В походах и боях - Батов Павел Иванович - Страница 120

Бойцы с любопытством рассматривали следы недавних боев - разбитую технику врага, полуразобранные завалы и баррикады, леса, где к деревьям были подвязаны заряды тола, так и не подорванные немцами, убегавшими под ударами наших боевых товарищей, воинов 1-го Белорусского фронта.

...Промелькнул по пути пустой, покинутый жителями Нойе Штеттин, остался позади полуразрушенный Штатгарт. Армия выходила на новый рубеж.

Форсирование Одера

На берегу Ост-Одера, - Рискованный ответ. - "Два Днепра, а посередке Припять". - Корректив к плану форсирования. - Бросок через Вест-Одер. Трудности у соседа слева. - Щецин. - У моря.

Картины боев в низовьях Одера (Одры) заново проходят перед главами. Последний подвиг 65-й. Полмесяца борьбы, чрезвычайно насыщенной событиями. Что в них самое интересное? Пожалуй, то, как вспомогательное, обеспечивающее направление, на котором действовала армия, переросло по логике событий в главное направление сил фронта.

...Войска на марше. Машины рекогносцировочной группы командарма обгоняют в ночной темноте колонну за колонной. Знакомиться с новым рубежом выехали командиры всех трех корпусов и начальники родов войск - Борисов, Никитин, Новак, Швыдкой, новый командующий артиллерией армии П. П. Михельсон.

- Какое совпадение, - говорил инженер, - опять, как на Днепре, сменяем шестьдесят первую армию.

- Да, но теперь, кажется, на нашу долю останется самая черновая работа.

- А я верю, - откликнулся шуткой Никитин, - что встреча с Беловым принесет снова удачу!..

Однако первое впечатление после бесед с командирами сдающих рубеж Степница - Грыфино частей армии П. А. Белова и 1-й польской армии было малоутешительным. Товарищи смогли снабдить нас крайне ограниченными сведениями о противнике. Они сами недавно вышли на этот участок, расположившись в лесах, километра за три от реки. Полная неясность царила в таких вопросах, как характер инженерных сооружений у немцев, расположение опорных пунктов, огневых средств, наличие резервов в глубине обороны. Времени - в обрез, а мы оказались слепыми.

Поднявшись на крышу рыбачьего домика, стоявшего недалеко от берега, всматривались в долину Одера. С моря тянул сильный ветер и как будто раздвигал занавес утреннего тумана. Река лежала внизу, запутанная, подобно головоломке. Два мощных рукава - Ост-Одер и Вест-Одер - шириной от 100 до 240 метров, а между ними огромная трехкилометровая пойма, вся переплетенная бесчисленными протоками, каналами и дамбами, среди которых возвышались похожие на казематы быки взорванного моста Берлинской автострады. Гидротехнические и дорожные сооружения выглядели так, словно их нарочно создавали для нужд обороны. Километрах в четырех, на западном берегу Вест-Одера, поднимались крутые высоты.

После осмотра местности состоялся обмен мнениями с командирами корпусов. Как получить в короткие сроки сведения о щецинской группировке немецко-фашистских войск, занимавших главную полосу обороны по западному берегу Вест-Одера с сильным прикрытием в междуречье? Все сошлись на том, что в этих сложных условиях имеется только один способ: провести частную операцию крупными силами на широком фронте и добыть нужные данные. Заставить немцев показать свою оборону, раскрыть систему огня.

Таким образом, нужда навела в то утро на мысль о частной операции в междуречье. Генералам Эрастову и Чувакову было сказано: обдумайте и представьте свои наметки, стараясь решить попутно и главную задачу - улучшить исходное положение войск, приблизиться к противнику. О большем пока не думали, хотя именно это решение и привело в конце концов к крутому перелому событий 20 - 23 апреля.

Вскоре на Одер прибыл командующий фронтом. Пригласил всех трех командармов ударной группировки фронта участвовать в его личной рекогносцировке. Это было 10 апреля. Встреча состоялась в районе Жидовице на НП 65-й, у автострады (когда-то в этом здании было управление шлюзами). Первым приехал наш левый сосед - генерал В. С. Попов, командующий 70-й армией, за ним следом командарм 49-й генерал И. Т. Гришин и маршал с большой группой генералов.

Настроение приподнятое. На огромной территории развертывалась великая битва за Берлин. В то время как войска нашего фронта готовили наступление на щецинском направлении, 1-й Белорусский и 1-й Украинский фронты осуществляли широкие мероприятия по подготовке операции на берлинском направлении. Еще усилие - и гитлеровский рейх будет уничтожен.

Рокоссовский сказал:

- Прежде всего, товарищи, я передам вам требование Ставки. Наступление наших войск должно вестись с незатухающей силой днем и ночью. Дни гитлеровской Германии сочтены. Но темп теперь не только военная проблема. Это проблема большой политики.

Далее командующий объявил замысел фронтовой операции. Мы должны не выпустить Мантейфеля{32} к Берлину.

Войска 2-го Белорусского фронта ударом своего левого крыла на северо-запад отсекают от берлинского направления основные силы 3-й танковой армии немцев, прижимают их к морю, где и уничтожают.

Ударом на Штрелитц решалась идея прорыва всего оперативного построения обороны противника на глубину 120 - 160 километров. Фронт 3-й танковой армии раскалывался на части. Войска первой линии обороны немцев - то есть правый фланг 32-го армейского корпуса, целиком армейский корпус "Одер" и левый фланг 46-го танкового корпуса - уничтожались в ходе прорыва. При развитии успеха должны быть разгромлены ближайшие оперативные резервы противника. С выходом ударной группировки фронта на линию Росток - Висмар - Шверин - Ленцен отрезался северный фланг 3-й танковой армии (101-й армейский корпус и основная часть 32-го); прижатые к берегам Балтики, эти войска капитулируют или будут уничтожены.

После уточняющих вопросов по обстановке перед войсками фронта маршал продолжал:

- Решающую роль при наступлении должны сыграть семидесятая и сорок девятая армии. Перед войсками вашей армии стоит задача обеспечить с севера ударную группировку фронта. - Он обратился ко мне: - Сил у вас, Павел Иванович, несколько меньше и более широкий фронт наступления, но, думаю, шестьдесят пятая не отстанет от левофланговых армий, сумеет взять необходимый темп наступления...

- Мы и на этом направлении в люди выйдем, товарищ командующий!

Слово не воробей, вылетит - не поймаешь. Рокоссовский посмотрел оценивающим взглядом, но ничего не сказал. Он напомнит этот рискованный ответ ночью 18 апреля.

Доклады по армиям заслушивались с показом на местности. Поднялись на чердак здания. Условия наблюдения удовлетворительны: хорошо просматривались оба русла Одера и широкая пойма между ними в полосе нашей и 70-й армий. С помощью биноклей и стереотрубы отчетливо видна восточная и юго-восточная окраина Щецина. Как огромная глыба серого камня, этот город нависал над рекой. Передний край главной полосы обороны немцев по западному берегу Вест-Одера местами просматривался на глубину 1 - 4 километра.

Наша оперативная группа в предыдущие дни уже проделала значительную работу. Это дало командарму возможность изложить свое предварительное решение, показать на местности полосу предстоящих действий, оперативное построение войск и направление главного удара.

65-я армия развертывается на 17-километровом фронте Домбе - Грыфино. Главный удар наносит левым флангом, форсирует Одер и прорывает оборону противника на 4-километровом участке Курово - Колбасково. Широко используя подходы к реке вдоль разрушенной Берлинской автострады, мы своими активными наступательными действиями обеспечиваем успех ударной группировки 70-й и 49-й армий.

Из девяти стрелковых дивизий в первом оперативном эшелоне армии на главном направлении предполагается сосредоточить семь, то есть два корпуса - 46-й и 18-й. Третий же корпус, 105-й, блокирует с юга Щецин, а частью сил наносит вспомогательный удар. Оперативное построение войск армии - одноэшелонное. У стрелковых корпусов, выдвигаемых на главное направление, - двухэшелонное.