Венец Бога Справедливости - Шихматова Елена - Страница 13

Поняв, что дальнейший разговор на эту тему бесполезен и ни к чему, кроме ссоры с отцом, не мог бы привести, Руфина собралась, уже было, уйти, но Зору задержал её.

— Постой, раз уж ты здесь, то я хочу попросить тебя, настоятельно: ты не должна видеться с тем юношей, естественно, когда он придёт в себя.

Руфина молчала.

— Ты слышишь меня?

— Почему?

— Потому что я так хочу, и, поверь мне, это для твоего же блага. А во избежание соблазна, оправляйся-ка ты лучше к матери, так и тебе, и мне будет спокойнее.

— Но отец!

— Не спорь, Руфина!

Зору встал с кресла и направился к выходу.

— Я хочу, чтобы ты отправилась немедленно, завтра вечером вернёшься.

— Хорошо, отец.

***

Открыв глаза, Георг увидел перед собой прозрачный занавес, за которым даже в том, сумраке, что царил в комнате, видны были стол, пара стульев, зеркало и несколько картин на стене. Однако, первым, что промелькнуло в его сознании, было: "Что это? Наверно, мне это снится". Решив так, он закрыл глаза, намериваясь спать и дальше, но мозг его уже достаточно успел пробудиться. "Нет, мне снилось что-то другое, не комната, это точно. А до того… мы были в лесу, говорили, потом я попросил Яромира снять перстень и…"

— Яромир, — прошептал Георг. — Где он?

Юноша вновь открыл глаза — да, он действительно был в комнате, значит, тот замок вовсе не был видением, если только, всё это не есть сон. Привстав, он ещё раз окинул помещение взглядом: это были настоящие хоромы, о чём уже говорил один сводчатый расписной потолок, не считая всего убранства комнаты. Убедившись, что здесь более никого нет, Георг встал с постели и первым делом подошёл к росписям на стене, которые поведали ему имя хозяина замка. На картинах изображались все семеро служителей Магического Огня, но большей частью их сюжеты посвящались так называемым подвигам Зору, в одном случае он сражался со змиями Темного Озера, в другом взирал на поверженного им Властелина эльфийских гор. На отдельном, несколько поодаль от остальных, полотне изображался замок, внизу же на языке Каримэны была выгравирована надпись.

— Сие храм великого Зору, Служителя Магического Огня, — прочитал Георг.

Едва успел он произнести эти слова, как услышал лёгкий скрип: двери комнаты открылись. Георг обернулся — в ярком свете множества коридорных светильников, он увидел преображённого дракона в длинных серебристых одеждах, на груди мага был вышит герб Служителей Магического Огня: огненный шар, источающий потоки энергии, с воздетыми к нему семью руками.

— Рад, что вам лучше, — произнёс Зору, — Добро пожаловать в мой храм.

— Рад приветствовать вас, магистр Зору! — в знак почтения перед магом. — Георг склонил голову.

— Что ж, моё имя вы знаете, так позвольте и мне узнать ваше. Да, я хочу отметить: мне известно, что вы из будущего.

— Моё имя Георгий Амадос Ти-Ирис.

— Хм, какого знатного гостя я, однако, принял. Это честь для меня, — и вопреки всем ожиданиям Георга, Зору даже поклонился, хотя уж кому как не Георгу было известно пренебрежительное отношение мага ко всем представителям королевских родов, и не только Каримэны.

— Принадлежность е королевскому роду ещё не делает мне чести.

— Возможно, — охотно согласился Зору, — Тогда, если вам угодно, имею честь принять у себя столь могущественного мага.

— Боюсь, что на этот счёт вы точно, преувеличиваете.

— Отнюдь! Да, бросьте, милый юноша, я ни за что не поверю в то, что вы ничего не знаете о повержении силы любого магического предмета-творения Служителя Магического Огня. В частности, Перстень Королевы, кто создал?

— Вы.

— И если бы не ваша старая рана, то вы бы не падали на руки моим ученикам.

— О, вот за это мне ужасно стыдно.

— Стыдиться нужно только за то, что вы не лечили её вовремя. Впрочем, как бы там ни было, приглашаю вас отобедать со мной. Так что переодевайтесь, и приходите. Прямо по коридору, потом два этажа вниз и направо, до конца.

С этими словами маг уже собрался, было уйти, он резко развернулся и закрыл одну из дверей.

— Великий Зору!

— Да?

— А мальчик, что был со мной, где он?

— Об этом мы поговорим, но за столом. До встречи.

***

Очутившись в горах, Яромир решил не впадать в панику и трезво оценить ситуацию.

— Зору жил в горах, — вслух рассуждал он, — но замок его никто не видел, значит, замок передо мной и теперь осталось его только увидеть.

"Это не горы, — повторял Яромир. Не горы, но храм Зору, храм Зору". Однако, открыв глаза, он увидел перед собой всё те же неприступные горы. После четвёртой такой попытки он буквально вышел из себя.

— Научись видеть Окружающее! Легко сказать! — зло воскликнул Яромир и, что было силы, ударил оказавшейся под ногой камень — метров на 10 отлетел тот с прежнего места. Как ни в чём не бывало, наступил он то пространство, где только что лежал камень, не обратив внимания на слабый, но исполненный горя крик.

— Надо идти в горы, — вслух рассуждал мальчик, — может, этот храм внутри, а вход в него — это какая-нибудь пещера?

И вдруг, в это момент, перед самым носом мальчика пронёсся жук, потом снова, и снова — Яромир уже начал отмахиваться рукой, но ничего не помогало.

— Отстань, чего пристал? — воскликнул он, просто, естественно, не вызывая никого на диалог.

— Зачем ты разрушил мой дом?! — донёсся до него тоненький, ужасно недовольный голосок.

— Кто это говорит?

— Я! — жук завис перед взором Яромира, возмущённо уперев четыре лапки в бока.

— Я не рушить ваш дом.

— Ну, а кто же, если не ты?! Никого ведь, кроме тебя здесь нет!

— Хотелось бы верить, — неуверенно прошептал Яромир, ему уже путешествия во времени, разговоры животных начинали казаться его личным, и весьма не лёгким помешательством.

— Не отнекивайся! Это ты кинул камень, а потом ещё и нагло встал на останки моего дома!

Мальчик посмотрел себе под ноги, но ничего, кроме обыкновенного клочка Земли не увидел.

— Здесь ничего нет.

— Вот именно! Ты всё разрушил! Не видишь ничего у себя под носом — как ты жить вообще собираешься?

— Простите, но я не знать, что под камни жить жуки.

— Вот так и будешь всю жизнь говорить: я не видел, я не знал, я не понял. Непутёвый ты парень!

Жук даже отвернулся, возмущённо сложив теперь уже все шесть лапок.

— Ну….хотите, я принести камень?

Но жук, словно не услышав его, начал вдруг причитать.

— А я так старался, думал: построю домик, буду в нём спокойно жить, и тут!.. О, Боги! За что мне всё это?

Жук опустился на землю, и, продолжая причитать и плакать, всеми своими шестью ручонками стал собирать песчинки, тут же роняя их и вновь собирая. Яромир осторожно опустился на колени и ещё раз пригляделся к клочку земли. Да, там, действительно, были видны маленькие травинки, пёрышки. Мальчику стало не по себе: а ведь он, и впрямь, виноват, он разрушил дом, пусть даже и такого крохотного существа, как этот жучок.

Он осторожно, чтобы опять чего-нибудь не повредить, поднялся и сходил за тем камнем, по пути захватив несколько травинок и небольшой фиолетовый цветок.

— Вот, возьмите, милый жук, — произнёс Яромир, кладя камень на прежнее место и всё остальное рядом.

— Ой, какой красивый цветочек! — восхищённо прошептал жучок, — А я всегда хотел сорвать его, но не мог: он слишком крепко сидел на своем месте.

— Может, вам нужно что-нибудь ещё?

— Нет, спасибо, — быстро ответил жук и вскоре скрылся со всем новым добром под привычной ему крышей камня, лишь на миг он показался вновь, — До свидания!

— До свидания, — ответил Яромир и теперь уже со спокойной душой направился к горам, смотря не только ввысь, но и под ноги.

10 глава. Все дороги ведут

Пройдя по самому из возможных коротких путей в замке, Георг вошёл в столовую, как и всё в замке, она скорее отвечала требованиям королевской, предполагая очень частое собрание большого количества народа, нежели чем трёх-четырёх учеников Зору и самого мастера. Конечно, можно было предположить, что Зору строил этот дворец в расчёте на масштабные званные вечера, но, в сущности же, он лишний раз хотел подчеркнуть, что он достойнейший из достойнейших, и только под такие своды может войти великий маг.