Глиняные кулаки (СИ) - Бородин Стас - Страница 50

Из черных амбразур тут же высунулись стволы аркебуз, и весь борт тергассца осветился яркими огоньками вспышек.

Пули звонко защелкали по шлемам, пробивая кольчуги и помятые кирасы пиратов как бумагу.

– Вперед! – завопил Ари. – Пустим торговцам кровь!

Палуба галеры зашевелилась словно живая, в орудийные порты противника полетели багры и стрелы, а на юте и на баке засверкали вспышки разряжающихся аркебуз.

– Вперед! – завопил Ари, своим ревом он мог бы напугать даже дракона. – Вперед, сдерем шкуры с трусливых ублюдков!

Спустя секунду оба корабля задрожали от боевых кличей. С палубы торговца донесся топот сотен ног, бряцанье оружия, и резкие команды. Загремели колеса пушек, втягиваемых в трюм, и застонали под весом абордажных команд "вороны".

– За мной парни! – закричал кто-то из пиратов, пытаясь проникнуть на пушечную палубу торговца, через открытый орудийный порт.

Смельчак ухватился за жерло пушки своей латной перчаткой, и выстрелил в темноту из пистоля.

Тергасский канонир злобно оскалился, и ударил пирата в лицо дымящимся запальником.

– Лезь наверх! – вопил Ари, подбадривая бойцов. – Не тратьте время на пушки!

Над фальшбортом торговца взметнулся целый лес шестиметровых пик, между которых, как сорняки в пшенице, чернели стволы аркебуз. Глухо затюкали топоры, обрубая абордажные крючья, а в одного из "воронов" вцепилась огромная механическая рука, кроша дерево своими железными пальцами.

– Если они отцепятся и отойдут, хотя бы на пару метров, нам конец! – рявкнул капитан, поворачиваясь к помощнику. – Их следующий залп отправит нас ко дну!

Спрятав саблю в ножны, и подняв с палубы тяжелый топор с оплетенной проволокой рукояткой, он бросился на помощь к абордажной команде.

– Еще крючья! – закричал первый помощник. – Цепляйте его баграми! Цепляйте его всем, что у нас есть!

Не обращая внимания на свистящие над головой пули, мастер Энгас хладнокровно перезарядил фальконет, развернул пушку на станине, направляя ее на черный квадрат орудийного порта, и поднял запальник.

Картечь забарабанила по толстенным доскам борта, и защелкала по медной пушке, впиваясь в тела обслуги и в картузы с чинна.

Рявкнул взрыв, выбрасывая длинный язык пламени, и с орудийной палубы повалил густой черный дым, из которого послышался надсадный скрежет металла, и вопли раненных пушкарей.

Вытирая с лица кровь, текущую из рассеченной брови, лекарь оттолкнул орудие, и вытащил из ножен саблю.

– Не ходи туда, Энгас, – голос Элиседа был сух и лишен эмоций. – Капитан сказал, что они сами справятся.

Стоящий у навеса Ниал был уже с ног до головы закован в железо, а бледная Диса, трясущимися руками, затягивала ему последние ремешки на панцире.

– Бросьте, командир, – Ниал глухо прогудел из-под опущенного забрала. – Если корабль пустят ко дну, мы все подохнем вместе с ним!

Арпадар взмахнул саблями, отбивая в сторону летящий багор, и распрямился в полный рост, заслоняя собой хозяина.

– Не подохнем, – хмыкнул Элисед. – Глядите, у них, похоже, неплохо получается!

Отряд аркебузиров спустился с бака, и открыл ураганный огонь по распахнутым пушечным портам, не давая канонирам перезарядить пушки.

Капитан Наркис взбежал по лесенке, составленной из человеческих тел, оттолкнулся ногой от плеча Ари, сжимающего подмышками охапки пик, и, перепрыгнув через головы морских пехотинцев, приземлился на палубе тергассца.

– Веред! – взревел Ари, вжимая головы в плечи, и наблюдая за пиратами, прыгающими в самую гущу свалки.

– Глядите, – они пробились на палубу, – хмыкнул Элисед, теперь все дело времени!

Налетевший порыв ветра полностью очистил сцепившиеся корабли от дыма, и перед мастером Энгасом и его друзьями предстала страшная картина, достойная пера мастера Леонарда.

Перед открытыми пушечными портами палуба галеры была сплошь усеяна изуродованными трупами и залита кровью. Среди поломанных весел и обломков фальшборта все еще копошились раненные, над которыми стояли оскалившиеся лучники, посылающие стрелу за стрелой в черные квадраты, с торчащими из них дулами медных пушек.

Палуба торговца напоминала оживший лес, или перевернутую на спину многоножку, судорожно перебирающую миллионом когтистых конечностей.

Повсюду сверкали полированные шлемы, да время от времени вспухали белые облачка выстрелов.

Две стальные змеи, усеянные блестящими шипами, вцепились в жирную тушу торговца железными жвалами. "Вороны" трещали и раскачивались из стороны в сторону. Железная рука, взлетела над лесом пик, и в очередной раз обрушилась на абордажников. Дерево затрещало, сходни переломились, и пираты посыпались вниз, в щель между раскачивающимися кораблями.

– Дело дрянь, – взревел Ниал. – И скоро будет еще хуже, если мы не вмешаемся!

Погладив Дису по голове рукой, закованной в латную перчатку, он поднял с палубы боевой молот, и тяжело ступая по скользкой от крови палубе, зашагал к орудийным портам.

Старый флибустьер, не мешкая, схватил прислоненный к стене багор, и направился следом за верзилой.

– Постой, Энгас, – кукловод шевельнул пальцами, и марионетка преградила лекарю путь. – Если тебя убьют, погибнут еще очень многие.

Элисед многозначительно кивнул на корчащихся на палубе раненных пиратов, и хитро ухмыльнулся.

– Что ты на это скажешь?

Лекарь секунду стоял, не шевелясь, потом бросил багор, и, ругаясь сквозь зубы, склонился над ближайшим к нему раненным, стучащим о палубу окровавленной культей оставшейся на месте ноги.

– Я так и думал, – пробормотал Элисед, переводя взгляд с лекаря, на массивную фигуру Ниала, решительно шагающую к абордажному "ворону".

Механическая рука щелкнула стальными когтями, разрывая пополам зазевавшегося лучника. Кровь брызнула во все стороны, и изувеченное тело пирата полетело за борт.

Грозно взревев, Ниал вскинул молот и ударил по железным пальцам, вгоняя стальные когти глубоко в палубу галеры. Следующий удар обрушился на переплетение гофрированных трубок, вырывая их из под бронированного рукава.

– Ниал знает толк в этих игрушках, – ухмыльнулся Элисед. – Ломать их куда проще, чем делать.

– С людьми то же самое, – проворчал мастер Энгас, выпуская из рук обмякшее тело матроса. – Боюсь, что я ничем не смогу им помочь.

Перепуганная до полусмерти Диса протянула лекарю раскрытый саквояж. Руки у девушки тряслись, а лицо было бледное как полотно.

– Спасибо, моя хорошая, – мастер Энгас коснулся окровавленным пальцем ее щеки. – Однако он мне пока не понадобится.

Выхватив саблю, лекарь бросился к абордажному мостику, на котором вовсю кипела жестокая битва.

Окруженный со всех сторон врагами, мастер Наркис вращал над головой топором, отбивая направленные на него клинки и обрубая древки пик.

Ари дрался как демон, оставляя за собой изуродованные трупы, рассеченные кирасы и пробитые шлемы.

Морская пехота на мгновение подалась назад, и пираты хлынули на палубу торговца, завывая как тысяча демонов сбежавших из Аннувира.

Опрокинув противника на спину, ударом молота, Ниал придавил его ногой к палубе. Тергассец хрипел, царапая стальными пальцами продавленную кирасу, борясь за каждый вдох.

– Гляди, Диса, – Элисед ухмыльнулся. – Победа близка! Чувствуешь ее запах?

– Я чувствую только запах смерти, – девушку передернуло, и она поспешно забилась под навес, вцепившись в безвольную руку Айса, лежащего на походной койке.

– Это и есть запах победы! – кукловод захохотал. – Будь я проклят, если сам пропущу все веселье!

Арпадар бросился вперед, молчаливый и бесстрастный, как сама смерть.

Тергассцы, попятившиеся было под напором пиратов, быстро перестроились, перегородив палубу непроницаемой стеной из опущенных пик. На ахтеркастле и на форкастле появились аркебузиры в алых камзолах, и лучники в желтых куртках.

– Это не тергассцы, – пробормотал Элисед, уставившись на Дису невидящими глазами. – Это какие-то наемники!