Елка и терн. Тетралогия (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 267

– Халява кончилась.

– Ты откуда такого нахватался?

– кто бы мне говорил!

За разговором мы благополучно выбрались из дворца. И Тёрн уже минут пять как нес меня по дворцо?вому парку. Даже не запыхавшись.

– Я бы тебя век на руках носил.

– а я бы тебе спину чесала, когда понадобится? Сам?то ты не сможешь. Руки заняты.

– Романтичная ты моя.

– Ага. Я жуткий романтик!

– До жути.

Мы благополучно преодолели полосу препятствий в виде альпийских горок, миновали сады камней, обошли розарий и углубились в рощу.

Оставалось идти совсем немного. Не к храму. К месту, где можно дать друг другу клятвы.

Ну да. Храмов у элваров практически нету. То, что имеется – это гибрид между загсом и капищем. Своеобразный Стоунхендж. Огромные вековые деревья, кр

у

гом растущие на холмах. И неудивительно. Элвары – созданный народ. У них нет богов. Поэтому они верят, что по?сле смерти их души растворяются в этом мире. А где удобнее общаться с миром?

Либо в таком круге деревьев. Либо где?нибудь на площадке башни, поближе к небу. Создатели элва?ров соединили несоединимое. Мешая эльфийскую кровь с вампирской и добавляя оборотней, они по?лучили… сначала они получили по заслугам! А уж потом обнаружилось, что элвары похожи на все три расы. И все же – неповторимы. Они обожали все растительное, как эльфы. Но как оборотни – от?давали должное мясу. Их тянуло к лесу – но они не любили замкнутых пространств. Обожали деревья, но не уважали тесноту. Любили величественные постройки – и буквально задыхались в каменных клетках. Поэтому – круг деревьев. Посредине – алтарная плита для ритуалов.

А во дворце все это расположено в парке.

И сейчас мы уже почти были на месте. Но перед тем, как войти в круг, Тёрн заколебался. Опустил меня на землю. Пристально поглядел в глаза. Я знала, что он не только заглядывает мне в глаза. Еще он глядит мне в душу. Изучает мои мысли, чувства, желания…

Пусть. Мне нечего было бояться. Разве что чуть?чуть…

Но он все понял.

– Ёлочка, если захочешь, я отпущу тебя. Мы можем вернуться во дворец. Хоть сию секунду. Хо?чешь?

Вопрос был сложный. Да, мне было немного страшно, но…

– Не стоит доводить все до конца просто из желания доказать, что ты – самая сильная. Я же и так те?бя люблю. Я все пойму. И не обижусь. Пойдем?

Тёрн стоял лицом ко мне. И я знала – одно слово – и он уйдет. То есть мы вместе пойдем обратно во дворец. И все будет, как раньше. Он не затаит обиды. Не будет злиться на меня. Расстроится – да.

– Я это переживу.

А вот переживу ли я? Могу ли я отпустить его? Хочу ли я этого? Я могу честно сказать – нет. Не могу. Не хочу. И моя жизнь без него будет намного беднее. Но ведь надо идти вперед. Обязательно.

– Мы можем еще подождать.

Зараза! Нет бы сказать что разобидится – и облегчить мне выбор! Я фыркнула.

– Если сам хочешь сбежать – вперед! Я тебя удерживать не буду! И свою бесценную свободу ты полу?чишь по первому требованию. Или что – затащил девушку в кусты и оскорбил бездействием?!

Элвар рассмеялся, запрокинув голову.

– Ёлка, кто тебя оскорбит, тот дня не проживет. Пойдем.

И мы перешагнули границу первого круга. Всего три круга. Сосны – храбрые защитники. Первый круг. Первая стража. Дубы – твердые и непреклонные – второй круг. И белые нежные березы – хруп?кие, как сердце и душа Элвариона – третий круг.

И посредине – на зеленой шелковистой траве – плита из драгоценного аларского мрамора с зеленова?тыми прожилками. Но почему?то она не выглядит здесь чужеродной. Наоборот. Все здесь – ее окруже?ние. И она даже словно светится в темноте. Плита невелика. Примерно метр на метр. На одном ее кон?це установлена небольшая мраморная чаша. В чаше – обсидиановый нож.

Ничего лишнего.

Я поглядела на нож. На плиту. На элвара. На нож. Опять на плиту…

– Если хочешь – мы уйдем отсюда.

– Нет! – возмутилась я.

– родная моя – я никогда и ни к чему не стану тебя принуждать. Выбор только за тобой.

Тёрн осторожно взял мою руку и поднес к губам. Его глаза горели в темноте.

– Ты меня и не принуждаешь.

– Знаю. Но я не хочу, чтобы ты чувствовала себя неуверенно. Пойми, что бы ни случилось – я все равно буду рядом с тобой. В наших отношениях ничего не поменяется. И мое предложение будет дей?ствительно в любой момент. Клянусь.

Я это знала. И в то же время…

– мне не нужна покорность судьбе! – возмутился наглый элвар.

Нет, я тут на все соглашаюсь, а он еще спорить изволит!?

– Изволю! Потому что это неправильно! Пойми! Мне нужна ты! И нужна твоя любовь! Но – искрен?ние! А не так… по принуждению!

Я топнула ногой.

– Так! Хватит мне мотать нервы! Ты на мне женишься?!

– Да. А ты на мне?

Я зашипела. И протянула руку к кинжалу.

Тёрн перехватил мое запястье.

– Ёлочка, учти – это обратимо. Я в любой момент отпущу тебя на свободу.

Я кивнула. Я знаю. Ты – отпустишь. Даже если тебе будет больно. Даже очень больно. Но ты никогда не станешь удерживать меня силком. Ты слишком ценишь меня такой, какая я есть. И я… я тоже не смогу без тебя.

Я протянула руку. И рядом с алтарем, на специально расчищенном месте, вспыхнул огонек. Теперь все было готово для обряда.

Элвар осторожно взял кинжал из моих рук. Закатал рукав рубашки. Острый обсидиан, казалось, едва прикоснулся к запястью. Но по белой коже побежали тяжелые черные капли, скатываясь в мраморную чашу. Я глядела на это пару секунд, а потом тоже протянула руку за кинжалом, но Тёрн отвел его в сторону.

– Нет. Можно – я?

– Я девочка большая. И умею обращаться с такими игрушками, – проинформировала я.

– Знаю. Но… все равно – можно?

Я молча кивнула. И протянула вперед правое запястье. Я тебе доверяю. Полностью. Ты ведь не о кин?жале спрашиваешь, нет. Ты спрашиваешь разрешения позаботиться обо мне. Знаешь, что я справлюсь сама, но просишь моего разрешения. И это – очень важно для меня. Не приказ. Не распоряжение. Просьба.

– Да. Моя любимая, колючая, невозможная девочка.

Лезвие кинжала скользнуло по моей коже. Почти не больно. На тренировках бывало больнее.

И в чашу начала срываться и моя кровь. Тёрн улыбнулся мне. И перехватил запястье лоскутом своей рубашки. И когда только оторвать успел?

– Ты уверена?

– Да. Начнешь?

– Да.

Тёрн обмакнул палец в кровь. И ласково коснулся моего лба, рисуя замысловатый символ – знак вечности у меня на лбу.

– Я, Эйверелл Эстреллан эн?те?Арриерра, милостью неба правитель Элвариона, приношу клятву люб?ви и верности своей любимой, известной в этом мире под именем Ель. Призываю в свидетели небо и землю, огонь и ветер, клянусь своей кровью и своей жизнью быть ей верным, заботливым и любящим спутником. Благословите наш союз.