Выйти замуж за маркиза - Грассо Патриция - Страница 54

Росс кивнул, достал из кармана лист бумаги и положил его на стол перед Блейком.

— Отец написал имена всех, кто имел доступ к Геркулесу.

— Почему вписаны Стэнли? — удивился Александр, внимательно прочитав список.

— Дирк и Чад приемные сыновья моего отца. Полагаю, они фигурируют здесь из осторожности.

— Разве они не владеют чистокровными лошадьми?

— Император участвовал в Эпсоме, но финишировал вторым, после Тора Инверари.

— Давай рассмотрим всю цепочку событий, — предложил Александр. — За две недели до «Крейвена» кто-то убил жокея Инверари.

— Вечером того дня, когда Пегги выиграла «Крейвен», кто-то проник в конюшню Инверари, — продолжил Росс, — и кто-то опоил Блейз перед «Первой весной».

— А смерть Пегги?

— Смерть Пег — несчастный случай, — ответил Росс. — Она сломала оба колена.

— Мог кто-то устроить что-нибудь, чтобы вызвать перелом колен?

Александр глотнул виски.

— Бобби Бендер лучший в своем деле, — покачал головой Росс. — Он осмотрел ее перед тем, как застрелить, и обнаружил бы следы преступления.

— Геркулес умер, когда твой отец перевозил лошадь из Ньюмаркета в Эпсом-Дауне.

— Кто-то накормил Геркулеса отравленной морковью.

— Как распределились места в Эпсоме?

— Победил Тор Инверари, принадлежащий Стэнли Император был вторым, а Аякс Уэйкфилда — третьим.

— Твой список третий, который я получил, — сказал ему Александр. — Рейвен уверена, что преступник присутствовал на балу «Жокей-клуба» и у тебя на свадьбе. Она дала мне списки гостей и предложила сравнить их.

— Откуда она знает?

Александр закатил глаза.

— Рейвен знает, потому что знает.

— Что ты этим хочешь сказать?

— Я подарил Рейвен обручальное кольцо с необычным звездообразным рубином, — ответил Александр. — Легенда гласит, что звездный рубин становится кроваво-красным, если его владельцу грозит опасность. По-видимому, рубин темнел во время бала «Жокей-клуба» и на твоей свадьбе.

— Черт, сестра такая же сумасшедшая, как и моя жена… не собираюсь никого оскорблять. Ты веришь в подобные вещи?

— Я научился ни от чего не отмахиваться, — пожал плечами Александр Блейк.

— Где же ты этому научился?

— Констебль Блэк верит во все, что помогает раскрыть преступление, — сказал ему Александр. — Он не высмеивает фокус-покус Рейвен.

— Прости, что украл ваши свадебные приготовления, — сказал Росс. — Сегодня вы были бы уже женаты, если бы Блейз и я не воспользовались ими.

— Вы больше в этом нуждались, но я рассердился на Рейвен за то, что она предложила это, не посоветовавшись со мной. Я отказался назначить другую дату свадьбы, а теперь расплачиваюсь за это.

— Тому, кто придумал назвать женщин слабым полом, следовало бы хорошенько надрать задницу.

— Ты попал в самую точку, — рассмеялся Александр и, убрав список в карман, сказал: — Сегодня вечером мы с констеблем сравним эти три списка и завтра принесем их к Инверари.

— Тогда до завтра.

Росс поднялся, пожал ему руку, а уже через тридцать минут вышел из экипажа перед Макартур-Хаусом.

Он надеялся, что ни его мачеха, ни скука не доставили его жене чересчур сильных страданий. Блейз не была особо уравновешенным человеком, она предпочитала действовать, несмотря на то что ее положение требовало более спокойного отношения к жизни.

Нуга и леденцы на палочке должны сгладить для него дорогу. Однако жаль, что его жена не любительница мехов и драгоценностей, как его мачеха, подумал Росс.

— Добро пожаловать домой, милорд, — встретил его Доджер.

— Спасибо, Доджер.

С пакетом в руке Росс направился через холл к лестнице.

— Леди Макартур нет дома, если вы надеетесь найти ее наверху, — доложил дворецкий.

Очевидно, Росс напрасно беспокоился, его жена сама о себе позаботилась.

— Леди Макартур не сказала, куда отправляется? — вернувшись, спросил он.

— Леди Макартур сказала, что едет в Инверари-Хаус, — ответил Доджер, — и что она забрала вашу дочь.

Сообщение звучало так, словно жена оставила его, хотя утром она была в хорошем настроении.

— Что-то случилось сегодня днем?

Росс нахмурился.

— За ленчем леди Макартур и ее светлость обменялись неприятными словами, — кивнул Доджер.

— Вы, случайно, не слышали этих неприятных слов?

— Ее светлость назвала Кайру дочерью горничной, а леди Макартур пригрозила ее светлости, — сообщил Доджер. — В конечном счете леди Макартур собрала вещи и уехала в Инверари-Хаус.

— Спасибо, Доджер.

Росс не настолько доверял себе, чтобы пойти поговорить с Селестой. Он вышел за дверь и стоял во дворе, пока его гнев не улегся.

Его отцу не следовало жениться на карабкающейся вверх по социальной лестнице ведьме. Росс понимал, что отцу было одиноко после несчастного случая с матерью, но…

Росс знал, что огромная часть вины лежит на нем самом, ему следовало настоять, чтобы Селеста проявляла больше уважения к его дочери и покойной жене.

Избавить Кайру от общения с ведьмой было легче, чем устраивать противоборство и беспорядок в семье. Но сейчас, решил Росс, он займется Селестой, а потом заберет жену и дочь.

Росс вошел в холл и обратился к Доджеру:

— Ее светлость дома?

— Да, милорд.

Оставив пакет на столе в холле, Росс поднялся по лестнице на второй этаж и прошел по коридору к гостиной, но прежде, чем войти, на мгновение замер. Он надеялся, что отец не станет защищать ведьму, потому что меньше всего на свете ему хотелось ссориться с отцом.

Росс вошел в гостиную и набросился на мачеху, которая, сидя у окна, смотрела в сад, в то время как его отец работал за письменным столом в противоположном конце комнаты.

— Как вы посмели проявить такое неуважение к Блейз и Кайре? — без предисловий выпалил он.

— Это твоя жена была неуважительна ко мне, — заявила Селеста. — Она угрожала мне этой страшной собакой.

— Блейз никогда не станет никому угрожать, если ее не спровоцируют. — Росс заметил, что к ним подходит отец. — Вы назвали Кайру дочерью горничной.

— Она и есть дочь горничной.

— А вы дочь священника, — парировал Росс. — У моей жены и у моей дочери кровь аристократов, а у вас, мадам, ее нет.

— Что случилось, сын?

— Селеста свела в могилу Дженет, — ответил Росс, глядя на отца. — И с тех пор она грубо обращается с Кайрой. Чтобы защитить дочь, я избавил твою жену от присутствия Кайры, хотя мне следовало избавить свою дочь от присутствия твоей жены.

— Почему ты никогда не говорил мне об этом?

— Джеймс, не можешь же ты поверить, что я…

— Помолчи, Селеста.

— Но…

— Закрой рот, или я его заткну.

— Я никогда не заговаривал об этом, потому что не хотел создавать в семье раздоры, — ответил ему Росс. — Сегодня за ленчем твоя жена назвала Кайру дочерью горничной. Блейз собрала их вещи и переехала в Инверари-Хаус, чтобы спасти мою дочь — твою внучку.

— Это решает проблему. — Селеста взглянула на мужа. — Они могут оставаться там, пока мы не уедем из Ньюмаркета.

— У Блейз и Кайры больше прав жить здесь, чем у тебя, — сказал ей герцог.

— Я твоя жена…

— У Кайры моя кровь, а Блейз носит моего наследника.

— Все было спокойно, пока ты не женился на незаконнорожденной Фламбо, — бросила Селеста Россу.

— Не искушай меня отправить тебя в «Роли-Лодж» и подать на развод, — предостерег ее герцог.

— Ты не сможешь получить развод, у тебя нет для этого оснований, — возразила Селеста.

— Ты глупа, если уверена в этом. Богатый человек может купить основания для развода, и Магнус Кэмпбелл использует свое влияние, чтобы убедить судей дать согласие на развод.

— Росс должен был жениться на Аманде, и тогда все было бы хорошо, — заявила Селеста.

— Я женился на женщине, которую люблю, — сказал Росс и повернулся, чтобы уйти. — Я привезу свою семью домой, и вы будете относиться к ним с уважением.

— Селеста, твоя жестокость к пятилетней девочке ранит меня, я сожалею, что женился на тебе, — признался герцог.