланда. Гектор получит все, чего желает, к чему стремится.

Раздавшийся стук в дверь заставил Гектора обернуться.

– Войдите.

Телохранители сразу же побросали свои кости и вскочили, готовые в любой момент приступить к своим прямым обязанностям. Могучий разведчик-угр по кличке Отморозок уже был у двери, стоял, держа руку на рукояти своего меча. Хотя Гектор и его люди считались гостями Крысиного короля, не очень-то они доверяли своим хозяевам. Товарищи Отморозка рассеялись по комнате веером. Отморозок отворил дверь и отступил на шаг назад.

В дверном проеме появилась закутанная в плащ с опущенным на лицо капюшоном фигура Ванмортена, за спиной лорда-канцлера виднелись его вооруженные телохранители.

– Вы хотите видеть лорда Черную Руку? – грубым, как наждак, голосом спросил Отморозок.

– Вам нравится ваша новая кличка, лорд-магистр? – игнорируя телохранителя, поинтересовался Ванмортен.

Гектор пожал плечами, проходя за спинами своих телохранителей.

– Не мое дело – выбирать имя, которым меня называют угры, – сказал он. – Не стану смеяться над ними. Такова уж у них традиция – давать всем клички, лорд-канцлер.

Хотя лицо Ванмортена, как всегда, было спрятано под капюшоном, чтобы скрыть его уродство, Гектор почувствовал, что лорда-крысу разозлило его замечание. Гектор сделал над собой усилие, чтобы скрыть усмешку.

– О, прошу вас, проходите, – произнес Гектор. – К чему церемонии, ведь это, в конце концов, ваш дом.

Ванмортен прошел в комнату, следом за ним вошли его телохранители. Их было десять человек, и они сразу же окружили своего господина со всех сторон.

«Что-то тесновато здесь становится, братец».

– Чему я обязан удовольствием видеть вас? – спросил Гектор.

– Прибыл Ворон.

У лорда-кабана неожиданно пересохло во рту. Репутация лордов-воронов из Райвена была хорошо известна – жестокие, недалекие оборотни-птицы, которых в Лиссии любили не больше, чем Крыс. И так же не доверяли им. Родина самого Гектора, Дейлиленд, находилась в неприятной близости от города Воронов, Райвена, и магистр не мог вспомнить, чтобы когда-нибудь его земляки не опасались своих крылатых соседей.

– Вы все еще доверяете этим птицам доставлять информацию? Идет война, милорд. Вороны – не самое надежное средство связи с передовой, вы не находите?

– Вы не поняли меня, лорд-магистр.

Ванмортен отступил в сторону, и в комнату вошел еще один человек. Это был поджарый парень, ростом не выше Гектора, но по виду – опытный, побывавший во многих переделках боец. Его острый нос постоянно морщился в презрительной усмешке, круглые темные глаза с нескрываемым подозрением смотрели на всех, кроме Ванмортена. На покрытой шрамами голове торчала копна густых черных волос, на лбу волосы выступали треугольником, придавая лицу вошедшего какой-то дьявольский вид. Визитер окинул Гектора беглым взглядом, затем небрежно кивнул ему в знак приветствия.

– Лорд Флинт из Райвена, – сказал лорд-ворон.

Гектор кивнул в ответ и коротко поклонился. Ему достаточно хорошо было известно, что на протяжении многих лет Вороны, наряду с Крысами, служили по всей Лиссии ушами и глазами короля Леопольда. Сейчас, когда старый король умер, а новый ожидал своей коронации, Вороны активно присоединились к силам лордов-котов из Баста, пришедшим на помощь принцу Лукасу сокрушить Волка и его союзников. Нет сомнений в том, что теперь Вороны служили юному Льву столь же ревностно, как и его отцу. Вороны никогда не вступали в бой раньше, чем определялся будущий победитель, и всегда, разумеется, на его стороне. Это позволяло им всегда оставаться в стане победителя, кем бы он ни был.

– Я рад видеть графа Крока в числе наших союзников, – сказал Гектор. – Ваш народ всегда славился своей приверженностью к нейтралитету. То, что вы примкнули к нам, говорит о том, что Вороны почувствовали ту опасность, которая угрожает Лиссии.

Флинт, прищурившись, взглянул на Гектора. Затем обернулся к Ванмортену.

– Если Кабан хочет поговорить со мной один на один, мы можем выйти!

Ворон сделал шаг вперед, но Ванмортен удержал его, схватив за костистое плечо.

– Я уверен, что барон из Редмайра ничуть не хотел обидеть вас, Флинт.

Ворон неохотно отступил назад, нервно сбросил с плеча лежащую на нем руку Ванмортена.

– Чему обязан вашим визитом, милорд? – спросил Гектор, слегка повысив голос. – Что столь важного содержится в вашем послании, если его нельзя было передать напрямую лорду-канцлеру?

«Ну, ты обнаглел, братец. Ты в самом деле никого больше не боишься?».

Это было действительно так. С тех пор как Гектор начал общаться с мертвыми, совершенствоваться в искусстве черной магии, он постепенно превратился из тихого магистра медицины в одно из самых могущественных существ во всей Лиссии. Проснувшаяся жажда власти приводила его в самые разные жуткие места, от мрачного Белого острова в Штормовом море до гробницы лордов-крыс, в которой покоился выбеленный череп Ванкаскана. Гектор обрел уверенность в себе, которой никогда не ведал раньше. В свое время Дрю был первым, кто заставил Гектора поверить в свои силы, теперь он преуспел в этом. Доказал, что способен распоряжаться жизнью и смертью других – Винсенту, Веге, Слоте, Лукасу. Обладая заключенной в его потемневших пальцах черной магией, он чувствовал себя повелителем Вселенной.

– Две новости, – сказал лорд-ворон, продолжая свирепо смотреть на Гектора. – Мы узнали, что Мога охвачена огнем.

– Владение барона Босы? – удивленно переспросил Гектор.

– Есть еще какая-то другая Мога? – с издевкой отозвался Флинт.

– Кто в Лиссии мог напасть на остров лорда-кита? – проговорил Ванмортен.

– Слишком рано утверждать что-либо с уверенностью, но известно, что дюжина кораблей под командованием кракена Гуля, контролировавших порт по приказу принца Лукаса, уничтожена. Бастийские фрегаты, суда присягнувших Льву вестландцев, пиратские корабли с островов Кластер – все они разбиты, сожжены и отправлены на дно в гавани Моги.

– Откуда это стало известно? – спросил Гектор.

– Новости быстро распространяются среди Воронов, – ответил Флинт. – Сам барон Боса исчез, как и многие пиратские суда, считавшие Могу своим домом. Город сгорел, военные склады разграблены, все люди Гуля перебиты. Кракен, само собой, в ярости, его северный флот уничтожен. Кем бы ни были нападавшие, они не дали ему ни единого шанса на спасение.

«Что такое, братец? Кит вступил в игру? Что могло его подвигнуть на такое?»