Ключ от радуги - Ниоткудина Алинна - Страница 101

Дедушка Сора подавился взваром и закашлялся. Он долго кашлял и вытирал слезы.

— А больше Вам, юноша, ничего не надо? Например, Мураны с неба? Или еще чего?

— Нет, больше ничего.

— Ну, хоть это хорошо, — старик положил в рот кусочек сладости и задумался. — И надо так понимать, что пока Вы не попадете туда, вы не успокоитесь?

— Да.

— А зачем вам в Храм? Только не говорите, что уверовали в Единого, и хотите совершить жертвоприношение, все равно не поверю.

— Мне не хотелось бы разглашать причину моего интереса, но поверьте, что она невероятно важна для меня. И я войду в Храм в Огненной Долине, так или иначе.

В разговоре наступила тягостная пауза.

— Хорошо, я помогу Вам, но при условии, что Вы будете делать все в точности так, как я Вам скажу. Я хотел бы пояснить, почему я Вам помогаю… Если я этого не сделаю, и вы со слугой поедете к Храму самостоятельно, то без необходимых бумаг вас быстро поймают. Вам не поможет ни маскарад, ни знание языка, ни магия, а когда это произойдет, власти быстро выяснят, кто вы и как попали в Халифат, и у моей семьи будут неприятности. Большие неприятности. Поверьте мне, так и будет, я всю жизнь здесь живу. Я могу по пальцам одной руки пересчитать все известные мне случаи, когда иностранцы ездили по Халифату дальше нашего городка и оставались после этого живыми, но здоровыми — ни разу.

— Я все понял.

— Ну, раз понял, то иди, отдыхай. Завтра рано вставать, после святилища на базар пойдем. Надеюсь, у тебя есть с собой образцы товара, которым ты надеешься тут торговать?

— Да, конечно есть.

— Твой … э-эмм… «слуга» пусть сидит в комнате и носа оттуда не высовывает. На мальчика она, конечно, похожа, но только издалека. Я завтра пришлю к ней Кариму, она поможет ей загримироваться и одеться так, чтобы она и вблизи походила на мальчика. Иди, на рассвете тебя разбудят.

Первый день пребывания Одрика в Халифате в пограничном торговом городке Кириене, прошел очень суетно. Его разбудили на рассвете и после легкого завтрака все мужчины дружно отправились сопровождать молодых к святилищу Единого, а женщины по традиции должны были готовить встречу дома. Родственница хозяина Амишта со служанками собрала Маари как подобает невесте на халифатской свадьбе: в красное с золотом. Глава Рода, чтобы соблюсти традиции, благословил молодых и возложил на их головы золотые ободки со свисающим на лоб украшением в виде капли — бинди. После этого и остальные сопровождающие в храм повязали шнурки с бинди, только скромнее, из черного вулканического стекла, а у рабов деревянные.

«Чего это они на себя понавешали? «

«Бинди — чтобы было видно, кто ты есть. В будни можно их не носить, а на праздник, на прием или в храм — обязательно. Вон смотри, хозяин идет, сейчас и ты в лоб получишь…».

— А ты у нас какой цвет предпочитаешь? — спросил Одрика Залман, — Ты друг жениха и войдешь с ним в святилище, так что выбирай. Черный не для тебя, ты у нас из благородных, золотой — тоже, это для жениха с невестой. Так какой?

— Наверное…, красный, — назвал Одрик глядя на Торкану, которая не могла пойти с ним.

— Ну, ты хватил! Красный — цвет семьи Каддалоров, надо быть кровным родственником, чтобы носить рубиновую каплю.

— Тогда белый.

— Вы посмотрите на него! Белый положен самому халифу, да продлит Единый его годы в добром здравии. Только у солнцеподобного Алишера на челе сверкает алмаз. Ты же маг, какой ты по патенту? Белых патентов не бывает.

— У меня голубой.

— Вот и славно, бирюза у меня есть. Получи, — и вручил магу подвеску на шнурке.

Восточные традиции, восточные славословия, чтобы все не хуже чем у людей, подразумевай — у соседей. Сор с Маари после святилища должны были в открытой повозке проехать по всей Кириене, всем надо было показать, какой у Залмана ин-Хаджара наследник.

А сам купец заспешил на местный базар, и похвастаться, и приятелей на сегодняшний ужин пригласить. Как понял Одрик, в Халифате было не принято держать лавки в жилых домах. Здесь дом был только домом, а вся торговля была на чуть удаленном от города базаре, где каждый уважающий себя купец держал лавку или, по крайней мере, шатер. А если и шатра не было, то торговали с телег, раскладывали товар на ковре или просто ходили, нося на шее лоток с разной мелочью.

Торговали на базаре только мужчины, но больше половины покупателей были женщинами. Они важно ходили по базару всегда в сопровождении служанок или слуг-евнухов, которые носили за ними корзинки с покупками, помогали открывать тяжелые двери лавок и охраняли своих хозяек от многочисленных малолетних воришек, хищные стайки которых тут и там носились по базару.

У Залмана и его семьи на базаре была большая лавка, комната с прилавками, пестревшими разными товарами, а за ней большой склад. Пока хозяин давал указания приказчикам и переговаривался с приказчиками, Одрик в сопровождении выделенного ему вооруженного телохранителя, бродил по базару. Дабы создать видимость торговой деятельности он зашел в пару лавок специализирующихся на разных магических штучках. К его удивлению захваченные им с собой бутылочки со снами стандартных тем про любовь, путешествия и с купанием в куче золотых монет оказались очень даже востребованы. Их тут же купили, причем по очень хорошей цене, а книгу с каталогом снов буквально вырвал себе один из купцов, торгующий с Тадж-Ярудом столицей Халифата. Он предложил за будущие поставки столь хорошую цену, что Одрик подумал, что он раньше продавал сны слишком дешево и надо будет взять это на заметку. Вдруг когда понадобятся деньги? Тогда можно будет наделать снов по каталогу и продать в Халифат. И цены в Караваче тоже, пожалуй, стоило бы поднять. Он даже согласился взять вечером список с заказанными по каталогу снами с нужным купцу количеством и подумать о расширении каталога разными халифскими сказками.

«Вот, я ж тебе говорил, что ты себя низко ценишь», — дребезжал у него в голове Учитель, с невероятной скоростью подсчитавший сколько заработал его ученик на одном флакончике, с учетом затрат на изготовление бутылочки, время потраченное на создание сонного плетения и доставку из Каравача. И сколько он сможет на этом заработать, если бутылочки заказать у гномов, а доставку возьмет на себя семья Сора.

А стеклянные шарики Одрика, которые попав в горячую воду выпускали в клубящийся пар стайку бабочек, вызвали у случайно увидевшего это чудо того же купца такую бурю восторга, что он заявил:

— Куплю все такие шарики, что привезете и что есть сейчас. ВСЕ!! Это ж какая замечательная игрушка! А можно ли их подзаряжать?

— Да, конечно, как любое стандартное плетение в любом амулете.

— А в такие шарики можно только бабочек? Или что-нибудь другое?

— Да, в принципе можно любой сон из каталога… Да вообще любой сон!

— Ш-ш-ш… Молчите! — купец оглянулся по сторонам и зашептал Одрику в ухо. — Молодой человек! Это же золотая жила!! Вы хоть представляете себе, СКОЛЬКО можно на этом заработать?

— Нет. Мне это как-то в голову не приходило.

— Эх, молодой человек, молодой человек… Если вы когда-нибудь захотите стать неприлично богатым, то приходите ко мне. Мы с вами не просто договоримся о купле-продаже вашего товара, а заключим НАСТОЯЩЕЕ СОГЛАШЕНИЕ О ПАРТНЕРСТВЕ, причем мне хватит и четверти прибыли. И через десяток лет, вы сможете купить на корню и весь Халифат, и весь этот ваш Союз, причем, вместе с эльфами и орками.

— Я подумаю о вашем предложении, — вполне серьезно пообещал Одрик.

«Какие перспективы!! Какие перспективы!!! Чтоб меня шур-фург пометил! Слушай, а зачем тебе учиться белой магии? Это даже смертельно опасно, и спасибо все равно никто не скажет. Может, бросишь, ты эту учебу? И мне проще будет… Займешься торговлей, станешь важным, толстым и неприлично богатым, а я у тебя буду прибыли считать. А то учишь его, учишь, а тут ТАКИЕ ДЕНЬЖИЩИ предлагают. И затраты-то всего…», — дальше Одрик слушать не стал.

К вечеру усталый, так словно он весь день рубил дрова и таскал воду, маг вернулся в гостеприимный дом, где присоединился к праздничному ужину вместе с Сором и другими мужчинами. Войдя в выделенную ему комнату, он не поверил своим глазам. В комнате вместо Кани сидел и с аппетитом уплетал виноград рыжий кучерявый и конопатый мальчишка.