Гадкий утенок - Шеффилд Синтия - Страница 30

Он понимал, что ни в коем случае не должен допустить подобного с Джоан. Ну а что было бы, если бы это все-таки случилось? Она не подвела бы его ожиданий, но ушла бы разочарованной. И никогда бы уже не стала снова тем другом, в котором он нуждается. А он отчаянно нуждался в ней. Господи, как он в ней нуждался!

Пол схватил лист бумаги и ручку. «Джоан, — написал он, — увидимся в «Синей пальме» в половине восьмого. Пол».

Вздохнув, он положил записку на прикроватный столик. Затем, не в силах удержаться, склонился над Джоан и поцеловал ее снова. Даже сонная, она потянулась навстречу прикосновению его губ. Он позволил себе немного продлить поцелуй. После того, как мы встретимся вечером, я уже больше никогда не прикоснусь к ней, поклялся Пол.

10

Пол сидел за одним из высоких столиков в «Синей пальме». Был час скидок, и смеющиеся флиртующие мужчины и женщины сновали туда и сюда, опустошая буфет и заказывая Маргариту подносами. «Клобучники» называли «Синюю пальму» «Пальмой, под которой разбиваются сердца», поскольку по той или иной причине все приводили сюда своих девушек для окончательного разрыва. Для этого здесь были идеальные условия — людно, шумно, трудно закатить сцену. Пол выбрал этот бар в силу привычки и из трусости. Он не знал, как Джоан отнесется к известию о том, что прошлая ночь была ошибкой, к которой подтолкнули их перевозбужденные тела.

Он и сам не знал, как относиться к этому. Наверное, поэтому и пришел сюда за час до назначенного времени. Ему нужно было разобраться в себе, успокоиться, да, наконец, просто найти слова, которыми он все это скажет Джоан. Пол потягивал пиво, время от времени поглядывая на дверь, и вдруг заметил Боба, пробирающегося к нему между столиков.

— Привет, пропащая душа, — сказал он, взгромоздившись на высокий стул и сделав первый жадный глоток пива.

Пол пробормотал что-то нечленораздельное.

— Что с тобой творится, старина? Ты совсем нас забыл, ведешь отшельническую жизнь и выглядишь так, словно увидел привидение.

— Я не знаю! — огрызнулся Пол.

— Это все из-за девчонки, да? — В глазах Боба светилось искреннее сочувствие. Он хлопнул его по плечу. — Во что она вляпалась на этот раз?

Пол, отчаявшись разобраться в этом нагромождении нелепостей самостоятельно, чувствовал, как плотина в его душе постепенно подается, и из нее выпадает один камень, другой...

— Речь не о том, во что вляпалась она, а о том, во что вляпался я. Или не вляпался. Я... — Пол зарычал от бессилия. — Я переспал с ней!

Боб посмотрел на него и кивнул.

— Как будто это кого-то шокирует.

Пол заморгал. Неужели друг не понимает?

— Я сказал, что с-п-а-л с ней.

— Ну и что? Джоан очень красивая, — сказал Боб, печально улыбаясь. — Я и сам порой позволял себе помечтать... Но она... как бы это сказать, твоя близкая подруга. Я хочу сказать, что мы все близкие друзья, но эта женщина близка тебе душевно. Так что тебе и карты в руки. — Он пожал плечами. — Так в чем твои проблемы?

Пол молчал.

— Ты ведь сказал, что любишь ее, да?

Молчание.

— Ты ведь любишь ее, верно? — Боб отчетливо выговаривал каждое слово, как будто втолковывая что-то неразумному ребенку. — Я дам тебе пинка, если ты думаешь, что это не так, потому что никому не позволено оскорблять нашу девочку. И меньше всех — идиоту, который не способен разглядеть правду, просто бросающуюся в глаза.

— Я сам не знаю, что думаю, — проскрежетал Пол. — Знаю только, что заключил глупое пари, и все вдруг стало другим. Она, конечно, осталась Джоан, и мы все это время проводили вместе, как и обычно... А потом что-то изменилось. Я делал все мыслимое, для того чтобы Мы оставались просто друзьями, — убеждал он скорее себя, чем Боба, — но это случилось. Я не смог справиться с собой.

Боб вздохнул.

— Я предчувствую какую-то глупость. И что ты сделал?

— Я намерен остановить это, пока не стало еще хуже, — сказал Пол, закрывая глаза. — Я считал, что смогу пресечь все вовремя и не разрушить нашей дружбы, но, по-видимому, уже опоздал. Ума не приложу, что делать. — Он открыл глаза и посмотрел на Боба. — После нашего сегодняшнего разговора случится именно то, что я старался предотвратить. Я не знаю, как буду без нее жить.

— Пол, мы ведь с тобой как братья, верно? Так что позволь сказать тебе от всего сердца. — Боб положил тяжелую руку ему на плечо. — Ты — придурок недоделанный.

Пол заморгал.

— Прости?

— Ты слышал меня. Ты влюблен, старина. Пол с минуту обдумывал его слова.

— Я в это не верю, — медленно произнес он, хотя правда уже забрезжила перед ним. — Даже если и так... это не поможет. Я не приспособлен для серьезных отношений. Они всегда кончались у меня крахом.

— Те, другие женщины, в которых, как тебе казалось, ты был влюблен... Все это была ерунда. Ты не любил их. Вожделение, склонность к драматизированию — все, что угодно, только не любовь.

— Я ведь старался как мог. Но ничего не получалось. И я взял себе за правило: друзья превыше всех обязательств.

— А знаешь почему? — Темные глаза Боба сверлили Пола. — Потому что у тебя всегда была Джоан. Ей первой ты звонил, когда очередная женщина, в которую ты был «влюблен» оказывалась не на высоте. Если у тебя возникали проблемы, или случалось что-то хорошее, или если она нуждалась в тебе, вы спешили друг к другу независимо от того, с кем встречались. Им принадлежало твое тело, но душой ты всегда был с Джоан.

Пол хотел что-то сказать, но передумал.

— На этот раз у тебя появился шанс получить все сразу — друга, жену, семью. А ты испугался. — Боб покачал головой. — Ты боишься испортить самую важную дружбу в своей жизни и потерять Джоан? А что получится в результате этого разговора?

Пол вздохнул.

— Испорчу все и потеряю ее.

— Именно. И как ты думаешь, что все это означает?

Пол невидящим взглядом смотрел на переполненный шумный зал. Он никогда не хотел бы видеть Джоан с другим мужчиной. Ему было отвратительно все то время, которое он проводил без нее. Ему нужны были ее улыбка, ее насмешки и более всего — ее любовь.

— Это означает, что я люблю Джоан и должен что-то с этим делать.

— Столько времени вместе — и ты только теперь это понял. — Боб вздохнул. — Именно такие вещи и убеждают женщин в том, что мы, мужчины, идиоты. — Он засунул руку во внутренний карман пиджака и достал газету. — Кстати, я ведь не случайно оказался здесь. Хотел позлорадствовать по поводу проигранного пари. — Он расправил перед Полом сложенные листы.

— Женится ли Сид Нелсон на «леди в красном»? — прочел Пол под цветной фотографией Джоан и Сида, сделанной, очевидно, когда они уходили с приема у миссис Спэрроу.

Пол в растерянности поднял взгляд и в этот момент увидел стоящую в дверях Джоан.

— Давай, старик. Скажи ей все то, что говорил мне. Еще не поздно, — проследив за его взглядом, быстро произнес Боб, прежде чем вскочить со стула и исчезнуть в толпе.

Пол не отрывал глаз от Джоан. На ней было маленькое черное платье с едва заметными бретельками, мягко поблескивающее и словно притягивающее к себе весь скудный свет, который мерцал в баре. Оно льнуло к ней, словно любовник, и подчеркивало изящные формы. Волосы были собраны в свободный узел на затылке, и часть прядей обрамляла лицо, как рама — произведение искусства. Зеленовато-карие глаза казались огромными. Она была похожа на богиню. Темная помада глубокого, сочного оттенка притягивала взгляд к улыбающемуся и зовущему к поцелуям подвижному рту.

Пол с трудом отвел глаза. О Боже!

Джоан заметила его, помахала рукой, и ее улыбка стала на порядок чувственнее. Она направилась к нему. Она была на высоких каблуках, и ее бедра покачивались в гипнотическом ритме.

— Привет, Джоан, — хрипло произнес Пол, наклоняясь вперед, чтобы она услышала его сквозь громкое гудение толпы.

— Привет, — с придыханием сказала она и придвинулась, чтобы поцеловать. В этот момент ее взгляд упал на газету. Глаза на мгновение расширились, а потом она залилась тихим смехом. — А меня-то удивило мрачное выражение твоего лица. Когда я видела тебя накануне, оно выражало совсем другое...