Лорд дракон (ЛП) - Робинсон Сьюзен - Страница 34

Встретившись с ним взглядом, Джулиана одарила его холодной улыбкой. — Если вы не хотите закончить, как этот пергамент, вы откажетесь от своего предложения.

— Если вы не хотите закончить в другом корыте, — заметил Грэй, в чьём взгляде отразилось знание полей сражений и жестокой резни, — вы перестанете вмешиваться.

Джулиана положила руку на рукоять другого ножа, висевшего на поясе. Как только она это сделала, Грэй одним быстрым движением спустил ноги со стола и вскочил. Джулиана заколебалась, вспомнив его скорость и силу; Грэй перегнулся через стол. Вскрикнув, она выскочила из комнаты, услышав на бегу слова Хьюго:

— Святая Троица, милорд, вы единственный известный мне мужчина, который смог заставить Джулиану отступить. Воистину, вы подходящий муж для моей дочери.

Смех Грэя несся ей вслед, но он не собирался преследовать её. Покраснев от ярости и унижения, Джулиана бежала к конюшням. Сердитый взгляд и грозные слова заставили грума оседлать ей кобылу. Она прыгнула в седло, пришпорила лошадь и умчалась прочь, прежде чем Грэй де Валенс додумался бы отправиться на её поиски.

Полынь горькая Выпитая вместе с аралией, полынь успокаивает вздутие живота. Смешанная с желчью буйвола и приложенная к человеческому глазу, исцеляет все болезни, препятствующие нормальному зрению.

Глава 13

Грэй с трудом сдерживал своё ликование, пока читал брачный контракт. Джулиана ворвалась в самый разгар переговоров, и её буйное присутствие мгновенно воспламенило его чувства. Она была разъярена до такой степени, что, казалось, сейчас из её пальцев ударит молния. А как сверкали эти глаза цвета стали. Слава Богу, он сидел — иначе Хьюго стал бы свидетелем весьма откровенной реакции его тела. До поздней ночи чувства в нём боролись со здравым смыслом. Этот брак не принесет особой выгоды, зато устроит настоящий фурор среди английских баронов. Но даже после долгих часов раздумий он всё ещё желал заполучить Джулиану.

До её появления его голова была свинцовой, и он не мог стряхнуть усталость, вызванную беспокойным, прерывистым сном. Он трижды просыпался в приступе неимоверного вожделения, разбуженный диким желанием. Трижды, чтобы подавить потребности плоти, он лил на голову холодную воду. А поскольку сейчас это средство было для него недоступно, он читал псалмы. Господь — пастырь мой; я ни в чём не буду нуждаться: он покоит меня на злачных пажитях и водит меня к водам тихим.

— Водам тихим, — со вздохом пробормотал Грэй, пытаясь справиться со своим телом. — Именно так, тихие, безмятежные, спокойные. Тихие.

— Всё в порядке, милорд? — возвышаясь над ним, Хьюго протянул список приданого Джулианы.

Грэй сглотнул.

— И впрямь, милорд, теперь всё в порядке, когда я беру вашу дочь в жёны.

— Ах, о Джулиане. Она — самый упрямый ребенок на свете, всегда была такой. Но вы должны понять, что несмотря на необузданный характер и упрямство, её сердце полно сострадания. Она не бережёт себя, если подступает какая-нибудь болезнь. Она заботится о людях из Вайн-Хилла, как о своей семье. Она — разумная девочка, не то, что две другие. При ней ваше домашнее хозяйство будет в полном порядке.

— Милорд, — Грэй прервал Хьюго, не дав ему продолжить.

— Да?

— Вам не нужно расхваливать достоинства вашей дочери или предупреждать меня насчет её недостатков.

Запихнув большие пальцы рук за пояс, Хьюго стал покачиваться с пяток на носки. — Я не хочу, чтобы повторилась неприятная история, как с вашим кузеном. Поэтому говорю без обиняков обо всех недостатках и несовершенствах Джулианы. Вы слышали историю их помолвки?

— Да.

— И всё же я хочу, чтобы вы знали правду об этом деле. У моей Джулианы имеется маленький телесный изъян.

— Я знаю, — ответил Грэй, — но у кого из рождённых женщиной не найдётся хотя бы одного? Это не имеет для меня ни малейшего значения.

Хьюго окинул взглядом присутствующих в комнате мужчин. — Значит, вы утверждаете перед этими свидетелями, что не опозорите мою Джулиану снова. Вы предупреждены, милорд. Хоть вы и могучий рыцарь и юстициар и сам король благоволит вам, я сделаю ожерелье из ваших зубов, если вы посмеете обидеть её.

— Не волнуйтесь, — сказал с улыбкой Грэй, — я скорее предпочту сгореть на костре, чем причинить ей боль.

Лорд Уэллс пристально посмотрел на Грэя и удовлетворенно кивнул. — Также считаю себя обязанным предупредить вас, что моя дочь наверняка устроит какую-нибудь интригу, чтобы вынудить вас отказаться от неё.

— С нетерпением жду состязания.

— Вы? Боже милостивый, а ведь действительно, вы — великолепная пара для моей Джулианы, раз можете получать удовольствие от такого сражения.

— Не волнуйтесь. Я смогу иметь дело с госпожой Джулианой, — сказал Грэй. — Ну что ж, оставим этих уважаемых господ для оформления сделки?

— В таком случае вы готовы подписать соглашение? — удивленно спросил Хьюго.

Неожиданно их прервал Артур, взяв Грэя за руку и отводя в сторону. — Кузен, я прошу, чтобы ты ещё раз всё обдумал. Ты ещё можешь получить девочку де Сэй. Какое значение имеет её недовольство тобой? Женщина Уэллса стоит менее половины…

— Нет. Госпожа Джулиана стоит для меня больше, чем все сокровища Мидаса. Ну-ну, не вставай на сторону своего брата — только не теперь, по прошествии всех этих лет.

Артур горько улыбнулся. — Мне интересно, как ты проделывал этот трюк, с помощью которого мог заставить его выбежать из комнаты. Как тебе это удавалось, просто что-то шепнув ему на ухо?

— Нет никакого секрета в запугивании мужчин, кузен. Достаточно лишь одного желания убить. Я видел, ты делал то же самое. Только почему-то со своим братом ты колеблешься. А теперь перестань отговаривать меня от этого брака.

— Но твой отец никогда не согласится. От каждого наследника ожидают….

— Я сильно отличаюсь от большинства наследников, — спокойно парировал Грэй. Их глаза встретились, и Артур отвёл взгляд.

После неловкой паузы Артур произнес:

— Конечно, кузен, но ты обязан поддерживать положение своей семьи.

— Я знаю, что смена курса показалась тебе чересчур крутой, но я думал об этом всю ночь. Моя семья, когда мне было восемь, отпустила меня на все четыре стороны, чтобы я выбрал собственный путь. Когда я был ложно обвинён, опозорен и просил помощи, ни один из них не потрудился встать на мою сторону. Почему я должен принести себя в жертву на алтарь английского баронства, когда это может уничтожить меня? Я буду хорошо управлять Стрэтфилдом, но если я должен посвятить свою жизнь другим, я хочу иметь и что-то для себя, а именно Джулиану.

— Но твой отец не согласится.

— Мой отец будет уважать моё решение, если хочет видеть меня наследником Стрэтфилда. Иначе я возвращусь в Валенс, который обширнее, чем моя наследственная собственность в Англии. Я не нуждаюсь в Стрэтфилде и его богатстве. Французский король будет счастлив принять меня обратно. В конце концов, земли я получил за службу именно ему. — Грэй внимательно наблюдал за выражением лица Артура, затем рассмеялся. — Развеселись, кузен. Радуйся, что я рискую быть изгнанным отцом. Если я уеду, то всё унаследует Эдмунд, а его наследник — ты.

— Эдмунд! Это — слишком ужасная цена. — Артур понизил голос. — Знаешь, он более интересуется охотой и женскими юбками, не пропуская ни одной, нежели заботой о своих поместьях. При этом ему годится любая женщина, попавшаяся на глаза. Он разорит Стрэтфилд так же, как разоряет наши собственные владения. Грэй, твой сумасшедший план приводит меня в бешенство.

Грэй хлопнул кузена по спине. — Мне жаль, Артур, но у меня нет выбора, если только я не хочу сойти с ума от неразделенной… У меня нет выбора.

Он вернулся к Хьюго, чтобы официально скрепить договор. Распрощавшись с будущим тестем, Грэй поспешил из замка к своему шатру, требуя седлать лошадь.

— Имад!

— Да, хозяин.

— Кто-нибудь видел, куда она пошла?

— Она поехала на запад, хозяин, в холмы. Я послал оруженосца проследить за ней, но он вернулся, сказав, что потерял её, когда она съехала с тропы.