Изгнание из рая - Брендон Джойс - Страница 97

Шерри презрительно скривила губы.

— Ее «поручение» ничего не стоит.

— Ты собираешься пожелать мне удачи?

— Ты хочешь проскакать сотни миль через степь, полную апачей, с человеком, похожим на кишащего паразитами беглеца с дьявольского острова, собираешься предстать перед очами головореза-мужа, который способен тут же убить тебя в припадке дикой ярости, и просишь, чтобы я пожелала тебе удачи? Да ты такая же безумная, как и он.

Рита рассмеялась и обняла свою верную подругу.

— Рита, пожалуйста, будь осторожна.

Рита засмеялась еще громче. После всего, что наговорила ей Шерри, осторожность показалась ей пустой тратой времени.

— Конечно, буду. Обещаю.

Подняв чемодан, она быстро вышла из дома и решительно закрыла за собой дверь, прежде чем Шерри успела сказать ей вдогонку еще что-нибудь.

Рита, не оглядываясь, пошла к лошади, стараясь ни о чем не думать. Ей нельзя было думать, пока она не сядет в седло. Все уже решено. Она знала, что должна это сделать…

Они быстро проскакали через город и въехали в пустыню. На Рите была широкополая шляпа, но жаркое солнце все равно нещадно пекло голову. Страх, который она так тщательно скрывала от Шерри, теперь дал о себе знать и бился где-то в животе, как маленькая холодная рыбка. В письме Тиа Андреа предупреждала ее, что Матео собирается убить ее и Терезу.

Зачем же она поехала? Неужели она сможет помешать ему? Разве способен кто-нибудь, кроме самого Матео, переделать этот жестокий, ненавидящий разум? В письме старуха сообщала, что дочери Риты вернулись в Аризону. Рита догадалась, что старуха рассказала ей не все. Если старая мексиканка знала, где находятся девочки, значит, это известно и Матео. Вот что двигало Ритой. Она должна отыскать Матео, прежде чем он доберется до Тиа.

Наклонившись вперед, женщина прокричала проводнику, чтобы он поторапливался. Рита должна спасти свою дочь, и ей нельзя терять времени даром!

Глава тридцать шестая

Горы Чирикахуас остались позади, вершины Пелонсилос возвышались перед ней, как бледно-голубые костяшки пальцев, торчащие из рыжевато-коричневой земли. Она начала узнавать эти места. Хотя ей казалось, она давно их забыла. Как, впрочем, и то, что произошло много лет назад. Но этот унылый пейзаж всколыхнул в ней пережитое…

Ей было пятнадцать, когда она впервые проделала этот путь. Матео со своими людьми выскочили из-за гор, напали на караван, убили всех мужчин, а связанных женщин оттащили от горящих повозок.

Бандиты передвигались быстро, и женщины, сидящие на украденных лошадях, очень устали. Лодыжки ей связали веревкой, которая была пропущена под животом лошади. Лошадь вел ободранный бородатый мексиканец, все время бросавший на нее похотливые взгляды из-под огромного сомбреро. В тот день они ехали без остановок до самой темноты.

Глаза пленниц были полны ужаса и обреченности. Они прекрасно знали, что их ожидает. Но Рита почему-то не боялась, даже когда их грубо стащили с усталых лошадей посреди слабо освещенного квадратного дворика, окруженного со всех сторон саманными хижинами, спрятавшимися под огромным уступом высокой скалы.

Женщины плакали, кричали, стонали, пока пьяные бандиты толкали, щупали и пинали их. Не плакала только одна Рита.

— Убери от меня свои грязные лапы! — закричала она.

Один из мексиканцев схватил факел и ткнул им ей в лицо, заставив ее отпрянуть назад. Все остальные рассмеялись, как глупые мальчишки.

— Шлюха! — Несколько мужчин угрожающе двинулись на нее. Женщины съежились от страха, но Рита не сдавалась.

— Грязные животные! Свиньи! Шакальи выродки! — бросала она им в лицо.

Они гоготали, тянулись к ее груди, животу, делали непристойные движения, но никто до нее не дотрагивался, бандиты только пугали девушку. Один мексиканец подставил ей подножку, и она упала. Другой резким движением разорвал на ней платье. Но даже в том состоянии, в котором Рита находилась, она успела заметить, что бандиты чего-то ждут. Или кого-то…

Неожиданно сзади послышался какой-то шепоток, и кто-то стал приближаться к ней. Мужчины, окружавшие ее, расступились, и повисла гробовая тишина. В изорванном платье, похожая на загнанного в угол зверька, Рита подняла голову и встретилась взглядом с темными глазами, в глубине которых затаился такой холод, какого ей не доводилось видеть ни разу в жизни. Глаза эти принадлежали юноше, черты которого были настолько совершенными и мужественными, что его можно было назвать красавцем. При других обстоятельствах она, наверное, испытала бы перед этим человеком благоговейный страх. Рита почувствовала, как ее сердце затрепетало в груди, а к горлу подкатил ком. От его жестокого и безжалостного взгляда у девушки кровь застыла в жилах.

Взор юноши медленно блуждал по ней. Только сейчас она увидела, что одна грудь у нее обнажена.

— Встань.

Слишком испуганная, чтобы ему противоречить, Рита, подобрав свои лохмотья, с трудом поднялась на ноги. Прежде чем она успела отступить, он протянул руку и, схватив ее за воротник платья, разорвал его сверху донизу. И вот она оказалась голой перед пятью причитающими женщинами и почти сотней разгоряченных мужчин.

Несколько секунд никто не двигался и не произносил ни звука, даже Рита. Она была слишком потрясена. Как завороженная, смотрела девушка в эти черные глаза, которые лениво шарили по ее обнаженному телу. Только Богу известно, какие мысли скрывались в тот момент за этим ледяным взглядом. Мозг же самой Риты, казалось, в тот момент был совершенно парализован.

Но время шло, и ее охватил неистовый гнев. Она вздернула подбородок, пожалуй, даже слишком высоко. Жестокие губы слегка изогнулись в кривой усмешке. Юноша покачал головой, как бы давая ей понять, что она совершила непростительную ошибку. Он щелкнул пальцами, и тут же к нему подбежали четверо мужчин.

Он что-то быстро произнес на испанском, повернулся и ушел, оставив ее в растерянности, потому что она не поняла, что он им сказал и что они собираются с ней делать. Четверо мексиканцев окружили ее, и только теперь она дико закричала, как бы давая сигнал другим женщинам, которые тоже в панике заголосили.

Началась неразбериха. Рита только чувствовала, как грубые руки хватают ее голое тело, трогают грудь, бедра, руки, оставляя на ее гладкой белой коже царапины и синяки. Все ее существо наполнилось дикой злобой и силой.

Рита боролась с ними, как разъяренный зверь, но безуспешно. Уже через несколько минут четверо мужчин держали ее за руки и за ноги. Остальные шли рядом, помогая в основном пинками и шлепками нести пленницу, распростертую в самом глупейшем положении, которое можно придумать: ноги разведены в стороны, руки раскинуты. Девушка закрыла глаза, представив, какие мучения ее сейчас ожидают.

Бандиты быстро поднялись по ступенькам. Она поняла, что ее несут наверх. Мужчины остановились, и Рита, перестав наконец сопротивляться, безжизненно повисла между ними. Открыв глаза, она увидела, что мексиканец, приподняв ее левую ногу, постучал ею в дверь, которая была перед ними.

— Войдите! — раздался все тот же жестокий, леденящий душу голос, который она уже слышала во дворе. Волна страха пробежала по ее телу.

Они вошли в комнату и подтащили ее к кровати, стоящей в центре. Поклонившись молодому человеку, который, без всякого сомнения, был их вожаком, они качнули ее и бросили на кровать. Потом, не обращая на нее никакого внимания, бандиты быстро заговорили по-испански, обращаясь к высокому, стройному юноше, который молча слушал и смотрел на нее, слегка кривя губы с явным нетерпением.

В конце концов, продолжая разговаривать и смеясь, четверо мужчин покинули комнату и закрыли за собой дверь. В углу, напротив двери, на стене висело ружье. Рита прикинула в уме, сколько ей нужно сделать шагов, чтобы дойти до него.

Они остались вдвоем. Сердце Риты готово было вырваться из груди, в висках стучали тяжелые молотки.