Глиняные кулаки (СИ) - Бородин Стас - Страница 51

Пальцы кукловода задергались, и марионетка со всего маха врубилась в строй копейщиков. Длинные пики зашевелились, пронзая тело Арпадара, и поднимая его в воздух.

Загремели выстрелы, и по костяному панцирю куклы защелкали пули.

Взмахнув руками, марионетка соскользнула вниз, на ходу срубая головы замешкавшимся пикинерам.

– Вперед! – взревел капитан Наркис, указывая окровавленным топором на образовавшуюся в строю противника брешь. – Еще удар, и они побегут!

Аркебузиры с ахтеркастля ответили слаженным залпом. Пока они перезаряжали свое оружие, на пиратов обрушился град пуль и с форкастля.

Ниал покачнулся, получив сильный удар в спину. Левая рука тут же онемела, пальцы разжались, и тяжелый молот с грохотом покатился по палубе.

Мастер Энгас вцепился в пробитое пулей бедро и громко зашипел от злости, проклиная богов, торговцев и капитана "Самнорской жемчужины" вместе взятых.

Квартердек-мастер Ари вонзил острие одной сабли пикинеру подмышку, а второй рубанул стрелка по бархатному берету, разрубая пучок ярких перьев и серебряную кокарду.

Мастер Наркис изо всех сил потянул на себя топор, застрявший в груди у мертвого тергассца, но в этот момент пуля оторвала у его шлема забрало, и вошла в щеку, круша на своем пути зубы, и разрывая язык.

Харкнув кровавым месивом, капитан ухватился за эфес сабли, однако кто-то тут же сунул ему в лицо пистоль, и нажал на курок.

Прорвавшиеся на палубу пираты попадали скошенные свинцовым градом, и тергассцы тут же перенесли огонь на раскачивающегося из стороны в сторону "ворона".

– Вот теперь дело дрянь! – зарычал Элисед.

От абордажной команды "Самнорской жемчужины" осталась лишь жалкая горстка бойцов, сгрудившихся вокруг окровавленного капитана, повисшего на плече у извергающего проклятия Ари.

Кольцо опущенных пик сжималось все туже, опрокидывая последних пиратов на палубу, и пронзая их окровавленные кольчуги.

– Оуууу! – взревел Кирк. Его круглая голова вертелась из стороны в сторону, а черные глазки неотрывно следили за битвой, стараясь ничего не пропустить.

– Ууууу! – страшный вой, вырвавшийся изо рта голема, заставил сражающихся замереть, оглядываясь по сторонам.

"Ворон" застонал под весом каменного гиганта, который перепрыгнув с корабля на корабль, как огромное ядро пробил строй пикинеров и врезался в ахтеркастль.

Во все стороны полетели обломки дерева и такелажа. Резные перила, украшенные фигурками богов, и изящные башенки с красными зубцами с громким треском рухнули на палубу, увлекая за собой орущих от ужаса стрелков.

Каменные ноги принялись давить ползающих среди обломков солдат как тараканов, сплющивая шлемы и сминая в лепешку кирасы.

– Вот наш шанс! – закричал Элисед, вскидывая руки вверх.

Арпадар как призрак появился из-за мачты, крутанул саблями, сбивая с ног лучников в желтых куртках, и бросился к группке пиратов, сгрудившихся на палубе.

Зажав подмышками бесчувственного Ниала и окровавленного лекаря, он взлетел на фальшборт, оттолкнулся ногой от планширя и грузно рухнул вниз на галеру.

Доски громко затрещали под костяными ногами, Ниал покатился по палубе, гремя доспехами, а мастер Энгас со всего маху врезался в навес, под которым пряталась перепуганная Диса.

Элисед усмехнулся, и упал на колени, хватаясь трясущимися руками, за обмякшую перед ним марионетку.

– Унннн! – голем загудел как каменный колокол, заслоняя своей широкой спиной обессиленных и израненных пиратов.

Тергассцы попятились, глядя, на приближающегося, подобно ожившей горе, великана, оставляющего за собой на палубе кровавые следы.

Пришедшие в себя стрелки на форкастле подняли аркебузы и обрушили на гиганта настоящий град пуль. Свинец защелкал по каменной груди, расплющиваясь, рикошетя, и осыпаясь на палубу.

– Унннн! – голова голема резко развернулась назад, и уставилась на окровавленных абордажников.

– Отходим! – захрипел Ари, забрасывая на плечо бесчувственное тело капитана, и первым бросился по изрешеченному пулями "ворону", усеянному мертвыми телами товарищей.

– Что он задумал? – мастер Энгас попытался встать на ноги, опираясь на руку Дисы, и не отводя взгляда от безрукой фигуры голема, окруженной лесом пик и сверкающих, в лучах заходящего солнца, клинков.

– Не знаю, – вздохнул Элисед. – Но нам нужно как можно скорее отцепиться от торговца, иначе нам придется очень туго, когда они опомнятся!

Ярко красный солнечный диск коснулся горизонта, и тергасский когг превратился в черный контур, вырезанный из тревожного багрового неба. Громадный голем, и окружающие его враги стали похожими на фигурки в театре теней, застывшими в последнем акте кровавой трагедии.

Пираты наблюдали за неподвижным великаном, открыв рты, все еще не веря в свое чудесное спасение.

– Ооооо! – выдохнул голем, и зашагал к "ворону".

Никто из тергассцев даже не пошевелился, чтобы его остановить. Они молча стояли, глядя на каменное чудовище, бормоча молитвы, и изо всех сил сжимая оружие побелевшими от напряжения пальцами.

Кирк величаво спустился на палубу галеры, и ударом ноги переломил сочащиеся кровью доски "ворона".

Тонкая полоска воды между кораблями стала быстро расширяться, когда течение подхватило покалеченную галеру, и поволокло ее к черной громаде острова, и пенным бурунам, вскипающим меж прибрежных скал.

Флаги на тергассце захлопали, и развернулись, сияя золотом в лучах утопающего в море солнца.

– Поднимается ветер! – вздохнул мастер Энгас, машинально перетягивая рану на бедре окровавленной тряпкой. – Глядите, они обрубили якоря и разворачиваются!

Парус на торговце пополз вниз, затрепетал, поймал ветер, и тяжелый когг медленно начал разворачиваться.

– Ну, держитесь парни! – закричал Ари, тоскливо глядя на открывающиеся орудийные порты с левого борта торговца.

Течение тащило галеру к берегу, однако расстояние между кораблями было все еще слишком маленькое, чтобы тергасские канониры могли промахнуться.

Первой выстрелила пушка, которая была ближе всего к корме. Ядро с воем пролетело над низким бортом галеры, и, вздымая фонтаны брызг, зарылось в черную волну.

Второй выстрел оказался более удачным. Нос галеры разлетелся в щепки, и корабль накренился, зачерпывая воду левым бортом.

Грохот волн, разбивающихся о прибрежные скалы, стал таким громким, что третьего выстрела на "Самнорской жемчужине" уже никто не услышал.

Дымящееся ядро ударило прямо в грудь голему. Кирк покачнулся, и упал навзничь, ломая сложенные на палубе весла и настил верхней палубы.

Кипящие волны ударили с обоих бортов, заключая корабль в соленые объятия. Пенные водовороты заплясали у моряков между ног, утаскивая через пробоины трупы, раненных, смывая кровь и копоть.

Мастер Энгас навалился на руль, зажав его подмышкой. Лицо лекаря стало бледным как мел, зубы оскалились в страшной гримасе, а мокрая косичка хлестала его по щекам как плеть.

С оглушительным ревом волна швырнула корабль на прибрежные камни. Палуба задрожала от страшного удара, и галера, зацепив за скалы килем, перепрыгнула через буруны, и врезалась покалеченным носом в черный песок.

Последние лучи солнца осветили распущенные паруса, на удаляющемся от острова торговце, и, спустя мгновение, мир погрузился во тьму.

Глава 17.

Большой жук, с изумрудной зеленой спинкой, и черными блестящими лапками, влетел, жужжа, под навес, и опустился Айсу на обнаженную грудь. Юноша вздрогнул, не глядя стряхнул непрошенного гостя, и перевернулся на бок.

Жук деловито проверил содержимое чашки стоящей на земле, громко щелкнул жвалами, и, быстро перебирая лапками, заспешил по своим делам.

Айс открыл глаза, и зажмурился от яркого солнечного света. Крыша была сложена из пальмовых листьев, которые тихонько шуршали, и потрескивали, когда легкий порыв ветра, пахнущего морем и солнцем, залетал под навес, лениво раскачивая колокольчик, висящий на длинном шелковом шнуре.