Дарующая жизнь (СИ) - Воронина Тамара - Страница 66

– А, это, – узнал Лиасс. – Разрыв границы между мирами. Я знаю, откуда это.

– И можешь убрать?

– Разумеется. Только пусть эти двое подойдут.

Маги уже спешили к королю.

– Приветствую, мой король, – поклонился один. – Начала расползаться быстрее. Огонь ее не берет…

– Внимательно смотрите, – перебил Лиасс, – и запоминайте. На самом деле это очень просто, если знать, что делать.

Он шагнул вперед, широко развел руки и замер. Маги смотрели во все глаза. А вот Лена ничего не видела. Поежился шут и вытащил амулет из-под куртки: он светился, как догорающий уголек. Минут пять ничего не происходило, а потом плесень начала гореть веселыми голубыми язычками. Как спирт.

– Всего-то? – изумился первый маг и тоже развел руки и замер. Через пару минут огоньки еще повеселели, и второй присоединился к товарищу. А Лиасс повернулся к королю.

– Дальше они справятся сами. Прости меня, король Родаг, но меня ждут. Когда я смогу вернуться, чтобы услышать твое решение?

– Завтра. Утром. Нет, лучше ближе к полудню. Ты сможешь?

– Да. Благодарю тебя. Твои маги смогут открыть для вас проход? Если хочешь… – Он провел пальцем сверху вниз по воздуху, и словно нарисовал дрожащую голубую линию, которая почти сразу открылась в комнату Лены. – Я приду завтра в полдень. – И, отвернувшись, он прочертил другую линию. Это заставило королевских магов впасть в панику и прекратить поджигание плесени, Родагу пришлось на них прикрикнуть. Не обернувшись, эльф шагнул в проход, почти мгновенно за ним захлопнувшийся. Король несколько секунд смотрел… вот даже не сказать, что вслед, потому что следа не осталось, потом почти вбежал во второй проход, а шут с Маркусом, подхватив Лену под руки, втащили ее за ним.

Родаг немного побегал по невеликой Лениной спальне, подвигал немногочисленные предметы на туалетном столике и удивился:

– Почему у тебя так мало всего, Светлая? Никогда не видел, чтоб у женщины было мало всяких притираний и… и… ну всего такого.

– Я все равно уже не стану моложе и красивее, – ответила Лена. Сюр. Ему государственные проблемы решать надо, а не о притираниях думать. Родаг пробежался еще, остановился перед ней и пожаловался:

– Ну втравила ты меня… Давайте-ка сядем.

В комнате было два кресла и стул возле зеркала, поэтому шут, не долго думая, уселся возле Лены на полу. Родаг посмотрел на него грустно, и Лене подумалось, что раньше, наверное, так непринужденно он мог устроиться у ног короля.

– Давайте представим себе, что я не король, – предложил он, – а вы не подданные. Мы случайно встретившиеся люди, сидим себе а трактире и за кружкой вина обсуждаем новости.

Шут осмотрелся и покачал головой:

– Не пойдет. Здесь явно не хватает вина.

– Ну так вели, чтоб принесли, – бросил Родаг раздраженно, и шут исчез. Что за привычка пить в любое время дня? Стоит признать, конечно, что крепких напитков здесь почти нет, исключая тот, с которого валился под стол Маркус, вина удивительно не пьянящие, а скорее бодрящие. Маркус ужасно смешно выглядел на фоне туалетного столика. Поймав взгляд короля, он резко передвинулся вместе со стулом.

– Слышал я, что король собирается впустить пятьдесят тысяч эльфов, – сообщил Родаг. – С ума сошел, не иначе. Решил поискать хлопот на свою… голову.

Лена улыбнулась. Здесь тоже искали проблемы на свою задницу, в присутствии дам заменяемую на голову. Даже в трактире.

– Точно с ума сошел, – подтвердил Маркус, под дверью не подслушивавший и потому не знавший и просьбе Лиасса. – А с чего это он?

Шут принес кувшин и кружки, ловко разлил вино и заметил:

– А я слышал, что король как раз в своем уме, потому что решил последовать совету Светлой. Не припомню, чтоб Светлые давали плохие советы.

– Не припомню, чтоб они вообще советы давали, – проворчал Маркус, не без удивления покосившись на Лену. – Но если Светлая…

– А Светлые не ошибаются? – удивился король.

– Кто не ошибается? – философски протянул шут, опускаясь на прежнее место. – Только тот, кто ничего не делает. Королю виднее, конечно, а вот я бы подумал, что Светлая плохого не пожелает.

– Ты где это вино взял? – спросил Родаг, сделав глоток. – В погребе стянул?

– Не стянул, а отлил, – поправил шут с достоинством. – Еще вчера. Должна же Делиена попробовать хорошего вина, а?

– Должна, – согласился король, – но если бы тебя поймал Вакус, то утопил бы тебя в бочке с сидром.

– Если б догнал, – хихикнул шут. – А я вот еще слышал, что король решил спасти пятьдесят тысяч эльфов… и заполучить этакую силищу в союзники.

– Зачем королю людей спасать эльфов? Какое ему до них дело? Ему б все внутренние проблемы решить… У него, говорят, Зеркало открылось, а он туда же – эльфов впускать.

– Спасать, – поправил шут. – Может, это и есть те перемены, которые предвещает Зеркало? В нем, говорят, Отражение Светлой. Когда ж такое было, а?

– Да, это странно. Никогда не было. Почему?

– А ты не понимаешь? – удивился шут. – Маркуса спроси. Он у нас лучше всех разбирается в Странницах. Правда, он занят непривычным делом: он думает, но вот через пару дней, когда сей многотрудный процесс завершится…

Маркус выразительно показал ему кулак.

– Я вижу, твое мнение уже изменилось, – заметил Родаг. – Ты счел короля сумасшедшим, но стоило тебе услышать, что это совет Странницы, и ты уже не возражаешь.

– Просьба, – поправила Лена. – С чего бы Странница стала советовать королю?

– Правильно. Королю советовать нельзя. Для этого у него специальные люди есть. Он им жалованье платит. Иногда только для того, чтобы поступить наоборот. Поэтому королю лучше просто рассказать – а там пусть сам решает. Решать – это его королевское дело. А я б эльфов впустил.

– Потому что ты сам полуэльф? – резко спросил король. Шут помотал головой.

– Не знал ты, что я полукровка, и не подозревал в симпатиях к эльфам. А тут вдруг заподозревал. Что изменилось? Или пять лет назад у меня уши другие были? Или в прошлом году глаза были черные? Меня не спрашивали, кем я хочу родиться. И мою мать тоже не спрашивали, хочет ли она, чтоб ее изнасиловали всей дружной компанией. А разве на их месте не могли быть люди – обыкновенные бандиты? Я не люблю эльфов, как и ты. Но по большому счету ничего против них не имею. Какой вред, если они будут жить, скажем… в предгорьях Силира? Люди там селятся неохотно, а эльфы не суеверны.

– А бунт?

– Бунт? А когда это эльфы бунтовали? Что-то не слыхал. Против чего им бунтовать? Против власти, что ли? А что им власть? Они власть просто не признают. Они сами по себе, власть сама по себе. Налоги платят? Платят.

– Неохотно.

– А кто платит налоги охотно? Смешно. Мне нет дела до эльфов. Но вот Светлой – есть.

Маркус мрачно молчал. То ли его беспокоило, что его мнение пошло вразрез с мнением Лены, то ли он действительно просто задумался, то ли ему не нравилась перспектива получить такое количество малосимпатичных персон, которые смотрят на людей, как на насекомых.

– Ну ладно – эльфы! – хлопнул себя по колену Родаг. – Они и правда большей частью равнодушны к тому, что мы вообще существуем, но ведь за последние три сотни лет мы имели четыре большие войны и сотни мелких стычек.

– Да, вот во Фризне с эльфами не воюют, – радостно согласился эльф. – Им некогда. За последние три десятка лет у них там были три большие войны с Джорной, одна с Инглом, полтора десятка пограничных стычек с Прегунтом и восемь внутренних бунтов разной интенсивности. Одни только тамошние эльфы ни в какие драки не ввязываются, только в границы своих земель никого не пускают – ни чужих, ни своих, ни сборщиков налогов… Благодать и благолепие.

– Я тебе язык отрежу, – пригрозил король. Шут ужаснулся:

– Как, опять? А я вот еще слышал, что король у нас милостив.

– Вот потому язык, а не… что-то другое, – хмыкнул король. – Пусть бы эльфы. Наверное, даже выгоду какую-то с этого можно получить. Обещают вон за землю заплатить, границу восточную охранять, даже клятву верности принести…