Великий магистр (СИ) - Грушковская Елена - Страница 45

— Мы пришли с мирными намерениями, — не сдавалась я. — Всего лишь поговорить с президентом. Она не отвечает ни на звонки, ни на письма, а нам крайне необходимо обсудить с ней нечто важное.

— Простите, приказ президента, — повторил непробиваемый начальник охраны.

— Пожалуйста, доложите президенту о моём приходе, — настаивала я. — Может, она всё-таки захочет встретиться?

— Да уже доложено, как только вас засекли, — ответил тот. — Пускать не велено.

— Хм, вот, значит, как. А если мы попытаемся войти? Тема очень серьёзная.

Начальник охраны был мне незнаком. Может, недавно назначен? Не знаю, какой бы получился разговор, встреть меня здесь, скажем, сам Каспар. Но у него, видимо, есть дела поважнее… Тут, видно, начальнику в динамик гарнитуры что-то передали, и моя паутина тревожно зазвенела… Готовность номер один!

— Вы арестованы, госпожа Великий Магистр! — заявил начальник охраны. — За попытку проникновения!

— Какую попытку? — засмеялась я, искренне удивившись. — Мы даже ещё не пытались.

— Двинетесь вперёд хоть на волосок — стреляем! — был ответ.

Странный он какой-то — нервный. Дёргался слишком. Да, с таким каши не сваришь. Может, уйти, не провоцировать его, не рисковать ребятами? Я-то владею силой жука, а вот моя охрана пока обычная. Уйти… Не поговорив с Юлей?

— Ребята, — сказала я охране вполголоса. — Вы свободны.

Они вытаращились на меня. Я кивнула.

— Да, да, свободны. Спасибо, что сопроводили, дальше я сама.

— Но Госпожа…

— Это ПРИКАЗ!

От моего рыка пошло волнами пространство. Моя охрана, посерев с лица, попятилась.

— Приказ, мать вашу! Всем возвращаться в замок!

Они не посмели ослушаться. Отправив свою охрану, я повернулась к авроровцам. Они были явно озадачены моим поступком.

— Ну вот, видите? В подтверждение того, что я пришла с миром, я отпустила охрану. Теперь можете меня хоть арестовывать, только проводите к президенту.

Охранники обступили меня.

— Руки!

Я выставила руки вперёд.

— Не так, за спину!

Я повиновалась. На моих запястьях защёлкнулись наручники. Они что, всерьёз думали, что это меня в случае чего остановит?.. Да я порву эту железку на счёт «раз».

Ан нет, не выйдет… Наручники были силовые, такие просто так не порвёшь. Новинка… Держал не железный замок, а поле. Ну ладно, посмотрим, чем ещё они меня удивят.

Меня отконвоировали в офис. Охраны было полно и там — целый полк, и все провожали меня напряжёнными взглядами. Я шествовала под конвоем, в наручниках, с лёгкой ироничной улыбкой на лице. Многих здесь я знала — если кого-то и не по общению, то просто в лицо. В ответ на их недоуменные взгляды я подмигнула.

— Привет, ребята… Вот, госпожа президент удостоила меня своего внимания.

Однако привели меня не к Юле, а в подвал, и закрыли в камере с колоссальной толщины дверью с сейфовым замком. Так… Что-то мне всё это очень не нравится.

8.4. Последнее предупреждение

Время тянулось, а за мной никто не приходил. Но я терпеливо ждала, не теряя надежды: может, Юля одумается и выслушает меня? Впрочем, разместили меня не сказать чтобы очень удобно, и ничего хорошего это не предвещало, а потому моя надежда таяла с каждой минутой.

Так прошло пять часов. Паутина звенела всё тревожнее, и наконец я решила: с меня хватит. Это уже ни в какие ворота! Встречи с Юлей я, похоже, уже не дождусь, а вот кое-чего другого могу дождаться. По всей видимости, выпускать меня не собирались, и я печёнкой чувствовала, что этим они могли воспользоваться, чтобы надавить на Орден.

Забавно: когда-то так поступил именно Орден. Теперь роли поменялись, лишь заложник остался тот же — я. Вот только заложником я была уже далеко не таким беспомощным.

Пора отсюда выбираться. Крылатый, помоги мне…

Внутри меня будто зарождался торнадо. В какой-то момент я вдруг увидела себя со стороны — сидящую на лежанке, со скованными за спиной руками и закрытыми глазами. Моё «я» стало огромным, как Вселенная, и мне были подвластны все процессы, происходящие в ней. Почему бы не договориться с полем, державшим мои руки скованными? Почему бы по-дружески не попросить его чуть ослабнуть? Или стать нестабильным? Поле, конечно, ничего против меня лично не имело — мы не были с ним врагами, даже напротив — были едины, как части мироздания. Конечно, оно было готово исполнить мою просьбу и слегка забарахлило, стало прерывистым, и в один из таких перебоев я рванула руки в стороны…

Браслеты разомкнулись и упали на пол. Я растёрла затёкшие запястья и подошла к двери. Масса металла толщиной двадцать сантиметров — такую и хищнику не пробить. Ну, хищник, может, и не пробьёт, а вот крылатый… Надо только сосредоточиться на раскручивающемся в груди торнадо, а потом… выпустить его наружу!

На грохот сбежалась, наверно, вся охрана. Я и в неё выпустила из груди ураган, и все разлетелись в стороны, как кегли от шара. Не желая никого убивать, я направляла все выпущенные в меня снаряды в пол или потолок, наблюдая нарастающее изумление и почти панику на лицах авроровцев. Ни один их выстрел не достигал цели, снаряды будто бы рикошетили от какого-то невидимого щита. А мне что? Я знай себе отбрасывала их еле заметно ползущие в меня снаряды и шла к своей цели.

Юля, надо отдать ей должное, не побежала прятаться, услышав звуки пальбы. Она встретила меня в своём кабинете — хоть и белая, как мрамор, но не трясущаяся от страха. Я спросила только одно:

— Ты читала письмо? Знаешь, о чём я хотела с тобой поговорить?

По её глазам было видно — читала. Но не сочла нужным ответить.

— Что ж, Юля, это было последнее предупреждение. Орден не будет нападать, но, защищаясь, не станет ограничивать себя в средствах.

8.5. «Да» и «нет»

К замку я успела как раз вовремя: он был окружён тремя сотнями авроровцев во главе с Каспаром, который кричал в мегафон:

— Сопротивление бесполезно! Великий Магистр у нас!

Встав рядом с ним, я чиркнула зажигалкой и прикурила.

— Привет, Кас. Разговора с Юлей у нас не получилось, пришлось уйти не солоно хлебавши.

Он вздрогнул и уставился на меня. Каюсь, специально устроила эффектное появление. Когда я брала у него мегафон, он от неожиданности даже не препятствовал.

— Ребята, всё хорошо, я здесь! — крикнула я. — Сдаваться уже не нужно, ни в коем случае! Я сейчас приду! — Вернув ему мегафон, я добавила: — А сейчас извини, я пойду. Юля не отличилась гостеприимством, даже не предложила мне перекусить, так что я страшно голодна.

Не успела я сделать и пяти шагов, как Каспар воскликнул:

— Стой!

Я остановилась и обернулась. О, как волнительно находиться под прицелом трёхсот стволов! Каспар сверлил меня взглядом и был весь напряжён, как охотничья собака. Но он колебался, он не знал, как поступить, и его внутренние метания были мне так же слышны, как если бы он высказывал всё это вслух.

— Кас, ну ты же не прикажешь в меня стрелять? — улыбнулась я.

Он кусал губы и не отвечал ни «да», ни «нет». Между этими «да» и «нет» внутри у него сейчас происходило грандиозное сражение.

— Ты хочешь устроить здесь бойню? — продолжала я. — Она гарантирована, если вы сделаете хотя бы один выстрел. В замке дети. Мы будем защищать их до последнего. Ну, ты не возражаешь? Я пойду?

Я сделала ещё один шаг, и послышалось клацанье затворов. Секунда… Каспар поднял руку и сказал хрипло:

— Не стрелять!

Я беспрепятственно дошла до ворот.

Когда я вошла в замок, на моей шее сразу повисла Вика.

— Ну, ну. — Я погладила её по лопатке. — Со мной всё в порядке.

— Ты здорово нас напугала, Госпожа, — сказал Оскар. — Когда вернулась охрана и сказала, что ты её отпустила… А потом под стены замка пришли авроровцы с заявлением о том, что ты захвачена…