Двойная ложь - Роуэн Говард - Страница 32

— Какую фотографию?

Эвелин пояснила, что Хейли привезла с собой камеру, и они сделали несколько снимков с помощью такой «штуковины», которая позволяет нажать на кнопку, а после отбежать и встать перед аппаратом, чтобы он тебя сфотографировал. И через неделю, сказала она, Хейли прислала ей по почте один из снимков.

Эвелин поднялась с дивана, подошла к книжному шкафу и сняла с верхней полки маленькую коробку.

— Я его в особом месте держу, — сказала она.

Я увидел двух улыбающихся женщин, мать с дочерью, сидящих после их воссоединения на том самом диване, на котором сидел сейчас я.

— Действительно красиво, — сказал я и уже собрался вернуть фотографию, когда рука моя вдруг замерла.

Я увидел дату в нижнем правом углу снимка. Это была та самая ночь, когда Конрада Берча более пятидесяти раз пырнули ножом. «Ночь проходимцев».

Я спросил у Эвелин, верна ли дата. Не исключено, что камера была запрограммирована неправильно.

— Нет, — снова взглянув на снимок, ответила она. — Хейли как раз тогда здесь и была. В ночь перед Хэллоуином. Я помню, потому что на следующий день она сходила в магазин и купила мне конфет, чтобы раздавать их детям.

На следующий день?

— Вы хотите сказать, что Хейли провела ночь здесь, с вами?

— Да.

— Всю ночь, целиком, так?

— Да, так. А что?

Голова у меня пошла кругом. Если Хейли находилась в Джорджии, на Манхэттене она быть не могла. А с другой стороны, откуда следует, что она там была? В ночь убийства она могла позвонить мне откуда угодно. Но тогда все приобретало иной смысл: у Хейли Морган имелся сообщник.

— Миссис Старк, я хочу попросить об одолжении, — сказал я, стараясь оставаться спокойным. — Мне нужно позаимствовать у вас этот снимок — всего на один день.

— Куда вы с ним отправитесь?

— Домой, на Манхэттен. Я обещаю, через сутки, в понедельник, он к вам вернется.

Это ее не убедило.

— Я вам, конечно, доверяю…

— Я понимаю, — сказал я. — Но я еще не объяснил вам, зачем мне эта фотография. Я хочу показать ее полиции.

— Для чего?

— Она снимет с вашей дочери обвинение в убийстве.

Лицо Эвелин изменилось, и его выражение сказало мне все, что требовалось. Я был человеком, способным спасти доброе имя Хейли.

— Но вы обещаете прислать мне снимок?

— Да. Даю слово.

Я снова попросил у нее прощения за то, что мне пришлось принести ей столь печальные вести. И со снимком в руке выскочил из дома. Мне необходимо было успеть на самолет, однако еще важнее было другое — позвонить Терри. Я расскажу ей обо всем, и она сообщит в полицию.

Я вытащил сотовый, посмотрел на часы — шесть двадцать пять. Позвонил Терри домой. Терри, разумеется, устроит мне выволочку за то, что я уехал, ничего ей не сказав, однако хорошо уж и то, что она, быть может, забудет о заказанном нами на восемь часов столике в ресторане. Три гудка… четыре. Ну же, Терри, окажись дома.

Дома ее не было. Я оставил на автоответчике просьбу перезвонить мне при первой же возможности и попытался дозвониться на ее сотовый. Дома она трубку не берет, сотовый не берет тоже. Где же она?

Затем я попытался связаться с Виктором. Позвонил ему домой, потом на сотовый — безуспешно.

Я проехал еще немного, размышляя, как мне поступить. Первое мое побуждение состояло в том, чтобы позвонить в полицию, может быть, даже попытаться поймать по телефону детективов Трентино и Лопеса. Прежде они мне не верили. Теперь придется. Я прикинул, что́ стану им говорить. Что повидался с родной матерью Хейли Морган и… я представил себе их реакцию. Почему я отправился к ее матери? Как узнал, кто она и где живет? Мне придется отвечать, стараясь одновременно не выдать Этана. Придется врать.

Куда лучше позвонить прямиком Саманте Кент. Конечно, услышав мой рассказ, она запаникует. Но я постараюсь успокоить ее. А после, как бы между прочим, посоветую запереть дверь на два оборота, припереть ее туалетным столиком и незамедлительно спрятаться под кровать.

— Адрес, пожалуйста?

— Манхэттен… отель «Дрейк».

Я получил телефон, позвонил, попросил соединить меня с ее номером. После восьми гудков меня подключили к голосовой почте. Я оставил номер своего сотового и попросил перезвонить мне как можно быстрее.

Потом позвонил в компанию «Дельта», чтобы зарезервировать место в ближайшем самолете до Нью-Йорка.

— Есть место на рейс в девять сорок вечера, — сказала женщина-оператор.

— Раньше ничего?

— Есть рейс в семь тридцать, но до него осталось меньше часа.

Я снова взглянул на часы — шесть тридцать пять. Она права, на этот самолет мне никак не успеть.

— Хорошо, пусть будет девять сорок.

Едва я отключился, как затрезвонил мой телефон.

— Алло?

— Доктор Ремлер?

Это была Саманта Кент. Подумав, что она, быть может, позвонила откуда-то на свой ответчик, чтобы прослушать оставленные там сообщения, я сразу спросил, где она сейчас.

— Здесь, в «Дрейке». Разговаривала по другой линии, — ответила она. — Что-нибудь случилось?

— Пока нет, — ответил я. — Рассказывать долго, однако суть в том, что Хейли Морган вашего мужа не убивала.

Ей потребовалась секунда, чтобы усвоить услышанное.

— Как это?

— В ночь убийства Конрада Хейли находилась в Гриффине, штат Джорджия. Это город, в котором живет Эвелин Старк — родная мать Хейли. Всю ту ночь Хейли провела с ней.

— Откуда вы знаете?

— Я только что разговаривал с Эвелин.

— Но если Конрада убила не Хейли Морган, тогда кто же?

— Должно быть, у нее имелся сообщник.

— О господи, Дэвид. Та женщина на суде, Габриэль Деннис.

— Что вы имеете в виду? Вы разговаривали с ней?

— Она позвонила мне вчера, — ответила Саманта. — Попросила о встрече, сказала, что хочет лично извиниться передо мной.

— Вы же не…

— Нет. Я сказала, что это невозможно. Что не хочу иметь с ней ничего общего. Но она так настаивала. Мне страшно.

— Ей известно, где вы остановились?

— Да, — дрогнувшим голосом ответила Саманта. — Все поступающие ко мне в квартиру звонки автоматически переадресуются на номер отеля.

В ее голосе звучал ужас.

— Что же мне делать?

Я чуть было не посоветовал ей позвонить в полицию, но тут услышал сигнал со второй линии. Я решил, что это Терри.

— Подождите секунду.

Я переключился на новый вызов. Это и вправду была Терри.

— Мы ведь еще собираемся поужинать вместе, верно? — бодрым голосом спросила она.

— В общем-то, нет, — ответил я. — Ты где сейчас?

— Выхожу из спортивного зала. В чем дело? Какие-то неприятности?

Я, как мог, быстро рассказал ей все. Добавив, что на другой линии меня ждет Саманта Кент.

— Она перепугана до смерти, — сказал я. — Думаю посоветовать ей позвонить в полицию.

Терри перебила меня:

— Есть идея получше. Звонить в полицию, пока ты не вернешься сюда со снимком, не стоит. А Саманта может тем временем побыть у меня. Дай ей мой адрес и скажи, что я буду дома через пятнадцать минут.

— Хорошо, спасибо, — ответил я. — Тогда я прямо из аэропорта к тебе и приеду.

Я переключился на Саманту, пересказал ей наш план. Едва я закончил, сотовый умолк. Сел аккумулятор. И я погнал машину в надежде успеть на более ранний рейс — в полвосьмого.

Следующие двадцать минут я нарушал все возможные правила уличного движения, едва не разбив при этом прокатную машину. Потом взял штурмом билетную кассу, а следом бросился к бреши в рядах сотрудников охраны аэропорта. Пассажиров было немного, мне удалось проскочить в эту брешь, и я бегом понесся к выходу на летное поле.

Два с половиной часа спустя я уже подходил к красивому дому Терри в Вест-Виллидж. Я позвонил, услышал, как загудел, открываясь, замок на входной двери. Квартира Терри находилась на верхнем, третьем этаже. Я побежал, перескакивая через ступеньки, по лестнице.

Войдя в квартиру, я увидел в гостиной на диване Терри. Улыбнулся. А следом все вокруг потемнело.