Блестящая партия - Маклейн Джулиана - Страница 56

Джеймс в ответ только кивнул, он просто не знал, что сказать. Раньше ему и в голову не приходило серьезно разговаривать с братом, и вот теперь они говорят о Софи – женщине, которую он любил.

Одно было плохо – он опять уехал из дома, не попрощавшись с ней. Если бы только он мог избавиться от страха, полюбить ее и быть любимым в ответ! Страха, который преследовал его всю жизнь и исходил от его предков.

– Ты так и не сказал мне, зачем мы здесь, – осторожно произнес Мартин. – Хотя просьба хранить секреты звучит весьма заманчиво...

Джеймс невесело усмехнулся:

– Будем надеяться, что это будет интересно, и только.

– Надеюсь, ничего опасного?

– Этого я не знаю, пока не выясню, кто такой этот чертов Пьер Биле и почему в боковом ящике его стола лежит письмо, адресованное Женевьеве Ларуа.

Мартин нахмурил брови.

– Я должен знать это имя?

– Сомневаюсь, но оно кое-что значит для меня. – Джеймс оперся локтями о колени, продолжая крутить стакан с бренди между ладонями, – пришло время и тебе кое-что узнать о твоем покойном отце, брат.

Он опять так поступил, опять уехал в Лондон, не попрощавшись и не сказав никому о цели своей поездки. Дворецкий утром сообщил Софи, что его светлость, взяв с собой Мартина, отбыл вскоре после обеда. Это показалось Софи весьма удивительным, поскольку она знала о желании мужа сохранять дистанцию по отношению к родным.

Особенно ее волновало то, что Джеймс уехал так неожиданно именно после ее разговора с ним, который так и не развеял его подозрения в том, что это она автор любовного письма Пьеру Биле.

Неужели он уехал из-за этого?

Впрочем, у него было достаточно оснований покинуть дом. Она тоже чувствовала бы себя обиженной, если бы Джеймс поступил с ней так же, как она с ним.

Утро тянулось медленно. Марион спала, и Софи не оставалось ничего другого, как только ходить по комнате, пытаясь сообразить, что еще она может сделать. Так ли уж срочно надо было решать эту проблему? Пьер уехал вместе с другими гостями и теперь не представлял опасности для Лили. Возможно, Джеймс вернется вечерним поездом, и тогда она поговорит с ним.

Софи также надеялась, что Марион к тому времени не передумает и расскажет сыну всю правду.

Боже, ну почему Джеймс выбрал именно этот день, чтобы уехать?

Будучи не в состоянии больше находиться одна в комнате, чувствуя свою беспомощность и невероятно волнуясь, Софи решила спуститься в столовую. Время ленча еще не наступило, и ей пришлось немного подождать, сидя за столом, пока принесут еду.

– Уотсон, – спросила Софи у лакея, стоявшего у стены, – где все?

Лакей слегка поклонился.

– Ваша светлость, вдовствующая герцогиня попросила принести ленч в ее комнату, а юная леди, вероятно, скоро придет.

Софи удивленно взглянула через стол на пустую тарелку.

– Обычно Лили не опаздывает к ленчу. Может быть, она нездорова?

– Я не знаю, ваша светлость.

Расправляя салфетку у себя на коленях, Софи подумала, что, возможно, Лили просто задремала после бессонной ночи. Взяв в руки вилку, она поковыряла ею в тарелке. И тут же почувствовала, что не сможет проглотить даже маленький кусочек, поскольку аппетит у нее совершенно отсутствовал. Вряд ли ей удастся поесть, пока она не узнает, где Лили и что с ней.

– Пойду посмотрю, как она. – Софи вежливо улыбнулась и положила салфетку на стол. – Хочу убедиться, что с ней все в порядке. Это была тяжелая неделя, Уотсон, и все переутомились.

Лакей открыл перед ней дверь, и Софи, приподняв края длинных юбок, поднялась по лестнице, надеясь найти Лили в ее комнате: возможно, она целует сейчас свою подушку и думает, что это Пьер.

Следовало признаться, что такая картина вполне успокоила бы Софи. Ей хотелось верить, что большая часть услышанного ею накануне от Лили была просто фантазией – другое объяснение оказалось бы весьма опасным.

Когда она постучала в дверь и ответа не последовало, Софи постучала еще раз, а затем вошла в комнату, но там никого не было.

– Лили? – Почувствовав неладное, Софи подошла к большому дубовому гардеробу и открыла дверцу. Платьев там не было.

Подобрав юбки, Софи бросилась разыскивать горничную Лили.

– Жозефина! – закричала она на весь коридор, не очень отдавая себе отчет в том, куда направляется и где остановится, желая лишь получить хоть какой-нибудь ответ.

Когда она подбежала к главной лестнице, домоправительница миссис Далримпл, появившись внизу, глядя вверх, спросила:

– Ваша светлость, что случилось?

– Где Жозефина? – спросила Софи, быстро спускаясь по лестнице.

– Она утром отправилась в деревню, – объяснила миссис Далримпл.

– Леди Лили тоже была с ней?

– Нет, леди Лили просила, чтобы ее не беспокоили. Она очень устала, ваша светлость, и сказала, что хочет побыть одна.

Уловив, наконец, суть происшедшего, Софи, прежде всего, постаралась успокоиться. Ничего хорошего не будет, если все слуги узнают о том, какие страхи терзают ее.

Но неужели Лили сбежала из дома с незнакомым человеком, который к тому же может оказаться ее сводным братом?

«Боже, пусть это окажется моей фантазией, – подумала Софи. – Репутация девушки будет навсегда погублена. И если бы только это...»

Софи глубоко вздохнула:

– Понимаю. Тогда я не буду ее беспокоить. Пойду посмотрю, что делает Марион.

Улыбнувшись, она стала медленно подниматься по лестнице, но как только убедилась, что ее никто не видит, тут же припустилась во всю прыть.

Остановившись у дверей свекрови и переведя дух, Софи громко постучала.

Когда Марион, открыв дверь, увидела выражение ее лица, она сразу отступила в сторону и жестом пригласила Софи войти.

– В чем дело? Что случилось на этот раз?

– Вы не знаете, где Лили?

– Нет, я все утро была у себя. Разве она не вышла к ленчу?

Приложив руку ко лбу, Софи на мгновение закрыла глаза.

– Сядьте, Марион. Боюсь, случилось нечто страшное...

Лицо старой герцогини мгновенно побледнело.

– У нас нет времени, поэтому я буду говорить откровенно. Я только что была в комнате Лили и убедилась, что ее там нет. Она исчезла.

– Исчезла? Что вы хотите этим сказать?

– Ее платьев нет в гардеробе, а миссис Далримпл сказала мне, что Лили сегодня утром отослала горничную в деревню. Что, если она сбежала или совершила еще какую-нибудь глупость?

Марион беспомощно опустилась на стул.

– Нет, моя дочь не могла себе такого позволить! – Голос ее внезапно затих, и она тупо уставилась на стену.

Софи опустилась на колени и осторожно коснулась плеча свекрови.

– Мы должны сделать все, чтобы найти ее. – Она ударила кулаком по ручке кресла.. – Вот только где же Джеймс? Почему ему понадобилось именно сегодня ехать в Лондон?

Неожиданно Марион схватила Софи за рукав.

– Мы можем вызвать его. Почему бы нам не послать ему телеграмму?

– Да, действительно, – обрадовалась Софи. – Напишем, чтобы он немедленно вернулся, так как это весьма срочно. – Поднявшись на ноги, Софи направилась к двери, но вдруг остановилась и обернулась к Марион: – Дай Бог, чтобы я ошиблась. Возможно, Лили просто захотелось побыть какое-то время в одиночестве...

Старая герцогиня печально покачала головой:

– Нет, я хорошо знаю свою дочь. В ней горячая кровь Лэнгдонов, и нам следует опасаться самого худшего.

Глава 25

Измученный и усталый, Джеймс с трудом выбрался из кареты, и все же по ступеням замка Уэнтуорт он почти бежал, а зайдя в холл, на ходу бросил пальто лакею.

– Где герцогиня? Я должен увидеть ее немедленно.

– В гостиной, ваша светлость.

Джеймс быстро прошел через холл. Телеграмма была пугающе неопределенной, и он всю дорогу обдумывал всевозможные причины. Может, Софи внезапно заболела или что-то случилось с матерью?

Оставив Мартина в Лондоне, Джеймс поручил ему провести расследование относительно персоны Пьера Биле. В распоряжение брата он передал список людей, знавших их отца и, возможно, располагавших сведениями о Женевьеве. На этот раз Джеймс полностью доверился брату, и Мартин, казалось, был невероятно благодарен ему за доверие.