Анделор. Тетралогия - Куприянова Мария - Страница 72

– Ты считаешь, я его должен надеть? – Николай вопросительно посмотрел на Дариану.

– Тебе решать. Я не могу ничего советовать, тем более что не имею представления, для каких целей он предназначен.

Коля некоторое время продолжал молча разглядывать браслет, а потом убрал его на место.

– Не сейчас, – мотнул он головой. – Не время и не место.

– Что ж, – Дариана понимающе кивнула, – это твое право. Теперь я оставлю тебя наедине с моим мужем.

Она вышла из комнаты.

Молодой человек завернул шкатулку в материю и убрал в дорожную сумку. Что бы этот браслет ни значил, он разберется с этим позже.

Затем он подошел к лежащему на диване Артису. Странно было видеть жизнерадостного и строгого учителя с закрытыми глазами, бледной кожей, осунувшимся лицом и повязкой, наполовину закрывающей голову. Однако дышал богатырь глубоко и ровно, и Николай понял, что с ним все будет в порядке.

– Что ж, не судьба, значит, нам вместе путешествовать, – грустно улыбнувшись, произнес он. – Однако время пришло – и пора пускаться в путь. Твое место рядом со мной занял твой сын, и я клянусь, что сделаю все от меня зависящее, чтобы вы снова встретились. Да что уж греха таить, я очень рад, что Эрик присоединился ко мне. Он единственный, кто сможет заменить тебя в этом путешествии. У него, конечно, нет твоего занудства, когда дело касается тренировок, но, думаю, это не самая необходимая вещь в пути. – Коля широко улыбнулся. Ему показалось, что губы Артиса слегка дрогнули, словно он услышал шутку. – Ладно, пора, – он сжал руку друга. – Я не забуду, что ты сделал для меня. Надеюсь, еще встретимся.

Николай выпрямился и быстрым шагом покинул комнату.

Во дворе его уже ждали оседланные лошади. Грейд стоял в нерешительности, не зная, на какую ему сесть.

– Кайл, – пихнул его под локоть Эрик.

– Что?

– Ты не знаешь, как зовут лошадь отца?

– Он тебе не сказал? – удивленно моргнул тот.

– Не то чтобы он мне не доверял… – начал мальчик.

– Просто он не хотел напрасно соблазнять тебя на прогулку верхом, – закончил за него Коля.

– Наверное.

– Это Факел. А моя – Зола. Ты должен знать на всякий случай, – уточнил он, вспоминая слова Ар-тиса, – мало ли что.

– Понятно. Эй, Грейд, давай садись со мной, только, чур, я впереди!

– Что ж, счастливого вам всем пути. – Дариана очень старалась не расплакаться. – Не люблю долгих проводов.

Она по очереди обняла Николая, Грейда, сына и, задержав его в своих объятиях чуть дольше, чем остальных, что-то шепнула ему на ухо. Эрик согласно кивнул и, пряча лицо, взобрался на лошадь.

– Береги Светофора. – Телли погладила высунувшегося из притороченной к седлу сумки дракончика.

– Конечно… – Коля наклонился и поцеловал девочку в щеку. Она покраснела и прижалась к матери.

– Берегите и вы себя. – Он легко запрыгнул на Золу, дернул поводья, и кобылица послушно тронулась с места. Когда они выехали на улицу, он мечтательно произнес: – Эх, сюда бы мою «восьмерочку», вмиг бы добрались до этого Ринвелла.

– У тебя что, дома было восемь лошадей? – воскликнул Грейд.

– Если быть точным, то шестьдесят пять.

– Врешь, зачем тебе столько лошадей?

– Да еще под одним капотом! – усмехнулся Коля.

– Под чем? – Меррил окончательно сбился с толку.

– Это ты про ав-ту-ма-бель, что ли? – догадался более сведущий в делах друга Эрик.

– Про ав-то-мо-биль. Да.

– Я ничего не понимаю, – покачал головой Грейд.

– А мы объясним, – бросил Эрик, пуская Факела вскачь. – У нас впереди много времени.

Меррил только крякнул, крепче цепляясь за спину мальчишки.

Николай еще раз обернулся. Дариана и Телли стояли возле калитки и махали им вслед. Он поднял в ответ руку, затем бросился догонять своих попутчиков.

Действительно, у них впереди еще очень длинный путь, а времени осталось очень мало.

Стук копыт глухим эхом прокатывался по безлюдным улицам Шериама, и горечь расставания внезапно сжала Колино сердце. Он оставлял здесь не только ставших ему родными людей, а также безопасный и уютный дом. Он оставлял здесь кусочек своей жизни. Такое чувство всегда возникает, когда понимаешь, что очередная глава в твоей жизни закончена, а новая еще не написана. Какой она будет? Не завершится ли безвременно? Не оборвется ли внезапно на середине? Не будет ли замарана предательством и трусостью?

Начинало темнеть, а они все скакали вперед, надеясь на то, что судьба окажется к ним благосклонной и книга их жизни будет полной и длинной.

Книга 2. Пророчество сумасшедшего волшебника

Глава 1.

— Лара! Пошевеливайся, наконец, и обслужи наших дорогих гостей! — ворчал старый владелец таверны «Хромая кошка». Как назло, именно сегодня его жена, держащая всю никчемную обслугу в драконовых перчатках, уехала на рынок закупать овощи, фрукты, мясо и вернется только поздно ночью. Именно сегодня, когда гостиная, впервые за последние месяцы, наполнена клиентами до отказа, не хватает столов, стульев, еды, в конце концов. А работники еле-еле ноги таскают!

Старик Норт мог ворчать весь день по поводу и без. Его никогда не устраивала подаваемая в его доме еда, качество вина и пива, чистота комнат и скорость обслуживания. Но на что определенно Норт не мог сегодня пожаловаться, так это на количество постояльцев. И дело было даже не в том, что на улице дождь лил как из ведра, а промозглый ветер срывал с путников одежду и впивался своими холодными щупальцами в их оголявшиеся тела. Обычно в такие дни гостиная заполнялась лишь на половину, хотя «Хромая кошка» — единственное заведение на весь их захудалый городишко, и на многие мили вокруг укрытием для проезжих людей служили лишь кроны деревьев, да норы гоблинов.

Но сегодня случилось нечто неожиданное: в двери постучался человек и заказал комнаты для своих двадцати друзей. Норта особенно не волновало, чем они зарабатывали на жизнь, будь они разбойниками или гвардейцами Черного Господина. С вооруженными до зубов людьми спорить не хотелось. К тому же в обиде он не остался — сейчас в его комнате под матрацем лежал полученный в обмен на кров и пищу увесистый мешочек с золотыми монетами. А потому старик предвкушал тот момент, когда все гости разойдутся спать, а он, наконец, останется со своим сокровищем наедине и вдоволь насладится его блеском и звоном. От приятных размышлений его оторвал громкий голос уже изрядно выпившего постояльца:

— За нашего Господина, самого могущественного чародея всех времен! — вставший из-за стола мужчина, покачнулся, громко рыгнул и осушил свой бокал вина. Остальные, одобрительно загудев, тут же вскочили и выпили за сказанное.

— Эй, ты, грудастая! — гоготнул сидящий во главе стола путник, тот самый, который первым постучался в двери таверны Норта. — Принеси-ка еще винца, да побыстрее! — он ущипнул Лару за ляжку и, притянув к себе, что-то сказал ей на ухо и сунул в руку золотой. В ответ она широко улыбнулась и удалилась, чтобы вновь наполнить кувшины вином.

Норт неодобрительно покачал головой. Он не приветствовал связи своей обслуги с постояльцами, но ради таких гостей мог сделать исключение. Пусть делает, что хочет, в конце — концов, он ей не отец, к тому же настроение не хотелось портить, ведь у него есть целая груда золотых монет.

Стоило опять погрузиться в приятные думы о драгоценном содержимом мешочка, как его снова отвлекли, на этот раз сынишка конюха.

— Ну что тебе надо, Жиль? — старик раздраженно уставился на взъерошенного паренька.

— Господин Норт, там еще трое путников спрашивают комнаты на ночь.

— Да что такое в самом деле? То никого, то целая орава! Скажи им — мест нет. Разве что в конюшне.

— Но… Господин, у них лошади лайранской породы.

Старик насторожился. Упомянутые скакуны славились по всем людским землям не только резвостью и выносливостью, но и безумной дороговизной. Скорее всего, прибывшие — богачи, если не конокрады, конечно. Перспектива получения дополнительной прибыли заманчиво засияла перед предприимчивым хозяином «Кошки».