Хранители жемчужного жезла - Колльберг Вольфганг - Страница 33

Ринхен надула губки, но русалки даже не заметили этого.

Как зовут тебя, рыжеволосый красавец? — спросила мраморная русалка.

Оливер, — Олли смущенно улыбнулся. — Друзья зовут меня Олли.

Олли, из какого народа ты происходишь?

Маленький воздушный кобольд появился у фонтана с прелестной садовой феей и веселым цветочным гномом. Он протянул Олли руку:

Я — Цероно, воздушный кобольд, предсказывающий погоду. Можешь называть меня Церо.

Очень приятно. А это — Валентирина, — Олли указал на Ринхен, сидевшую у него на ладони, и та состроила глазки симпатичному Церо.

Где мы, Церо?

Оливер окинул восхищенным взглядом сад и мерцающие статуи вдоль усыпанной хрусталем дорожки. Его маленькие друзья восторженно рассматривали множество редких цветов и диковинных растений и прислушивались к тихому перезвону колокольчиков.

А что это за здание так таинственно светится между деревьями?

Хрустальный дворец Старика.

Он имеет в виду Его Величество короля Оберона, — хихикнул цветочный гном.

Будь внимателен, чтобы тебя не изловили. Переступать границу водного зеркала запрещено! — Мраморные русалки осторожно огляделись.

Да, верно. Но скажи-ка, Олли, как это вы стоите на воде? — спросил Церо.

Это я и сам хотел бы знать!

Но тут за скульптурной группой русалок мелькнул султан на шлеме воина королевской гвардии. Патруль эльфов-гвардейцев, элитных войск Его Величества, услышал разговоры у фонтана, и вот воин с высоким султаном на шлеме решил разобраться, что к чему.

А, ветрогон Церо со своей Глингелиной! И пересмешник Линтур здесь… Ну-ка, иди сюда, бездельник, — рявкнул глава отряда гвардейцев на цветочного гнома. Но тот показал ему язык и мгновенно исчез в ближайшей цветочной клумбе.

Ты еще попадешься мне, наглый клоун! — гвардеец был в ярости. — Теперь насчет вас. Кто вы? Откуда явились? Что держит вас на поверхности воды? — Предводитель отряда гвардейцев принял вид должностного лица при исполнении, которому есть что сказать.

Но Вальмин тут же осадил этого молодого барсука, позабывшего о вежливости и гостеприимстве.

Хотели сделать пару крутых виражей в этом старом корыте. Понял, ты, образец военного карнавала?

Я хочу знать, почему вы стоите на воде! — глава гвардейцев Костокс нахмурился. — Кто заколдовал вас?

Заколдовал? — развеселился Клининг.

«Заколдовать» — это ключевое слово иллантин

не мог пропустить мимо ушей. Легкое движение руки — и высокий султан на шлеме гордого воина превратился… в зеленую петрушку. Глингелина, нежная фея сада, громко и заразительно рассмеялась, а через несколько секунд хохотали все: мраморные русалки, Церо, Олли, крохотные гномы, все мраморные фигуры фонтана и даже статуи вдоль дорожки. Мрачноватые гвардейцы — и те, глядя на своего командира, усмехались.

Взять всех морковок и препроводить… в караульное помещение!

Самолюбие Костокса получило еще один удар, когда он схватился за меч и вытянул из ножен… стебель ревеня. Гвардеец вскипел:

Оскорбление служебного лица при исполнении и запрещенное колдовство в общественном месте — это наказуемо!

Клининг сделал еще одно, незаметное для других, легкое движение рукой — и петрушка с ревенем исчезли.

Возьмите их в кольцо и следуйте за мной! — приказал Костокс гвардейцам и повел процессию, в нарушение всех должностных инструкций, прямо в королевский Зал фей. Костокс был убежден: таких врагов государства необходимо доставить лично к самому Оберону. А если он сдаст арестованных дежурному, то, как это часто бывает, лавры достанутся ему, а Костокс останется ни с чем.

Открыть ворота!

Гигантские ворота Зала фей беззвучно, как по волшебству, отворились. Эльфы-стражники вяло салютовали надутому, самоуверенному гвардейцу, и тот промаршировал с арестованными в зал.

Клининг был заинтригован перспективой встречи с Обероном, но еще любопытней ему было увидеть знаменитого мага Овангара. Как и остальные арестованные, он впервые находился в знаменитом Зале фей и был под сильным впечатлением от гигантского амфитеатра из чистого хрусталя. В Зале, должно быть, собирались многие тысячи эльфов и прочих духов. Гул различных наречий с земель Той Стороны раздавался вокруг него. Многие языки Клининг узнавал, а многие были ему незнакомы.

Те, кто находились вблизи высоких ворот, теперь видели группу гвардейцев, конвоировавших хрупкого мальчика (к какому народу он принадлежал?), который нес в руке что-то, что показалось им знакомым. Ну конечно, эти морковки!

Не верится! Это уже новые!

На резкий, удивленный крик маленького и уродливого гоблина Зал фей ответил гулом голосов. В самом деле: на ладонях мальчика сидели и стояли крохотные существа, подобные тем, которые еще вчера вызвали такое сильное волнение и споры в дипломатическом корпусе.

Это новые… Новые!.. Новые! — Резкие и взволнованные вскрики в зале привлекли внимание собравшихся за королевским столом.

Клининг видел, как король фей прервал разговор с необыкновенно красивой женщиной, сидевшей по правую руку от него, и недовольным взглядом окинул Зал. Слева от Хрустального трона стоял высокий человек с длинной ослепительно белой бородой. На нем был простой синий плащ и синяя митра на голове. Это, должно быть, Овангар, маг и канцлер народа фей. Клининг не мог отвести взгляд от его одеяния, где только белый плетеный пояс из Туландероны и обувь из снежно-белой ту- ландеронской кожи были дороже, чем самые роскошные наряды известного щеголя Лаурина.

Внезапно его пробрал озноб. Даже не бросив взгляд налево и направо, где на расстоянии двенадцати шагов от трона стояли мрачные, молчаливые и странно полупрозрачные воины, он болезненно почувствовал присутствие химизов. Вугур, Вальмин, Вильдо и Ринхен инстинктивно натянули поглубже свои колпаки. Лишь на Олли, казалось, влияние химизов не распространялось: он шел, не испытывая никакого дискомфорта, и только удивленно оглядывался.

Ты это видела? — спросила Эуреами, княгиня рода благородных блестящих эльфов, у Ноферий-анед — прекрасной эльфийки света.

Что? Морковок?

Нет, я имею в виду мальчика. Посмотри на него.

О боги, какой Адонис! Ну просто влюбиться можно!

А ты посмотри на его волосы! Волосы! Что за чудесные рыжие волосы у мальчика!

Их волнение при виде рыжеволосого Олли может понять лишь тот, кто знает, как редко в Королевстве эльфов, фей и духов встречаются золотисто-рыжие с медным отливом волосы. Они считаются признаком совершенной красоты. Особенно высоко ценится таинственно блистающий медный тон, которым мог похвастаться лишь король гномов Лаурин.

Подразделение… стой!

С громким клацаньем гвардейцы остановились. Олли по инерции сделал еще пару шагов и уперся Костоксу в спину. А тот, уже вытянув руку в приветствии и готовый к рапорту, неловко споткнулся перед столом, врезавшись в него левым коленом. Голова бравого гвардейца дернулась, великолепный шлем свалился, сбивая на своем пути, как кегли, бокалы с вином, и докатился по столу до самого места Оберона.

Несчастный Костокс, с трудом преодолев ужас от такой оплошности, начал рапорт:

Ваше Величество! Дозор номер 5 докладывает о задержании шести подозрительных персон… В Дворцовом саду, Ваше Величество! Прямо в… в… фонтане, Ваше Величество!

Его Величество думал, что ослышался. Задержание? Что еще за задержание? Уже дошло до того, что в саду Хрустального дворца задерживают подозрительных персон?

В Зале фей опять воцарилась неловкая тишина. Снова Кирмас Лингардский с тайной радостью наблюдал, как Оберон старается взять себя в руки. Перед глазами великого короля фей еще стояла вчерашняя картина, когда он позволил поучать себя какому-то крохе. Титания, жена Оберона и королева фей и духов, крепко журила его вчера с глазу на глаз за неподобающее великому правителю поведение, а теперь является этот надутый хлыщ-гвардеец и при всем дворе разыгрывает такую скандальную сцену — задержание в Дворцовом саду! Как будто он больше не хозяин у себя дома! Краем глаза Оберон видел, как, ухмыляясь, Лаурин с лингардцем шепчутся. Король чувствовал, как мешает ему его взрывной темперамент. Он взглядом попросил помощи у Овангара.