Дарующая жизнь (СИ) - Воронина Тамара - Страница 65

– Извини, Светлая. Я все время забываю, что король должен быть степенным и величественным.

– Я тоже забываю, – призналась Лена, – что должна являть собой… нечто. Скажи мне… Ведь ты даже особенно удивленным не выглядел. Почему?

– Не выглядел? – образовался он. – А мне показалось, что я рот открыл, как мальчишка, впервые увидевший фейерверк. Понимаешь, Делиена, раз открылось Зеркало, перемены неизбежны. Лучше в них участвовать, чем сидеть и тупо ждать. В Зеркале – ты. И ты приходишь с таким странным предложением, которое может все перевернуть… Я не дал согласия, Делиена. Я только готов выслушать.

– Я большего и не ждала.

– Я знал, что случится что-то… когда ты заплакала, стало ясно, что идут перемены. Столько всего потом… Предательство Крона. В Верском уезде вдруг из земли полезла какая-то плесень, земля становится мертвой, а маги понятия не имеют, что это такое, и плесень расползается… Интересно, есть ли у эльфов маги? То есть сильные маги? Они никогда нам не помогают.

– Помогут. – Лена почему-то была уверена, что Лиасс справится с плесенью одним движением бровей. Если уж он из мира в мир ходит…

Лиасс спал, сидя в кресле. Спал так крепко, что Лене пришлось потрясти его за плечо. Он немного смутился, встав и склонился в этаком королевском поклоне: приветствую тебя, брат по власти, но я знаю, что сегодня главный – ты. Родаг ответил аналогично.

– Позволь представить тебе: Лиасс, – сказала Лена и выдала последний аргумент, – Владыка эльфов.

Лиасс посмотрел на нее укоризненно, а Родаг обалдел вторично.

– Владыка… – прошептал он. – Вот оно что… Делиена, не заболела ли ты? Ты предлагаешь мне впустить в мир Владыку эльфов?

– Который даст тебе клятву верности, – твердо произнесла Лена. Лиасс не дрогнул. У Родага вдруг ослабли колени, он подвинул кресло и сел, забыв даже предложить сесть Лене. Хорошо, что за порядком в комнате следит не столько служанка, сколько шут, и никакие интимные предметы нигде не валяются. А то обстановка для саммита и так весьма своеобразная: женская спальня.

– Клятву? Мне? Владыка?

– Если ты примешь мой народ, король Родаг, я готов принести тебе клятву верности, – твердо проговорил Лиасс. – И каждый из моих эльфов. А со временем и каждый из твоих эльфов. Если же тебя пугает присутствие Владыки, я покину твой мир.

– Послушай меня еще чуть-чуть, Родаг, – попросила Лена. – Когда-то у Лиасса казнили младшего сына. Я говорила тебе, как казнят эльфов. Но после этого он не начал войны. После этого он заключил мир с людьми. Как это характеризует его, по-твоему?

Лиасс опустил голову. Немножко.

– Я приму любые твои условия, король Родаг.

– Ты будешь присылать эльфов в мою армию?

– Да.

– Они будут охранять мои границы?

– Да.

– Вы согласитесь жить в строго отведенном районе?

– Да.

– Соблюдать наши законы и подчиняться нашим судам?

– Да.

– Даже если приговором будет казнь? Э-э-э… через повешение.

– Да.

– Ты действительно готов принести вассальную присягу и привести в повиновение всех эльфов королевства?

– Да. Кроме того, я действительно готов дать клятву верности. Не только вассальную присягу.

– Но как воспримут это твои подданные?

– Я не король. У меня нет подданных. Но мои эльфы последуют моему примеру.

– Последуют ли они твоему приказу?

– Любому.

Родаг наконец пришел в себя, посмотрел на Лену и устыдился:

– Прости, Светлая, прошу тебя сесть. Садись и ты, Владыка. Я… Я несколько не готов был к такому разговору. Мне нужно подумать.

– Я и не жду, что ты примешь решение быстро, – удивился Лиасс. – Но я, Лиасс, Владыка эльфов Трехмирья, готов принять любые твои условия. Если ты захочешь отправить меня на эшафот, я пойду, и мои эльфы не взбунтуются.

– Зачем мне послать тебя на эшафот? – не понял Родаг. – А, это фигура речи.

– Это фигура речи. Но если твоим условием будет моя смерть – ты опасаешься Владыки, и я могу это понять, – я приму и это условие. Нам нужна только земля, король Родаг, Место, где мы сможем жить. И мы готовы заплатить за эту землю.

– Пятьдесят тысяч, говоришь…

– Пока ты думаешь, их станет заметно меньше, – прошептала Лена, не рассчитывая, что он услышит, но слух у него был не хуже, чем у эльфа.

– Делиена?

– Скажи ему, Лиасс. Скажи, что за месяц войны погибли двадцать тысяч эльфов.

– И сто сорок тысяч человек, – кивнул Лиасс. – Возможно, ты не поверишь, король Родаг, но я не хочу и гибели людей.

Родаг задумался.

– Зачем твой… друг подслушивает под дверью? – вдруг поинтересовался эльф. – Пусть уж войдет, если король не возражает.

– Шут! – взревел король. Шут бочком протиснулся в дверь и сделал смиренное лицо. Вряд ли кто-то поверил в это смирение. Родаг точно не поверил, и наверное, только присутствие Лены удержало его от вульгарного рукоприкладства.

– Лиасс, ты не знаешь, что за плесень может вылезти из-под земли? – спросила Лена. Эльф подумал.

– Нет. А что маги?

– А маги рвут на себе волосы, – сообщил шут. – Не видели, не слышали, не понимают.

– Это далеко? Я могу взглянуть.

– А убрать ее сможешь? – оживился Родаг.

– С большой степенью вероятности – смогу, – усмехнулся Лиасс. – Если там такие же маги, как те, что ставили защиту на эти комнаты, то на них надежды мало.

Шут сделал жест в сторону двери.

– Ты позволишь, мой король? Я возьму у Кариса портальный камень.

Родаг махнул рукой. Пока ему было не до шута и не до плесени. Он забывал только о том, что королю пристало быть степенным, но не забывал, что королю нужно быть дальновидным. И явно взвешивал за и против. Ему очень и очень не хотелось пускать в свой мир такое количество озлобленных войной эльфов – и очень и очень хотелось быть единственным королем, у которого имеются эльфийские пограничники. Какое счастье, что он не был убежденным ксенофобом…

– Как ты хотел назвать моего бывшего шута, Владыка?

– Полукровкой.

– Полу… а в нем есть эльфийская кровь? Понятно тогда, почему он такой бунтарь. Как ты относишься к людям, Владыка?

– Без приязни. Но я умею жить с вами в мире. И уж точно не жду приязни с вашей стороны.

– Ты выглядишь очень усталым.

– Я мало спал в последнее время.

Лена протянула ему руку. Эльф опешил, но руку принял с благодарностью. Левой Лена сжала амулет, но он покачал головой:

– Не нужно. Я могу брать сам, когда ты позволяешь. Расслабься. И благодарю. Я действительно устал, а мне предстоит трудное возвращение.

Несколько минут они сидели молча. Лена не чувствовала ровным счетом ничего, кроме нормального тепла его ладони, а вот его лицо становилось менее утомленным. Родаг с благоговением наблюдал за ними и, поймав взгляд Лены, смутился:

– Я никогда не видел… как это происходит. Даже не знал, правда это или сказка. Ты действительно даешь силу, Светлая. Даже магу… Ведь ты маг, Владыка?

В дверь просочился шут и протянул королю плоский серый камешек. Родаг передал его эльфу:

– Ты можешь открыть проход?

Вместо ответа тот слегка сжал камень двумя пальцами, и в нескольких шагах от них заискрилась вертикальная щель – ровно такая же, как та, в которую Карис увел Крона, такая же, как та, через которую их провели из замка Маркусова приятеля к карете. По ту сторону была трава. Родаг первым шагнул в проход. Шут осуждающе покачал головой и скользнул следом, потом прошли Лена и Лиасс, а уж откуда взялся Маркус, который вроде как не имел привычки посматривать и подслушивать…

Плесень она увидела сразу. Правда, это была не плесень. А черт знает что такое, отчего-то похожее на расплавленный пластик. В сотне метров от них расстилалось мертвая белесая земля, возле которой суетились два мага. Метрах в пятидесяти в другом направлении стояло редкое оцепление. Хуже всего, что это происходило посреди деревни. Конечно, жителей и след простыл, но вот что означали продолговатые бугры на белесой поверхности, Лене знать не хотелось.