Вереск и бархат - Медейрос Тереза - Страница 84

– Не напоминай мне об этом дикаре, – прорычал д'Артан. – Прошлое в прошлом. Меня волнует только будущее.

Себастьян прикрыл глаза и насмешливо произнес:

– И это будет долгое и унылое будущее, если мы будем сидеть тут, ты и я, и ждать леди с формулой.

Д'Артан склонился к нему.

– Если она не придет, только мое будущее будет долгим и унылым. Твое будет очень коротким.

Глаза д'Артана сверкали ненавистью, и Себастьян уже не питал надежды на то, что старческая сентиментальная любовь к внуку остановит его деда от убийства.

Д'Артан отошел к столу, в нетерпении потирая ладони друг о друга. Капли слюны блестели на его губах. Он поднес к свету стеклянный пузырек.

– Я никогда в действительности не видел, насколько наша гордая мисс Уолкер привязана к тебе. Не могу дождаться, когда это надменное создание приползет сюда, всхлипывая и заламывая руки, бормоча свою бесценную формулу в обмен на твою жизнь. Как же я буду наслаждаться этим спектаклем!

– Ты – бессердечный сукин сын…

Проклятие Себастьяна было прервано оглушающим пистолетным выстрелом. Топот копыт сотряс хижину.

Пузырек выскользнул из руки д'Артана и со звоном разлетелся на деревянном полу.

– Если эта безмозглая девчонка посмела привести закон…

Он вытащил из фартука маленький немецкий пистолет и, дробя сапогами осколки стекла, направился к двери.

Себастьян должен был узнать, что происходит за порогом хижины. Он неловко повернулся и высвободил подвернутую ногу. Жгучая боль сдавила его плечо. Он должен подняться быстро или уже не сможет сделать этого никогда.

Себастьян прикусил нижнюю губу, тяжело приподнялся и повернулся на коленях, ударившись раненым плечом о подоконник. Солнечный свет померк перед глазами, и он почувствовал солоноватый привкус крови во рту.

Себастьян выглянул в окно иуслышал крепкое ругательство д'Артана. Позабыв о боли, он ошарашенно взирал на бесстрашную амазонку, гарцующую перед хижиной на вороном коне, и резко тряхнул головой, не веря в реальность происходящего. Быть может, он потерял при ранении много крови и все это ему мерещится?

Но, нет, Пруденс по-прежнему была там, вооруженная, восседающая на мерине Мак-Кея так гордо и непринужденно, словно родилась в седле.

Низким голосом с напевным акцентом она громко произнесла:

– Открывай дверь, ты, грязный ублюдок, если не хочешь, чтобы твой французский зад взлетел на воздух вместе с хижиной.

Себастьян в изнеможении прислонился к подоконнику, не зная, плакать ему или смеяться.

ГЛАВА 34

Пруденс слегка дунула в дуло пистолета и засунула его за пояс юбки. Рукоятка еще одного пистолета торчала рядом.

Себастьян был изумлен вспышкой желания, охватившего тело, и ощутил приятную тяжесть в паху при виде Пруденс. Она сидела на горячем жеребце Мак-Кея с легкостью и изяществом искусной наездницы – этакая горная принцесса. Ее плечи бережно укрывал черно-зеленый плед Керров. Не хватало только разбойничьей маски, но ее заменили очки в золотой оправе. Она явилась к хижине арендатора не на костюмированный бал, а на маскарад смерти, участники которого не становились менее опасными, будучи узнанными под своими масками.

Пруденс отбросила волосы с плеча.

– Эй! Мсье д'Артан, вы дома?

Себастьян навалился всем телом на подоконник, чтобы не соскользнуть вниз.

– Черт возьми, глупая девчонка, немедленно уходи отсюда, пока тебя не убили!

– Тише, – прошипел д'Артан, дернув его за волосы. Он пересек хижину и открыл дверь. Злобную гримасу на хищном лице сменила любезная улыбка.

– Доброе утро, Ваша Милость. Я так рад, что вы смогли заглянуть. Не желаете ли бросить пистолеты на землю и присоединиться к нам?

Девушка лукаво улыбнулась.

– Но зачем, виконт? По правде говоря, я совсем не умею стрелять.

В ответ Д'Артан приставил пистолет к виску Себастьяна и взвел курок. Пруденс пожала плечами и, игнорируя взбешенный взгляд своего мужа, бросила оружие в траву. Она спешилась и направилась к хижине.

Себастьян увидел, как нервно дернулся д'Артан, когда Пруденс пинком распахнула дверь, отчего та с грохотом ударилась о стену. Она вошла развязной походкой и опустилась на стул, затем вытащила сигару из складок пледа, наклонилась и прикурила от пламени фонаря.

Д'Артан, разинув рот, с изумлением и некоторым страхом смотрел на сидевшую перед ним женщину, не узнавая в ней робкую племянницу Триции или надменную герцогиню Уинтон.

Себастьян с восхищением глядел на Пруденс. «Боже, – подумал он, – девчонка великолепна! Но, что, черт возьми, она задумала?»

Пруденс взяла сигару двумя пальцами и положила ноги в сапогах на стол.

– Доброе утро, джентльмены. Полагаю, нам с вами нужно обсудить одно дело.

Д'Артан медленно отпустил внука. По лицу деда Себастьян мог догадаться о той мучительной борьбе, которая шла в его душе. Дед терпеть не мог неизвестности, и если ему придется иметь дело с сумасшедшей, он захочет поскорее покончить с этим.

Виконт сунул пистолет в карман фартука.

– Я заказал себе билет на корабль до Франции. Я должен получить формулу твоего отца до отъезда. У меня готовы все компоненты, чтобы проверить ее. Дай ее мне. Немедленно.

– Я не осмелилась записать формулу. – Пруденс постучала пальцем по виску. – Я храню ее здесь. – Она выудила из складок пледа серебряную фляжку и сделала большой глоток, не спуская с д'Артана настороженного взгляда. – Вы должны помнить, что это очень опасная формула. Мой отец умер из-за нее.

Виконт оперся руками о стол и наклонился к ней.

– А я готов убить из-за нее.

Пруденс сделала глубокую затяжку и, выпятив губы, медленно выпустила облако дыма в лицо д'Артана. Старик вмиг посинел и зашелся в кашле, слезы брызнули у него из глаз. Он резко сдернул плед с плеча девушки и туго обмотал его вокруг ее шеи.

Еще секунду назад Себастьян поклялся бы, что не сможет встать. Но не успев понять до конца, что делает, он подскочил и оттолкнулся от окна с единственным желанием – сжать пальцы на шее д'Артана и выдавить из него жизнь по капле.

Копье мучительной боли пронзило плечо. Голова закружилась. Пруденс поддержала его, нежно подхватив под руки. Встревоженный д'Артан маячил позади нее.

– Ну-ну, дорогой, – успокаивая, сказала она и отвела Себастьяна к окну. – Ты не должен винить своего деда за нетерпеливость. Он ждал этого достаточно долго. Сядь на подоконник, хорошо, и заслони мне свет. Многие из этих компонентов нежны и очень чувствительны к солнечным лучам.

Себастьян закрыл глаза, испытывая мучительное желание притянуть ее к себе и защитить.

– Не давай ему формулу, Пруденс. Он убьет тебя, как только получит ее.

Переливы низкого, колдовского смеха заставили бы Трицию упасть в обморок от зависти.

– Конечно же, нет, глупенький. – Она улыбнулась д'Артану через плечо. – Твой дедушка – порядочный человек.

Солнце просвечивало пушистые волосы Пруденс, придавая им теплый светло-коричневый оттенок. Глаза девушки сияли странным лихорадочным блеском.

Д'Артан указал на стол.

– Революция никого не ждет. Приступим?

Себастьян хотел удержать ее, но Пруденс уже шла к его деду, плавно покачивая бедрами. Со связанными руками и все еще кружащейся от опия головой удерживать равновесие было довольно затруднительно, и он присел на подоконник и прислонился к стене, наблюдая за действиями старика.

Д'Артан суетился над своими горшками и пузырьками с детской радостью.

– Я уверен, что глупый несчастный случай с твоим отцом был вызван использованием основанного на ртути взрывчатого вещества. Я позволил себе вольность заменить ртуть серебром.

– Как это умно, – пробормотала Пруденс и положила свою дымящуюся сигару на стол рядом с фонарем. – Вот. Добавьте несколько капель того аммиака, хорошо?

– А! – воскликнул д'Артан. Он выглядел до смешного довольным собой. – Я так и думал.

Облако едкого пара вырвалось из кадки. Пруденс кивнула головой.