Хроники Элении (сборник) - Эддингс Дэвид - Страница 178

— Я вижу, ты занялся воспитанием нашего своенравного мальчишки, Стрейджен, — заметила Сефрения.

— Да, у его светлости были некоторые острые углы, дорогая леди, когда он попал к нам, — сказал разбойник, — но я не счел за большой труд пообтесать их.

— У его светлости? — переспросил Спархок.

— У меня есть некоторые преимущества перед природой, Спархок, — рассмеялся Стрейджен. — Природа слепа, и человек рождается по ее произволу часто совсем не там, где ему следовало бы, я же, видя, что он представляет из себя, могу гораздо осмысленнее подыскать ему нужное положение в общественной иерархии. Я вдруг увидел, что юный Телэн — случай необычайный, и наградил его герцогством, подождите три месяца, и результаты моего воспитания поразят вас, — проговорил он, удобно расположившись в обширном кресле. — Прошу вас, друзья мои, присаживайтесь, и расскажите мне, чем я могу служить вам.

Спархок пододвинул стул Сефрении, а потом и сам устроился неподалеку от любезного хозяина.

— Самое необходимое для нас теперь — это корабль, который доставил бы нас на северное побережье Дейры.

— Да, да, именно это я и хотел с тобой обсудить, Спархок. Наш юный герцог сообщил мне, что вашей конечной целью является Симмур, а также и то, что в северных королевствах вас могут поджидать неприятности. Наш вечно подвыпивший монарх горько обижен вашим дезертирством. Насколько я понимаю, он весьма недоволен вами, и по всей западной Эозии разосланы ваши описания. Не будет ли быстрее и безопаснее поплыть сразу к Кардошу и оттуда отправиться в Симмур?

— Я думал высадиться где-нибудь на пустынном берегу в Дейре и идти на юг через горы, — ответил Спархок, помолчав немного.

— Это будет слишком утомительное путешествие, Спархок, и, кроме того, опасное — для человека в бегах. Да и мало ли пустынных побережий? Мы сможем найти подходящее и где-нибудь близ Кардоша.

— Мы?

— Я собираюсь отправиться с вами. Вы мне понравились, и, кроме того, мне самому нужно в Симмур — поговорить по своим делам с Платимом, — Стрейджен поднялся на ноги. — Завтра на рассвете в порту нас будет поджидать корабль. А теперь я вас покидаю. Вы, конечно, устали и голодны после вашего путешествия, а я лучше вернусь в залу, пока наша горячая графиня не устроила там бордель прямо на полу посреди комнаты, — он поклонился Сефрении и по-стирикски произнес: — Желаю тебе доброй ночи, дорогая сестра. Спите спокойно, — сказал он остальным, коротко кивнул Спархоку и тихо покинул комнату.

Кьюрик поднялся, приложил ухо к закрывшейся за Стрейдженом двери и прислушался.

— Мне кажется, этот человек не совсем в своем уме, Спархок, — тихо сообщил он.

— Очень даже в своем, — не согласился Телэн. — У него есть, конечно, всякие завиральные идеи, но некоторые из них вполне могут приносить немалую пользу, — мальчик тоже поднялся и подошел к Спархоку. — Ну ладно, — сказал он, — а теперь дай-ка мне посмотреть.

— Что?

— Беллиом. Я несколько раз рисковал жизнью, чтобы помочь стащить его. Под самый конец меня вообще оставили на обочине. Так могу я по крайней мере хотя бы взглянуть на него?

— Как ты думаешь, это не опасно? — спросил Спархок Сефрению.

— Точно не скажу, Спархок. Конечно, твои кольца держат камень в повиновении, но кто знает — в полном ли? Ну ладно… Телэн, всего на мгновение — это очень опасно.

— Самоцвет и есть самоцвет, — пожал плечами мальчик. — Все они опасны. Всякую драгоценную вещь кто-то может пожелать заполучить — а такое желание нередко приводит к убийству. Нет, подавайте мне золото, оно всегда одинаковое и его легко потратить, а драгоценные камни слишком трудно сбыть с рук. А их владельцы тратят обычно полжизни на то, чтобы надежно защищать и хранить их. Нет, это не по мне. Ну же, Спархок, показывай!

Спархок вынул из-за пазухи полотняный, расшитый Сефренией мешочек, развязал завязки, и на его правой ладони замерцала глубокой голубизной каменная роза, и опять на самом краю зрения колыхнулась черная завеса тьмы и сердце сжалось в холодном ознобе. Эта струящаяся тень снова пробудила в нем память о ночных кошмарах, и он чуть ли не кожей ощутил близкое присутствие кошмарных существ, что преследовали его той тяжкой ночью неделю назад.

— Боже милостивый! — воскликнул Телэн. — Просто не верится! — он еще немного постоял, уставившись на самоцвет, и пожал плечами. — Ладно, убери-ка его, Спархок. Мне что-то неохота больше смотреть на него.

Спархок спрятал Беллиом в мешочек.

— Этому камушку нужно было бы быть красным. Как кровь, — задумчиво произнес Телэн. — Подумать только, сколько народу из-за него полегло, — он повернулся к Сефрении. — А что, Флейта и правда была Богиней?

— Я вижу, Кьюрик уже поведал тебе эту историю. Да, она была и есть одна из младших богинь Стирикума.

— Она мне нравилась… когда не дразнила меня. Но если она бог, или там богиня, она же могла быть любого возраста, какого пожелает?

— Конечно.

— Почему же тогда она оказалась ребенком?

— Люди обычно бывают гораздо более открыты с детьми.

— Что-то я этого особо не замечал.

— Афраэль нуждается в любви, Телэн, и, пожалуй, гораздо больше, чем ты. Ей нужна любовь, всем богам нужна любовь, даже Азешу. Обычно люди берут на руки маленьких девочек, играют с ними и целуют, а Афраэль обожает все это.

— Да, меня этим никогда не баловали.

— Всему свое время, Телэн. Ты еще успеешь получить все это, если, конечно, будешь себя хорошо вести.

2

Затянувшаяся непогода на Талесийском полуострове, как и в любом другом Северном королевстве, была обычным явлением; на следующий день снова моросил мелкий неприятный дождь и тяжелые грязные облака гряда за грядой накатывались с Дейранского моря, сгущаясь над Талесийским проливом.

— Прекрасный денек для путешествия, — сухо заметил Стрейджен, поглядывая через окно на мокрые от дождя улицы города. — Как я ненавижу дождь. Интересно, не смог бы я найти себе подходящее дельце в Рендоре?

— Я бы не советовал, — сказал ему Спархок, вспомнив раскаленную добела от лучей палящего солнца улицу в Жирохе.

Стрейджен вздохнул и пожал плечами.

— Ну что ж, наши лошади уже на борту корабля, — продолжил он. — Мы можем отправляться, как только будут готовы Сефрения и остальные. — Стрейджен помолчал, а затем с любопытством спросил. — А этот твой чалый всегда такой норовистый по утрам? Мои люди сказали, что на пути к докам он изловчился укусить троих из них.

— Мне бы стоило предупредить их, — сочувствующим тоном произнес Спархок. — Фарэн — лошадь не с самым лучшим характером.

— Зачем же ты его держишь?

— Он — самый надежный попутчик из всех лошадей, которыми мне довелось владеть. А за одно это качество я готов примириться с несколькими его капризами. Кроме того, мне он очень нравится.

— Послушай, Спархок, неужели ты не можешь обойтись без этой штуковины, — заметил Стрейджен, с неодобрением поглядывая на кольчугу рыцаря.

— Привычка, — пожал плечами Спархок. — Тем более, как мне кажется, на меня положили глаз люди явно не дружеского толка.

— От нее так ужасно пахнет.

— Привыкаешь.

— Ты сегодня какой-то угрюмый, Спархок. Что-то случилось?

— За долгое время нашего путешествия мне пришлось столкнуться с тем, к чему я не был готов. И теперь я пытаюсь хотя бы немного во всем разобраться.

— Надеюсь, в будущем, когда мы узнаем друг друга получше, ты сможешь рассказать мне об этом. — Ненадолго задумавшись, Стрейджен добавил: — Да, кстати, Телэн рассказал мне о трех головорезах, которые следили за вами прошлой ночью. Ну так вот, они больше этим не занимаются.

— Благодарю тебя.

— На самом деле, Спархок, тут дело даже не в тебе. Они нарушили одно из основных правил: они не посоветовались со мной, начав за вами слежку. Я не могу позволить людям быть такими бестактными. Боюсь, однако, теперь нам ничего не удастся от них узнать; один, правда, еще дышит. Известно наверняка лишь то, что действовали они по приказу кого-то не из Талесии. А теперь, может быть, сходим и разузнаем, не собралась ли Сефрения?