Вереск и бархат - Медейрос Тереза - Страница 66

– Что это?

Он усмехнулся ей.

– Твое приданое.

– Мое приданое не было бы таким тяжелым. Я унаследовала дворянский титул, а не сокровища.

Себастьян расстегнул кожаные ремни.

– Тогда считай это свадебным подарком от моего дорогого деда.

Он откинул крышку и Пруденс ахнула. Тайни восхищенно присвистнул, глядя, как золотые монеты полились из сундука звенящим потоком. Себастьян с наслаждением погрузил в них руки. Золото протекало сквозь его пальцы огненными струями.

Джейми упал на колени перед сундуком и зачерпнул горсть монет.

– На несколько штук я мог бы купить отличного пони.

Себастьян взъерошил волосы и радостно воскликнул:

– Ты можешь купить самого прекрасного коня в Шотландии. Мой дорогой дед счел возможным разморозить все наши счета.

Тайни поскреб голову.

– Он сделал это. Старый ублюдок и вправду сделал это. Как ты это устроил? Пообещал ему своего первенца?

Улыбка Себастьяна сникла, и он виновато взглянул на Пруденс. Она поняла причину королевской щедрости д'Артана, и ее шея и лицо покрылись лихорадочными красными пятнами.

Джорди вытащил толстый сверток из рубашки.

– Другой прислал вот это.

Себастьян развернул сверток дрожащими руками.

Пруденс поправила очки и холодно, чтобы не выдать перед Себастьяном своего отчаяния, произнесла:

– Ты получил то, что хотел? Теперь ты отошлешь меня обратно?

Джейми и Тайни изумленно уставились на нее. Себастьян, хмурясь, читал письмо, пробегая глазами строчки, написанные мелким изящным почерком.

– Я только что женился на тебе, детка, – сказал он рассеянно. – Почему я должен отсылать тебя?

– Этот Мак-Кей какой-то странный. – Джорди постучал пальцем по виску. – Похоже, слегка не в своем уме.

Взгляд Себастьяна стал холодным и встревоженным.

– Почему ты так говоришь?

– Он смеялся, когда читал твою записку. Хохотал так, что я думал, его хватит удар.

Бросив подозрительный взгляд на Пруденс, Себастьян свернул послание.

– Жаль, что он его не хватил. Счастливый Мак-Кей пугает меня.

Он насыпал золотых монет себе в сумку и захлопнул крышку сундука.

– Мне нужно заплатить Биг-Гусу за гостеприимство. Потом поедем домой. В Данкерк.

– Себастьян? – тихо позвала Пруденс.

Он развернулся на каблуках, и она заметила, как сильно он напряжен.

Девушка призвала на помощь все свое самообладание.

– Почему бы тебе не отпустить меня? Ты ведь получил то, что хотел. Ты женат на герцогине. У тебя целое состояние золотом и твой драгоценный замок. Больше я ни для чего тебе уже не понадоблюсь.

Его кривая усмешка так не походила на былую радостную и любящую улыбку. Он приподнял ее голову за подбородок и бережно, вызывая трепет в теле Пруденс, большим пальцем погладил ее нижнюю губу.

– Ты была бы очень удивлена, если бы узнала, для чего еще ты мне нужна.

Он отвернулся и зашагал по грязной дороге с видом властелина над ней и всем миром. Его товарищи последовали за ним. Пруденс опустилась на крыльцо, подперев подбородок рукой.

Маленькая девочка из соседнего коттеджа подобралась ближе. Ее восхищенный взгляд проследил за Себастьяном.

– Красавчик, да?

Пруденс прищурилась.

– Красавчик, что верно, то верно. Но если ты будешь умной, то найдешь самого уродливого мужчину и станешь умолять его жениться на тебе.

Девчушка прильнула к ноге Пруденс, нисколько не обескураженная ее цинизмом.

– Моя мама говорит, что он как Робин Гуд. Забирает деньги у богатых и отдает их тем, кто в них нуждается.

Пруденс поморщилась, услышав из уст ребенка свои собственные наивные слова, произнесенные с такой детской непосредственностью. Мужчины и деньги. Она начинала ненавидеть и то и другое с одинаковым пылом. Даже лаэрд Мак-Кей нашел ее затруднительное положение забавным. А Себастьян всегда между нею и богатством выбирал последнее. Она снова увидела монеты, струящиеся золотым дождем между его длинных сильных пальцев. Касался ли он когда-нибудь ее с такой любовью?

Девочка зарылась своим курносым носиком в мех ее накидки. Пруденс посмотрела на нее, внезапно устыдившись того, что так углубилась в свои горькие размышления и не заметила босых ног и болезненного худенького личика девочки.

Она обняла ее. Нежный запах детского тельца не могла заглушить даже грязь, покрывшая давно не мытые, спутанные волосы и потрескавшуюся от холода кожу малышки.

Пруденс огляделась вокруг, впервые в действительности увидев жалкую деревушку, ютящуюся на бесплодном горном выступе. Почерневшие от непогоды ставни косо висели на закопченных окнах коттеджей. Печные трубы торчали из зияющих дыр в соломенных крышах, сильно потрепанных резкими зимними ветрами. Весна наступит скоро, но недостаточно скоро для этой деревни.

Взгляд Пруденс ненароком упал на стянутый кожаными ремнями сундук, стоящий возле крыльца. Он был наполнен грязными деньгами – грязными деньгами ненавистного д'Артана.

Загадочная улыбка заиграла на губах Пруденс. Она крепче обняла девочку.

– Расскажи мне еще об этом твоем Робин Гуде, малышка.

Когда Себастьян вернулся, то застал Пруденс сидящей на сундуке в окружении кучки хихикающих, непоседливых ребятишек. Он резко остановился, захваченный врасплох очаровательным зрелищем. Волосы Пруденс были растрепаны, лицо порозовело от смеха. Грустная улыбка тронула его губы.

Как легко было представить ее с другим ребенком на коленях! Со светловолосой маленькой девочкой с серьезными фиалковыми глазами и хрипловатым, колдовским смехом. Или, быть может, с мальчиком с блестящими темными волосами.

Джейми едва не наехал на него повозкой, заставив отскочить в глубокий мокрый снег. Улыбка Себастьяна померкла. Он не мог себе позволить лелеять безумную надежду на то, что ночь, которую они с Пруденс провели в объятиях друг друга, могла принести свои плоды.

Себастьян подошел к своей жене. Светловолосый мальчуган обвил тоненькими ручонками шею Пруденс и настороженно посмотрел на него ревнивыми глазами.

Себастьян заложил руки за спину.

– У тебя тут целый выводок. Это все твои?

Пруденс похлопала малыша по колену.

– Только самые послушные.

Джейми слез с повозки, почесывая живот.

– Их тоже загружать?

Себастьян вопросительно вскинул бровь, оставляя решение за ней.

– Конечно, нет, – сказала Пруденс, отцепляя детей от своих юбок и вручая малыша мальчику постарше с серьезным не по годам взглядом. – А теперь бегите все по домам.

Ребятишки гурьбой помчались к крыльцу, их веселый смех зазвенел в тишине. Последней уходила белокурая девчурка. Она прижалась губами к щеке Пруденс и пылко прошептала:

– Я никогда не забуду тебя, дева Мэриан. Никогда. Даже если доживу до двадцати лет.

Восхищенным взглядом девочка окинула Себастьяна с головы до ног, присела в реверансе и упорхнула вслед за своими друзьями.

Себастьян с любопытством наблюдал за девочкой.

– Дева Мэриан?

Пруденс разгладила юбки.

– Это просто игра, которую мы сами придумали.

Джейми выжидающе смотрел на нее. Она заправила выбившиеся пряди в косу, стряхнула пыль с ботинок и поплотнее укуталась в свой редингот.

Джейми закатил глаза.

– Прошу прощения, принцесса Пруденс, но мне нужно погрузить золото.

– О!

Девушка встала, потянулась, как ленивая кошка, и неторопливо отошла в сторону.

Джейми ухватился за одну из кожаных ручек. Сундук не сдвинулся с места. Пруденс запаниковала.

Он бросил на Себастьяна сердитый взгляд.

– Это вполне в духе Тайни скрыться в своем коттедже, когда тут есть для него работа.

Себастьян наклонился, чтобы помочь, но Джейми, от натуги раздувая щеки и фыркая, поднял сундук обеими руками.

– Такое чувство, что эта чертова штука набита камнями, – выдохнул он.

Пруденс поперхнулась и зашлась в кашле. Джейми погрузил сундук на повозку, громко ругаясь.

– Не хватило ума попросить бумажных денег. Захотелось заполучить сундук золота, как какому-то чертову пирату. – Он повысил голос. – Ты жаден, как скотт, Себастьян Керр, и всегда таким был!