Инженер магии - Модезитт Лиланд Экстон - Страница 128

– Встретимся у конторы начальника порта около полудня, перед отходом почтовой кареты, – говорит Эллна своим спутникам и направляется в сторону пустого склада.

Видельт идет вдоль стены, словно собрался обойти таким манером всю гавань, а Оран с Доррином остаются на пристани.

– Как ты собираешься назвать свой город? – спрашивает отец сына после долгого молчания.

– Мы это не обсуждали. Пока называем Южной Гаванью.

– Ну, здесь ведь будет не только гавань.

– А у тебя есть предложение?

– Почему бы не назвать его «Найлан», в честь первого кузнеца Рибэ?

– Мне нравится, но надо будет спросить и кое-кого еще, например Яррла, Лидрал, Рейсу. Кроме того, имена для нас – не самое главное.

– Знаю. Кил сказал, что ты собрался дать имя кораблю, лишь когда тот уже был наполовину построен.

– Меня, пожалуй, больше интересуют результаты, чем слова.

– И это я тоже знаю, – говорит Оран, и в его тоне уже не слышатся столь заметные ранее горечь и раздражение. – Давай зайдем к тебе. Расскажи мне о своем городке... и его жителях.

Направляясь в глубь острова, они проходят мимо конторы начальника порта.

– В порту у нас заправляет Рейса, – говорит Доррин. – Она была бойцом в Южном Оплоте...

– Это та, которая без руки?

– Да. Она же обучает наших бойцов.

– Вот как? Стало быть, ты обзавелся и бойцами?

– Их пока немного, всего два отряда. Одним командует Рейса, а другим – Кадара... Точнее, командовала и будет командовать, когда оправится после родов. А вот там, – Доррин указывает на два здания, стоящие напротив оружейной и площадки для воинских упражнений, – мастерская и склад Йорды и Алерки. Йорда приехал откуда-то из долины Фейна, он бочар и корзинщик. Что же до Алерка, то он торговец шерстью. Я спросил его, с чего это ему вздумалось построиться здесь, если большая часть отар пасется на другом конце острова, и знаешь, что он ответил? Что место купца там, где намечается оживление торговли. А у него, между прочим, есть большущий дом на Краю Земли.

Когда отец и сын проходят мимо маленького домика, который покрывают черепицей, им машет рукой руководящий кровельными работами Пергун.

– Это Пергун, – говорит Доррин. – В Дью он был подмастерьем на лесопилке, а у нас здесь стал главным строителем. Впрочем, и мой дом в Дью был построен с его помощью.

Оран внимательно присматривается к тому, как действующий на конной тяге строительный кран поднимет деревянный каркас здания, после чего угловые столбы опускаются в укрепленные камнем углубления в фундаменте.

– Интересный способ. Не припоминаю, чтобы мне приходилось видеть что-то подобное.

– Я разработал его в Дью. Нужда заставила: у меня не было возможности нанять работников.

Поднявшись выше по склону, они останавливаются перед очередным, ничем с виду не примечательным, домом. Мощеная дорожка ведет к узенькому крыльцу. Боковые окна остеклены, а вот фасадные еще нет, и потому они закрыты ставнями. Над трубой поднимается тонкая струйка белесого дыма.

– Здесь живет Кадара, а с ней Рилла, старая целительница. У нас уже почти все расселились по своим домам, только для обеда собираемся, как и раньше, в общей трапезной.

– Хороший у вас тут вид, – замечает маг, глядя со склона на холодные, зеленые воды Восточного Океана.

– Да, – только и отвечает Доррин, у которого нет времени любоваться здешними красотами.

Дом самого Доррина находится рядом с кузницей, откуда доносится стук молотов и жужжание точила. Оран видит у большой наковальни занятого фургонной осью Яррла, а у малой – Ваоса, кующего гвозди. Оба кивают вошедшим, но работы не прерывают.

Рик попеременно то подкачивает меха, то переходит к точильному камню. Осмотрев мастерскую, Оран выходит с сыном наружу. Над трубой поднимается дым – Мерга хлопочет у очага. Хотя, она работает не переставая, иначе такую ораву не прокормить.

– Ты действительно многого добился, – говорит сыну Оран. – Постарайся все это сберечь. И себя тоже. А мне пора – почтовая карета скоро уходит.

Рослый маг размашистым шагом направляется вниз по склону. В то время как Доррин провожает отца взглядом, на крыльцо выходит Лидрал.

– Ну и чего они хотят? Усложнить нашу жизнь?

– Нет, – отвечает Доррин, взбегая на крыльцо и заключая ее в объятия. – Они явились, чтобы предупредить нас. Белые посылают против нас флот. В Совете полагают, что он выйдет из Великого Северного Залива уже через несколько дней.

– А помогать они нам будут? – спрашивает Лидрал, высвобождаясь из объятий.

– Каким образом? – хмыкает Доррин. – У них под рукой только два судна, остальные разосланы в дальние края за товарами, которые сюда уже никто не привозит.

– Два корабля? И это все?

– Я вообще не припоминаю, чтобы флот Отшельничьего насчитывал больше дюжины судов. Никто никогда не дерзал нападать на остров, а торговля с ним всегда приносила прибыль. Они не готовились к обороне.

– Вот и глупо! – фыркает Лидрал. – Ну а ты, ты что намерен делать? Только не говори мне, что хочешь изобразить из себя героя.

– А что, у меня есть выбор?

– Конечно нет, – со вздохом отзывается она. – Но все-таки, что ты предпримешь?

– Постараюсь сделать как можно больше ракет. Вы с Риллой соберите компоненты для черного порошка. Нужно будет обеспечить всех бойцов на борту щитами из черного железа. Вот и все. А что еще можно сделать?

– Я извещу Рейсу. Рилле будет не до порошка, ее помощь нужна Кадаре. Ребенок вот-вот родится, и роды, хоть ты и добавил ей гармонии, могут оказаться нелегкими. Ну а нам с тобой надо браться за дело.

Она касается губами ее губ. Он задерживает ее, чтобы вернуть поцелуй, но тут же со вздохом отпускает.

– Соберу ртуть, серу, селитру... все, что удастся. Малость осталось у нас на складе, да и у северных фермеров, как они говорили, кое-что имеется, – с этими словами Лидрал спешит к пристройке, служащей временной конюшней. Доррин возвращается в кузницу.

– Ваос!

– Да, мастер Доррин.

– Боюсь, нам придется работать без продыху, и не только сегодня, а целую восьмидневку, – заявляет Доррин.

Металла на ракеты хватит, хватило бы пороху.

CLXXVIII

– Ты возглавишь флот, Фидел, – объявляет Ания с победной улыбкой. Бородатый маг хмурится, переводя взгляд с нее на Керрила и обратно.

– Ты что, хочешь, чтобы я сразился с этим кораблем? С этим измышлением демонов?

– У него всего одно судно, а в твоем распоряжении будет дюжина прекрасно вооруженных военных шхун. И тебе даже не потребуется высаживаться. Просто используй свои способности и спали этот городишко.

– А если кузнец... пустится за нами в погоню?

– Ты потопишь его корабль, – спокойно заявляет Керрил. – Сам же говорил на Совете, что, будь ты командующим, поступил бы именно так. Вот и командуй.

– Хорошо. Но мне понадобится несколько помощников. Из числа магов.

– Выбирай, кого сочтешь нужным.

Фидел поджимает губы, потом склоняет голову.

– Я могу идти?

– Ступай.

– Проклятый дождь, – бормочет, потирая лоб, Высший Маг, когда за бородачом закрывается дверь. – У меня от него голова раскалывается.

Рыжеволосая волшебница садится за стол, бросает взгляд на ничего не показывающее сейчас зеркало и улыбается.

– Тебе и правда безразлично, одержим ли мы победу? – спрашивает Керрил.

– С чего ты взял?

– Каждый из твоих сторонников получил должность на флоте. Нечто подобное описано в книге Хартора.

– Ты так сведущ в истории... Это внушает к тебе еще большую симпатию.

– В случае победы они будут обязаны тебе... – начинает Высший Маг, трогая амулет.

– Они обязаны тебе, Высший Маг.

– Как это мило с твой стороны, Ания! Я признателен за любезность, но все-таки хочу, чтобы ты меня выслушала. Могу я просить тебя хотя бы об этом?

Ания улыбается, но только губами.

– Так вот, если мы уничтожим или одолеем этого Черного строителя волшебных судов, все окажутся в долгу перед тобой. Но если этот загадочный Черный окажется столь же великим, каким был, скажем, Креслин, никого, кто мог бы бросить тебе вызов, попросту не останется в живых. И, – добавляет он с кислой миной, – никто не захочет принять амулет по меньшей мере лет десять, пока не поблекнут воспоминания о катастрофе. Ты весьма проницательна, дорогая Ания. И уж конечно... – Керрил выдерживает паузу. – Если они потерпят поражение, но все же вернутся, я отправлюсь следом за Стиролом.