Камень Януса - Гриффитс Элла - Страница 49

— Конечно, теперь я уже не так много делаю, — продолжил сэр Родерик. — Тем не менее являюсь членом Исторического общества и попечителем музея.

Музея! В голове Рут зазвучал набатный колокол, и она сразу вспомнила куклу зародыша, двухголового теленка и черную ткань, которую ей набросили на голову. И в тот же миг узнала запах — лимона и сандалового дерева. Этот запах едва ощутимо исходил от сэра Родерика Спенса.

— Мой отец был великим латинистом, — произнес тот. — Кристофер Спенс. Ты о нем слышала?

Интуиция подсказала Рут, что лучше ответить утвердительно.

— Он был грандиозным человеком. Великим педагогом. Написал много книг о Древнем Риме. Но не получил того признания, которого заслуживал. Умер сломленным. Так и не оправился от смерти моей сестры.

— Ваша сестра умерла? — Рут вспомнила: Нельсон что-то говорил об Аннабел Спенс. Неужели сестра Родерика и есть тот ребенок, которого зарыли под дверью?

— От скарлатины. И с тех пор все пошло не так, как прежде. Мать не выходила из своей комнаты и целые дни плакала. Отец пропадал в школе и не хотел возвращаться домой. Понимаешь, он сознавал, что дом проклят. Вот почему я был вынужден убить другого ребенка. Чтобы снять проклятие.

Рут внезапно похолодела:

— Какого ребенка?

— Моего, — небрежно ответил Родерик. — Я переспал с одной из служанок — невежественной ирландкой, но вполне миловидной. — Он помрачнел.

— И у нее родился ребенок?

— Да, произошло именно это. — Родерик покосился на свою пленницу. — Я был тогда еще мальчишкой. Ей понравилась моя пылкость. Она говорила, что любит меня. Бедняга! И у нее родился ребенок. Девочка. Она назвала это существо Бернадеттой.

«Существо!» Рут почувствовала, что ее глаза наполняются слезами. Девочка, которую закололи ножом, обезглавили и зарыли под дверью, была ребенком сэра Родерика. Но для него она до сих пор всего лишь «существо».

— Что случилось с матерью? — спросила она.

— О, мать вернулась в Ирландию, страну святых и ученых. Я закопал тело в саду, но когда мой отец обзавелся аркой и колоннадой, зарыл останки под новым входом. Жертва Янусу. Он защищает стены и двери. А голову бросил в колодец. Мне показалось, что так будет правильно. — Он самодовольно улыбнулся.

— Но я-то какое имею ко всему этому отношение? — произнесла Рут, подумав: «Даже если я сумею освободиться, то смогу ли проскочить мимо него? Родерик хоть и стар, но на вид крепок, и у него в руке нож».

— Этот детектив, Нельсон, слишком близок к истине. Я сказал сыну, будто у меня болезнь Альцгеймера, и он охотно поверил, что я слабоумен. Совпадает с тем, что он и его безмозглая жена думают обо мне. Но он хотя бы не стесняется открыто говорить при мне. Считает, что я ничего не понимаю. Я убедил его взять меня с собой на раскопки. Увидел, где вы копаете, и понял, что в конце концов доберетесь до истины. Потом, находясь в полицейском участке, я подслушал ваш разговор. Когда старший инспектор Нельсон куда-то убежал, он оставил на столе свой телефон. Очень неосторожно. Я прочитал твое сообщение и все узнал. Если он не бросит расследование, то я убью его дочь. Это будет справедливо.

— Нет! — крикнула Рут.

Родерик не обратил на ее возглас внимания и продолжил:

— Я увидел тебя на италийских раскопках. Приезжал туда с членами Ассоциации консерваторов. Они наняли автобус — очень цивилизованное мероприятие. А затем заметил на раскопках на Вулмаркет-стрит и связал одно с другим. Решил, дай-ка попытаюсь тебя запугать. Написал твое имя на камне кровью петуха. Сильное магическое действие. Понимал, что археолог из Суссекса наткнется на надпись и расскажет тебе. Думаю, что кукла зародыша — хорошая находка. Я не сомневался, что ты окажешься там, потому что накануне ты обедала с Максом.

— Вы хорошо информированы, — процедила Рут.

— Моя внучка работает на раскопках, — небрежно сообщил Родерик. — Она рассказывает обо всем, что там происходит.

— Ваша внучка?

— Неотесанная девчонка. Но полезная. Затем, как и следовало предполагать, Нельсон захотел провести анализ ДНК. Стало ясно, что он установит связь между мной и останками ребенка. Следовало действовать быстро. Я знал, что ты отправишься на италийские раскопки взглянуть на камень. Поджидал тебя каждое утро. Не сомневался, что ты приедешь. Ты была очень любезна, вызвавшись достать что-то из моей машины. А когда наклонилась, я ударил тебя по голове фонарем. Очень удобный инструмент для подобных целей. Затем приволок на лодку.

— Как вам удалось втащить меня на борт? — Рут вспомнила веселые семейства, жарящие на берегу шашлыки. Уж кто-нибудь да заметил бы человека, который несет на лодку недвижимое тело. Неужели у Родерика хватило на это сил?

— Я завернул тебя в ковер. Как Клеопатру, — усмехнулся он. — Подъехал на автомобиле к лодочной пристани. И какой-то человек был настолько добр, что предложил помочь донести мою ношу. Еще удивлялся, почему ковер такой тяжелый.

— Куда вы меня везете?

— В дом, где есть все необходимое для дела. — Он походил на эксцентричного старичка, увлеченно рассказывающего о своем любимом хобби. С той лишь разницей, что у него в руке был нож, а глаза светились сумасшедшим блеском. — Там, куда я тебя везу, никому не придет в голову нас искать. Нельсон должен будет признать, что потерпел поражение от человека, более сильного, чем он.

— Вы ему сказали? — Если Нельсон знает, он уже несется, будто на крыльях. Перевернет землю, чтобы ее спасти. О, хоть бы он ему сообщил!

— Я послал ему эсэмэску. Примитивный способ общения. Но эффективный.

— Вы должны ему позвонить. — Рут не знала, способна ли полиция отслеживать передачу текстовых сообщений.

— Ты сама ему позвонишь. — Родерик оказался рядом с ней, одной рукой поднес к губам телефон, другой приставил к горлу нож.

Нельсон умчался, как только Клаф приехал охранять его дочерей.

— Ничего не бойтесь! — заявил сержант, когда усаживался на диван смотреть, как американские школьники сражаются со злобными вампирами. — Дядя Дэйв с вами.

— Ради Бога, будь начеку! — бросил ему старший инспектор.

— Положитесь на меня, шеф, — отозвался сержант.

Нельсон выехал на улицу со скоростью сорок миль в час, но сидящий рядом с ним Катбад остался безмятежно спокойным. Старший инспектор не знал другого человека, который бы не боялся с ним ездить.

Время приближалось к шести — часу пробок. На дорогах повсюду возникали заторы, и когда они оказались в пригороде Нориджа, Нельсон включил сирену, и машина стала вилять между рядами, заставляя остальных водителей заезжать на газон и раскидывая, как кегли, столбики ограждения.

Катбад мурлыкал кельтскую народную песню.

На выезде из Ридхема произошла авария, которая блокировала движение в обоих направлениях. Нельсон ударил ладонью по рулю.

— Взгляните на карту, — попросил он Катбада. — Найдите ближайший объезд.

Тот указал на дорогу слева от них. У сломанных ворот грудой валялись старые покрышки.

— Попробуйте туда.

— С какой стати?

— Интуиция мне подсказывает, что она нас куда-нибудь выведет.

Нельсон свернул налево. «Мерседес» сначала подпрыгивал в тракторной колее, а затем погрузился в огромную грязную лужу.

— Если у меня не выдержит подвеска, то виноваты будете вы.

Катбад продолжал напевать.

Дорога тянулась мимо заброшенных амбаров, поставленных на прикол машин, и, как ни странно, симпатичного бунгало, где предлагали ночлег и завтрак. Наконец машина прорвалась сквозь ветки деревьев и живую изгородь и остановилась над рекой — колеса замерли на обрыве. Нельсон сердито повернулся к Катбаду.

— Тупик.

Тот показал в просвет между деревьями, туда, где возвышался церковный шпиль.

— Ридхем.

— Как вам удалось…

— Течение. Надо следовать по течению.

Но старший инспектор уже не слушал — он вовсю рулил вдоль берега.

У бухты гуляла шумная компания владельцев лодок. Вино текло рекой, на гриле жарились колбаски. С одной из лодок, низкого комфортабельного катера под названием «Дреды-2», гремела музыка в стиле регги. Нельсон потряс удостоверением перед носом жарящего колбаски здоровенного типа.