Исток - Московкина Анна - Страница 48

6

Колеса повозки на одну четверть увязли в жидкой грязи. Возница остановился, придержал повод.

— Приехали. Вона ваша корчма. Слазьте.

— Прямо здесь? — Мужчина выглянул из купола повозки, посмотрел под колеса.

— Агась! Вылазь, давай.

Седок презрительно фыркнул, выкинул вперед узловатую руку. Грязь волной отхлынула в стороны, обнажив щербатую мостовую. Возница уважительно присвистнул. Мужчина спрыгнул на землю, протянул вознице корону.

— Сдачи не надо. Сундук сейчас заберут.

— Благодарю, милсдарь. — Милсдарь снова издал малопонятный звук.

В корчме его ждали, загодя заказанная комната была готова. Расстелена постель, вместо грязного набитого соломой топчана мохнатым облаком лежала мягкая перина. Служки втащили сундук. Мальчишка долил кипятка в приготовленную бадью. Посетитель разделся, с удовольствием погрузился в горячую воду.

В дверь деликатно постучали.

— Можно, — протянул мужчина, лениво переложив ногу на край.

— Господин? Я не помешала? — Он посмотрел в темные глаза вошедшей женщины. Она была очень высокой, на поясе висел меч.

— Нет, что ты. Я как раз тебя ждал. Что скажешь?

— Можно попробовать выманить ее.

— Ты познакомилась с ней?

— Нет, господин.

— Познакомься. Слушай внимательно, сударыня.

Я всунула ноги в меховые тапки за мгновение до того как услышала отчетливый стук в дверь. А проснулась еще раньше. Ни звериным чутьем, ни слухом я не обладала. Что же меня разбудило?

Резкий толчок, как в воде… В какой-то миг тебя просто выбрасывает на поверхность за вздохом, за лучами солнца, которые маняще просвечивают через толщу воды.

И пошла смотреть. В соседней комнате раздавалось хриплое дыхание. Колдун спал.

— Кто там? — Рукоять меча легла в ладонь.

— Это Жарка.

— Так поздно? Ты одна?

— Не совсем.

Я все-таки распахнула дверь. За спиной девушки стоял мужчина. Эльф. Обычный эльф, неестественно красивый, высокий, худой, с миндалевидными горящими кошачьей зеленью глазами. Через плечо у эльфа была перекинута длинная золотая коса. Дорожная куртка из черной кожи в пыли, высокие сапоги изгвазданы грязью. Эльф сделал шаг вперед, качнулся короткий клинок на поясе слева, справа на нем умещался ряд метательных ножей. Над плечом у эльфа торчала рукоять еще одного меча.

Я перехватила меч, но доставать из ножен не торопилась.

— Так и будем стоять? — спросил эльф.

Жарка глянула на него исподлобья, взгляд у полукровки был виноватый. Как у напакостившей кошки. Эльф вышел вперед, прикрывая девушку собой.

Я наклонила голову:

— Не хочешь нас познакомить?

— А что знакомить, — ответил за нее эльф. Голос у эльфа оказался мягкий, обволакивающий. — По-моему, ты догадалась. Или я неправильно трактую этот меч в твоей руке, Айрин?

— Глава карателей? — на всякий случай уточнила я.

— Карателей! — презрительно фыркнул он. — Ордена Белого Меча. Карателями называете нас вы.

— Люди?

— Велмане.

— И зачем пришли, господин глава ордена? Решили довершить дело, начатое вашей подчиненной. Что, влетело за проваленное задание?

Жарка за спиной эльфа крякнула.

— Айрин. Пропусти меня. Долго еще прикажешь на крыльце стоять?

— Постоишь. До утра.

— Сыро, холодно… зима скоро, — поежился каратель.

— Велор… может, правда утром придем? — предложила полукровка.

Эльф ее проигнорировал.

— Я пришел поговорить.

— Неужто? А я думаю, зачем люди посреди ночи приходят. Дай-ка им хлеб — соль вынесу!

— Что-то хлеб у тебя черствоватый.

— А какой еще выносить наемному убийце?

— Какие-то предрассудки?

Мы стояли в дверях как два быка — лоб на лоб, не хватало только рогов для полной правдоподобности. Жарка невинно ковыряла кинжальчиком крылечный столб. На столбе очень реалистично появились две хари с вытаращенными глазами, от обеих харь расходилось по венику — видимо, коса. Теперь и умирать было не страшно, прижизненный памятник уже имеется.

— Уходи!

— Не уйду.

— Уходи. — Говоря по правде, при желании убийца давно мог меня вышвырнуть сам, схватив за шкирку. Он не начинал никаких боевых действий, но какое-то чувство намекало, что драться он не хочет, и только поэтому я еще жива.

— Я вижу, тебя хорошо принимают. — Майорин отодвинул меня в сторону.

— Но…

— К любому снадобью привыкаешь. Чем больше привыкание, тем меньше эффект, — объяснил колдун мое недоумение.

— Она пыталась тебя отравить? — удивился эльф.

— Усыпить, — поправила я. — И только для его же блага.

Майорин вышел на крыльцо.

— Куда?! — Я ухватила его за рукав, но колдун вырвал руку.

Высоко поднятый меч со страшным присвистом понесся на убийцу. Тот даже не подумал отклониться, просто вскинул руку, сталь мелодично столкнулась со сталью. Рукав куртки раскрылся, выпуская оттуда короткое, немного изогнутое лезвие. Вторая рука светлокосого взметнулась с тонким мечом односторонней заточки, колдун парировал заклинанием. А потом они сменили темп. Майорин рубился яростно и скоро, не переступая грани чувств. Его, казалось, эмоциональные атаки были только сложной тактической системой. Хотя разозленный колдун был еще страшнее. Он не думал о мече и магии как о взаимозаменяемых вещах, равноценно вплетая и то и другое в рисунок боя. Убийца был сильнее, много сильнее. И колдуна спасала только магия. Светлокосый менял оружие, разбитое или сплавленное колдуном, доставая из закромов бесконечные ножи, кинжалы, мечи, метательные звезды. Достал даже какое-то безобразие на цепочке, помахал, но выкинул уже оплавленные. Колдун покачнулся, повел рукой, будто отгоняя назойливую муху. Эльфу хватило…

— Майорин! — Экзотическое оружие Велора снова сменилось мечом, который несся к шее колдуна.

Я ничего не успею сделать. Только закричать.

Меч остановился на расстоянии ладони от шеи.

— Ты убит! — радостно сообщил эльф и протянул колдуну руку.

— Тебе повезло, а то стыдно быть главе карателей побежденным простым колдуном два раза подряд.

— Не настолько ты прост, чтобы мне было стыдно, — пространно протянул убийца. — Хотя бесовски приятно.

Мужчины обнялись, потом заметили наши вытянувшиеся физиономии и заржали. Я плюнула на все: утром выспрошу, и отправилась к себе — досыпать. Вернее попыталась. Колдун отловил меня на пороге комнаты и потянул в кухню.

— Я ждал, когда мы соберемся вместе. Чтобы по нескольку раз одно и то же не рассказывать. Когда я получил сообщение от Велора, решил, что расскажу все тебе с его приездом.

— Чуть не окочурившись накануне, — не смогла я промолчать.

— Да.

— А что за сообщение?

— Жарка.

— Я «сообщение». — Девушка зевнула. — Кошмар! Вы два ублюдка!

— Это точно, — согласилась я.

Два ублюдка явили миру четыре ряда ровных зубов. А убийца еще и косой кокетливо помахал. За которую я и дернула. Не со злости — для проверки. Дернула я сильно. Вдруг все-таки фальшивая? Велор взвыл и попытался отомстить мне тем же, но было поздно, я уже спряталась за Майорина, который ехидно сообщил:

— Она настоящая, Айрин, более того — она очень ему дорога. В их клане длина волос соответствует рангу, а срезать косу считается тяжким оскорблением и карается смертью.

— Вот поэтому ты официально до сих пор и числишься в моих врагах.

— Ты отрезал ему косу?

— Только пару прядей. За них я чуть не лишился головы.

— А ты попробуй по утрам каждый раз убирать ее так, чтобы никто не заметил.

— Что я, девчонка, из-за косицы страдать.

— Рассказывай, давай, хватит нам зубы заговаривать.

Но сперва мы усадили гостей за стол, я наполнила кружки, выставила хлеб.

— Охотятся они за Айрин, я им мешаю, — начал колдун, тоже ухватив кусочек, хотя накануне умял две порции Ловшиной стряпни. — Так что убрать меня это только один из ходов.

— А она им зачем? — спросила Жарка.