Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу

Век перевода (2006)

Витковский Евгений Владимирович

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Разное

Техника

Автомобили и ПДД

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Наши партнеры

Последние комментарии

Сергей2018-11-27

Не книга, а полная чушь! Хорошо, что чит

К книге

Lynxlynx2018-11-27

Читать такие книги полезно для расширени

К книге

Leonika2016-11-07

Есть аналоги и покрасивее...

К книге

Важник2018-11-27

Какое-то смутное ощущение после прочтени

К книге

Aida2018-11-27

Не книга, а полная чушь! Хорошо, что чит

К книге

Век перевода (2006) - Витковский Евгений Владимирович - Страница 59

Изменить размер шрифта:

ИРИНА ПОЛЯКОВА-СЕВОСТЬЯНОВА{169}

РУБЕН ДАРИО{170} (1867–1916)

Новый год

Полночь вдруг вратами славы распахнулась. Час чудесный!

Он, Святой Сильвестр, в сиянье золотистом и жемчужном!

Вчетвером его выносят ангелы, за трон небесный

Взявшись дружно.

Магов царственных прекрасней. Как блестит его тиара!

Яркий Сириус сверкает, и Арктур, и Орион.

Перстень сделан столь искусно — взял его другому б в пару

Соломон.

Плащ в алмазах! И Голконда ярче в дар не посылает!

Диамантами осыпал ноги Ковш ему, гляди!

И божественной подвеской — чудно Южный Крест пылает

На груди.

К Кораблю идет понтифик, что сверкает на Востоке.

Там Январь-завоеватель гордым шагом подступает.

Стрелы декабря иссякли — и аврора искр потоки

Рассыпает.

С берега неутомимо целится Стрелец огромный,

Вечность перед ним — загадка, дна увидеть не дано.

Держит он холодный Полюс, где Зима лежит короной,

Новой сущностью наполнил моря синее руно.

Дюжину колчанов дарит Вечность царственной рукою

Каждый год. Часы, как стрелы, с тетивы Стрельца слетают.

Победитель, он над тенью, над бездонностью покоя

Вырастает.

Под гигантским силуэтом души мчатся на свободу,

И любой души загадка в алом трепете слышна.

Перепончатые крылья шелестят по небосводу —

Промелькнув летучей мышью, с громом мчится Сатана!

О Святой Сильвестр! Пока что Сатане дороги нету —

Зодиак сияет чистый, Ватикан небесной тверди,

Хор хвалебный распевает миру гимны и мотеты

О бессмертьи.

Молится Святой и смотрит на Корабль.

И в то мгновенье Царь-Январь нисходит гордо,

Тетиву понтифик держит — и несет благословенье

Дланью твердой.

Три волхва

Я — царь Гаспар. И ладан — дар мой скромный.

Прекрасна жизнь! — вот речи заключенье.

Бог — существует. Он — в любви огромной.

Да сбудется Звезды предназначенье!

Я — Мельхиор. И смирны дух витает.

Бог — есть. Он здесь, он — блеск дневного света!

Грязь на подошвах белым расцветает,

А радость — меланхолией одета.

Я — Бальтазар. Вот золото в подарок.

Бог — есть, большой и сильный — вы поверьте.

И та Звезда, чей свет так чист и ярок, —

Да воссияет в диадеме Смерти!

Правители великие, ни слова!

Любовь ликует, праздник вас встречает.

Свет сотворив, Христос приходит снова —

И Жизни цвет главу его венчает!

РАЙМУНДО КОРРЕЙА{171} (1859–1911)

Кавалькада

Глухая ночь. Дорога под луною.

Звук долетел — далекий и неясный.

Всё громче он! И — кавалькадой страстной

Охотники промчались предо мною!

Они домой спешат порой ночною

С трофеями — смешливы, громогласны,

Но трубный глас тревожит мир напрасно —

Беспечна ночь и дышит тишиною!

Вдруг ожил лес, и всё пришло в движенье.

Всё ближе звук, всё громче нарастает —

И в сердце гор уходит, затихая.

И — тишины внезапное вторженье.

Лишь чистотой белесый свет блистает.

Безлюдный путь. Луна. И ночь глухая.

Геспер

Ночь снизошла и синью охватила

Спокойный мир — осенний, присмирелый.

И озарил всё небо нежно-белый

Свет Геспера. Печальное светило!

Вдруг искорка на куполе застыла

Монастыря. Восторженно, несмело

Взор к небесам из кельи отсырелой

Печальная монашка обратила.

О Геспер, ты — весь в белизне нетленной!

Вы, тучи, что спешат по небосклону!

Что ж долог взор тот — в глубину Вселенной?

И где другой, на Землю устремленный,

Тот, что сейчас, на сей планете бренной

Отыщет взор монахини влюбленной?

АЛБЕРТО ДЕ ОЛИВЕЙРА{172} (1859–1937)

Забытая перчатка

Один лишь раз дала судьба лихая

Коснуться мне руки той белоснежной.

Я одинок. Вихрь жизни, громыхая,

Нас разлучил и раскидал небрежно.

И как цветок я гибну, засыхая,

Над сундуком, что дар хранит прилежно.

Лишь аромат изысканный вдыхаю

Оставленный мне в дар рукою нежной.

И лилии душа в одно мгновенье

Прольется вдруг из чаши наклоненной.

И нет меня — лишь прах, в земле сокрытый.

О! Чувствуя руки прикосновенье,

Сумеешь ли, живым теплом плененный,

Понять тоску перчатки позабытой?

Форт

Старинный форт. Та ветхая оправа

Хранит эпох скупое подношенье —

Там кактус свой цветок зажег кровавый,

И скудный мох — расщелин украшенье.

Храня покой, стоит на возвышеньи.

Не раз спасал он город от расправы.

Быть может, цель ясна — и в предвкушеньи

Сей замер страж, выносливый и бравый?

Он в час ночной безмолвно созерцает —

Луна полна и сбросила одежды,

И серебром во мгле звезда мерцает.

Он — как свеча, что бодрствует над тенью.

И дарит лишь луна ему, как прежде,

И поцелуй, и слезы, и смятенье.

Выбрать книгу по жанру

Век перевода (2006) - Витковский Евгений Владимирович - Страница 59

Связь с нами