Демон Теней - Миланова Елена - Страница 91

— Николас, - позвала я, когда он уже было, двинулся от меня. – Обещай мне.

— Что? – с интересом глядел на меня он.

— Обещай, что не потеряешься, что будешь со мной связываться! Хотя бы парой строчкой в письме! Обещай!

Он снова улыбнулся той мечтательной улыбкой.

— Я обещаю тебе, Эмма, я буду с тобой на связи, ты можешь верить мне. – Он на прощание поцеловал мою руку и с неохотой отступил от меня. – Ты только постарайся вернуться…

— Я обещаю, я вернусь. Я раз справилась с ним, значит и во второй смогу! – И хотя я не была убеждена в своих словах, но они звучали красиво и призывно. Так, как и должны были. Николас прощально мне кивнул и одинокой фигурой двинулся прочь.

Обратно в дом я вернулась под пристальными взглядами мальчиков.

— Кто это был? – как папочка глядел на меня Саша, а Филипп рядом прищурил свои серые глаза.

— Это столь важно сейчас? – Надеюсь, моя поза ясно им дала понять, как мне не охота сейчас что ли обсуждать, пока сама всё это не осмыслю.

— Да, это не Дмитрий, и мы будем это обсуждать! – ничуть не смутился моей неохотой говорить Саша.

— Ладно-ладно! – вскинула я руки. – Это был Николас. Ничего плохого. Он мне помог…

— Николас? – переспросил, не понимая, Саша.

— Да быть оно того не может! – выпучил глаза рядом Филипп. – Вот это… он тебе что-нибудь говорил помимо того, как работает этот перстень?

— Да, он сказал, как попасть на пустошь, а ещё был очень мил.

— Да кто это Николас, едрить-колотить! – не вытерпел Саша.

— Ой, я тебя умоляю, тебе бы не знать! – закатил глаза Филипп. – Да Николас, ну, соображай, тот, что с Розой…

— ЭТОТ Николас? Откуда ты его достала? – тут же обратил на меня взор друг и его «праведный» гнев как рукой сняло.

— Он сам откуда-то достался, - покачала я головой от такой глупости. – А перстень сломан и проклят. - Я стянула тут же его с пальца и положила на полку рядом с баночками в лестнице. – У нас нет больше орудия, кроме нас самих.

— Надо признать, мы догадывались об этом изначально. – Саша пристроился на ступени лестницы с виноватым лицом. – Эти трещины на нём… Они нас смутили и мы…

— Да дело не в том, что оно сломано, дело в том, что его никто не сможет починить, даже я и моя иллюзия, а я бы могла, но эти как ты выражаешься, «полосы» - прокляты для меня.

— Вот это номер! – подошёл ближе к нам Филипп со скрещёнными на груди руками. – Это получается, что наш единственный шанс просто… не существовал с самой находки.

— Нет, не в этом суть. Шанс? Шанс у нас есть, но орудия Розы нет. Я не представляю, как его уничтожить, и поэтому эти пятьдесят на пятьдесят упали. Наш шанс десять на сто! Это очень скверно, но всё-таки, возможно…

— Вас послушать, так веришь даже в то, что Пресли жив, - откинулся на лестнице Саша. – И всё равно, Эмма, десять на сто… Мы не выберемся оттуда живыми…

— Мы знали, на что шли, поэтому не время раскисать! – серьезно заметил Филипп.

— Да, и от этого становится ещё хуже… - тихо проговори Саша.

— Так как же попасть на пустошь? – обратил всё своё внимание на меня Филипп.

— Через квартал хамелеонов, что в Чародее…

— Но это самый охраняемый квартал! – в изумлении всплеснул руками Филипп.

— Да, но если есть это… - Я показала на ключ, что весел у меня на браслете-подвеске. – Нам не страшна ни одна охрана!

— Ты шутишь? Ключ? Эмма, я, конечно, люблю юмор, но тебе…

— Живо! Живо собирайте вещи! – вбежала вся краснющая и одновременно напуганная Кэрри. – Вас засекли марионетки! Живее, что стоите! – И она тут же исчезла за дверью.

Мы недолго постояли, многозначительно переглядываясь от шока произведенного появлением Кэрри, а потом помчались наверх собирать вещи.

Влетев в свою комнату, я тут же стала кидать всё, как попало, в рюкзак. Закинув туда очередную вещь, я стянула платье и, мотаясь по комнате, закидывая все подряд без разбора - впихивая, пыталась обуться в нормальную одежду.

Дело в том, что я не обращала до этого момента внимания на одежду, но в городе Отбросов всё ещё был девятнадцатый век, и вещи здесь носили своеобразные, и девушкам приходилось ходить в платьях. Благо Кэрри сжалилась надо мной и дала простое на вид, без пышных юбок, платье, но признаться, избавившись сейчас от него, я ощущала себя счастливее в джинсах.

Когда мои метания прекратились, и я была обута для выхода на улицу, я напехнула на спину рюкзак и помчалась по лестнице вниз, но там нас уже поджидали марионетки. Не растерявшись, я выхватила из-за пазухи палочку и откинула от себя трех марионеток. Разбивая не очень приятные на вид банки с чьими-то внутренностями, марионетки повалились с грохотом на пол.

— Эмма! – выбежал из гостиной Филипп, и оттуда послышались звуки борьбы. – Мы должны добраться до Саши и бежать отсюда!

— Хорошо! – он схватил меня за руку, и мы вбежали в гостиную. Вернее в то место, что раньше носило это слово.

Опрокинув диван, прячась около него, Саша находился на той стороне комнаты и отбивался от пяти марионеток как мог в одиночку. Переглянувшись с Филиппом, мы вступили в бой. Руки, естественно, друг, моей не отпускал, и от этого было сложнее вести бой и одновременно опаснее.

Добравшись до Саши, мы все спрятались за цветастый диван.

— Как думаете, Кэрри из-за нас будет хана?

— Нет, им она не нужна, к тому же, она благополучно сбежала… Вы видели! – поспешил успокоить меня Филипп.

— Я не понимаю, как они нас нашли, это… - Саша неожиданно выскочил из укрытия и нацелился палочкой. Послышался грохот, звон и треск. Саша тут же вернулся к нам в укрытие. – Нас кто-то выдал…

— Кэрри не могла!.. – тут же пришёл на защиту Филипп.

— И Дмитрию это не выгодно! – хором с ним, прокричала я.

— Я не имею их в виду, я просто подумал о шатающихся туда-сюда разнообразных существ…

— Ну, это тогда естественно! – Теперь Филипп выскочил из укрытия и в этот раз послышался только удар и звук ломаемой двери.

— Давайте просто переместимся? – зажимая уши и с выступившими внезапно слезами на глазах, предложила я. – Я не хочу здесь оставаться! Это очень мне напоминает те дни в лесу!

Саша тут же, как завидел на моих щеках слёзы, прижал к себе и они с Филиппом схватились за руки.

Противный визгливый звук, а потом громкий хлопок и мы втроем сидели посреди поля. Саша крепче прижал меня к себе, а я также продолжала держать руки у своих ушей. Слезы градом катились по моим щекам, и я не могла угомониться. Это было… очень и очень странно. Я знала, что после мне будет противно и мерзко смотреть в глаза мальчикам за слабость, но остановиться попросту не могла.

— У неё истерика! – констатировал Филипп и протянул ко мне руки, и я тут же отпрянула, прижимаясь крепче к Саше. – Эмма, я всего лишь…

— Не надо, я сам смогу… - ласковые руки Саши стали гладить меня по волосам, а он сам стал раскачиваться и я вместе с ним. Он стал подвывать какую-то знакомую мелодию себе под нос, а я начала успокаиваться. И руки, что мертвой хваткой вцепились в него, стали ослабевать.

— Вот-вот, всё в порядке… мы целы…

— Ты не понимаешь… - всхлипнув, выдавила я. – Физический порядок, не означает, что духовно мне хорошо. – Я отстранилась от него и упала на землю, подбирая под себя ноги.

— Нет, я всё-таки… - чьи-то руки меня подняли, и голова моя тут же опрокинулась вниз. Глядя на Сашу вверх ногами, я глазами повторяла свои слова. – Ох, чёрт, Эмма, прости… - меня тут же поправили на руках, и я оказалась прижатой щекой к холодной куртке Филиппа. Но мне не было холодно, наоборот, я горела…

— Фил, давай уже лучше пойдём отсюда…

— Нет, Эмме плохо – нужно устраивать лагерь, - возразил друг, удобнее меня устраивая на руках.

— Мне нормально… я не больна… Это просто шок! – робко отозвалась я. – Давай и в самом деле уйдём отсюда – сейчас уже вечер и мы сможем устроить лагерь за воротами на пустоши… Там нас явно искать никто не будет!

— Филипп, да Эмма дело говорит! – подержал меня Саша. – Это выход…