Девушка по имени Судьба - Гланк Гуиллермо - Страница 45

Сейчас, сидя за обедом с отцом и Гонсало Линчем, он позволил себе реплику в ответ на рассуждения гостя о том, что землевладельцы чересчур консервативны в восприятии новых юридических законов.

— Я согласен с вами, — сказал он, — что люди, занятые; обработкой земли, не в состоянии поспевать за правовыми и политическими изменениями. Но было бы ошибкой не считаться с тем огромным влиянием, которое имеют землевладельцы в провинции. Фактически они выступают от имени своих управляющих, пастухов и батраков.

— Но кого может интересовать мнение пастуха! — скептически заметил Сантьяго.

— Именно это я и считаю ошибкой, — повторил Мариано. — Землевладелец располагает доверием крестьян, и если умело использовать его влияние, то любую правительственную реформу можно внедрить, в провинции гораздо легче и быстрее, нежели это делается сейчас.

— А что, мне нравится, как ты мыслишь! — сказал Гонсало— Не хотел бы применить свои методы на практике? В моем новом имении.

— Это заманчивое и очень ответственное предложение, — неопределенно ответил Мариано.

— Разумеется, — согласился Гонсало. — Но я в тебя почему-то верю, ты справишься. Жду тебя завтра у себя дома для более конкретной беседы.

На следующий день Мариано отправился к Линчу. Дверь ему открыла приятная симпатичная девушка, которую он принял за Лусию.

— Нет, я — двоюродная сестра Лусии, Камила, — пояснила она.

— Рад с вами познакомиться, — улыбнулся Мариано.

Камила проводила его в кабинет Гонсало, куда Мариано вошел с явной неохотой, — ему хотелось еще пообщаться с этой милой девушкой.

Гонсало рассказал гостю историю «Эсперансы», попросив для начала порыться в государственном архиве и выяснить, нет ли там каких-то документов, хотя бы косвенно подтверждающих право Асунсьон на владение имением.

Затем он представил Мариано членам своей семьи, не подозревая, какое смятение вызовет фамилия гостя в душах Марии и Виктории.

— Ты слышала? Хименес! — взволнованно молвила Виктория, отозвав сестру в сторону. — И, по-моему, он похож на того Хименеса, что мы знали. Тебе не кажется?

— Да, сходство есть, — согласилась Мария. — Я и сама сразу же вспомнила капрала… Но мало ли на свете Хименесов?..

Она была знакома с Сантьяго, знала, что он воспитывает приемного сына, но Гонсало никогда не рассказывал ей, как этот мальчик попал к его Другу.

Журналиста Пабло Сандоваля, которому мисс Паркер хотела отдать рукописи Катриэля, в редакции не оказалось. Сеньор Чавес, главный редактор, сказал мисс Паркер, что Пабло уехал на несколько дней по семейным обстоятельствам.

Разумеется, он не знал, что Пабло в это время навещал не родителей, а Рамона Мартинеса — владельца оружейной мастерской и небольшой гостиницы.

— Ваш сын был моим другом и соратником, — сказал Пабло Мартинесу. — Я привез вам его вещи… Знаю, что у него не было от вас секретов, поэтому буду откровенен: мы намерены отомстить за гибель Рамонсито и других наших товарищей. А вы, надеюсь, поможете нам оружием.

Далее он рассказал, что они готовят покушение на губернатора, и Мартинес попытался отговорить его, боясь за жизнь этого парня, но не смог.

— Что ж, — сказал он. — Вижу, вы уже не свернете с однажды избранного пути. Таким же был и мой Рамонсито… Я помогу вам.

Он познакомил гостя с Энрике и Росаурой не скрывая, зачем пожаловал сюда Пабло.

Росаура приготовила ужин а Энрике поднял бокал в честь новых друзей, пожелав Пабло и его товарищам удачи.

Вернувшись в Санта-Марию, Пабло сам разыскал мисс Паркер: известить о подготовке покушения.

Рассказы Катриэля он прочитал в тот же день, они ему понравились, и теперь оставалось только дождаться решения главного редактора.

Катриэль, несколько воспрянув духом, принялся за новый рассказ, в героине которого легко можно было узнать Милагрос, а в герое — самого автора. Герои любили друг друга, уверенно преодолевая все препятствия, встающие на их пути.

Но то, что так легко удавалось Катриэлю на бумаге, было неосуществимо в жизни. Милагрос его словно и не замечала, занятая своими делами. Правда, у Катриэля появился неожиданный союзник — Хуансито. Невесть как учуявший своим детским сердцем, что индеец влюблен в его сестру, мальчик однажды сказал Милагрос в присутствии Катриэля:

— Ты только не обижайся, но мне не нравится твой офицер. И если тебе нужен настоящий друг, то выбери Катриэля! Он очень хороший!

Катриэль смутился, а Милагрос ответила просто:

— Я знаю, что Катриэль — надежный друг. И очень ценю его за это.

Но после представления вновь ушла гулять с Августо и неотступно следовавшей за ними Хуаной.

Бородатая нянька была, конечно, серьезной помехой для Августо. Но и в таких, стесненных, условиях он улучил подходящий момент и сказал Милагрос, что не мыслит без нее своей жизни.

Милагрос растерялась, и Августо, воспользовавшись ее замешательством, попытался закрепить успех, заговорив еще более горячо и страстно:

— Возможно, вам кажется, что я слишком поторопился с признанием в любви, но я — солдат, постоянно рискую жизнью и не хочу умереть, не увидев вас счастливой! Так что простите мне мою откровенность. Я безумно вас люблю и боюсь потерять. Мы должны все решить до вашего отъезда из Санта-Марии.

Такой напор совсем обескуражил Милагрос, она не знала, что ответить Августо, в искренность которого верила, и наконец решила тоже быть с ним откровенной.

— Это я должна просить у вас прощения, — сказала она, потупив взор. — Я согласилась проводить с вами время только потому, что ко мне пристает один человек. Понимаете? Я надеялась таким образом дать ему понять, что он не может рассчитывать на взаимность.

— Кто он? Я сам с ним поговорю!

— Нет! — испугалась Милагрос. — Вы только вызовете его гнев. Простите, я не должна была с вами встречаться. Фактически я обманула вас. Но обещаю, что эта встреча будет последней.

Августо, разумеется, не мог согласиться с таким решением и принялся убеждать Милагрос в том, что всегда сумеет защитить ее.

— Вначале вы были для меня просто красивой девушкой, — говорил он. — Но когда я узнал вас получше, увидел, как страдает ваше сердце, то понял, что вы — ангел со сломанными крыльями, огонь, сжигающий сам себя.

— Не надо, Августо! — взмолилась Милагрос, но он продолжил:

— Не гоните меня! Я помогу вам выбраться из беды. Позвольте мне любить вас и сделать все, чтоб вы меня тоже полюбили!

Его слова не могли оставить Милагрос равнодушной: в какой-то момент ей передалось волнение Августо. А он, чутко уловив смену ее настроения, решительно поцеловал ее в губы.

На мгновение она замерла, но затем, вырвавшись из его объятий, побежала к своей спасительнице Хуане.

— Подумайте над моим предложением, — крикнул ей вдогонку Августо. — Завтра вечером я приду за ответом.

Хуана догадалась, что произошло между молодыми людьми, но не увидела в этом ничего страшного. Наоборот, порадовалась за Милагрос.

— Анибал все равно не дает тебе проходу, — сказала она. — Так что держись за этого военного. Может, с ним ты найдешь свое счастье.

— Но он поцеловал Меня, Хуана! Я не должна была позволять ему этого! Я не испытываю к нему никакого чувства!

Хуана по-матерински обняла Милагрос, посоветовав ей не казнить себя понапрасну, а положиться на время, которое все расставит по своим местам.

Августо же вернулся в казарму совершенно потрясенный свиданием с Милагрос.

— Я люблю ее! По-настоящему люблю! — заявил он Фунесу, но тот вынужден был спустить его с высот любви на грешную землю:

— От Линчей приходил посыльный. Они ждут тебя завтра к ужину.

— Но я не могу пойти к ним завтра вечером! У меня важная встреча с Милагрос.

— Значит, настала пора сделать выбор между циркачкой и богачкой, — развел руками Фунес.

— Нет, я должен найти выход… Слушай, друг, выручи! Скажи Милагрос, что меня срочно отправили на задание, и заодно передай ей вот это.

Достав из тумбочки подарок, предназначавшийся Лусии, но возвращенный ее отцом, Августо приложил к нему записку: «В благодарность за незабываемый вечер, который я желал бы пережить вновь».